«Букашки» рулят (СИ) - Львович Рина - Страница 22

— Играть умеешь? — Василиса с надеждой посмотрела на приятеля.

— Да, барабаны — это мое все!

— Отлично. Фортуна явно на нашей стороне. — Царевич хлопнул приятеля по плечу. — Только клавишника не хватает. И этот зажравшийся Горыныч поймет, что не стоит связываться с боатырями!

— И такого найдем. — Василиса протянул руку к капсуле с именами, около которой уже находился невидимый для окружающих Кот.

Барабан начал вращаться. Из вороха записок всплыла одна, которую и зачитал Нааг.

— Пэйт, принцесса сапфирового престола.

— Не Академия, а инкубатор для наследников! — Хмыкнула ведьма.

Царевич закашлялся. В первом ряду поднялась девушка. Ее фиолетовые волосы волнами мягко струились по тонкой фигуре, а фиалковые глаза не имели такого презрительного оттенка, как у старшего брата. Драконица под недовольным взглядом Сапфира неуверенно поднялась на сцену.

— Невитар, на тебе защита. — Иван сделал несколько пассов руками, и на сцене появились ударная установка и синтезатор.

— Никто не посмеет вас тронуть. — Голос Пэйт прозвучал четко, но слегка смущенно. — Пока я с вами.

Парни дружно кивнули, но явно не поверили, а Василиса доброжелательно улыбнулась драконице и повела пальцами. Сцену отделил мерцающий туман. Невитар и Иван шагнули в переливающуюся пелену, и с другой стороны вышли уже одетые в светлые льняные брюки и такие же рубахи-косоворотки со славянской вышивкой по вороту. Парни оглядели себя и одобрительно кивнули. В руках царевича появилась электрогитара. Невитар занял место за ударной установкой.

Василиса взяла за руку восхищенную принцессу и шагнула с ней в туман. Девушки вышли в белых свободных льняных платьях, подпоясанные тонкими поясками и такой же вшивкой. Распущенные волосы легли на плечи красавиц мягкими волнами, а на головах появились венки из полевых цветов. Ярко синих васильков у царевны, и солнечной ястребинкой у драконицы.

Ребята стояли на краю луга с еще нескошенной травой, среди зелени которой выглядело разноцветье цветов. Рядом виднелась березовая роща. Ветерок легко играл в листвой. По голубому небу неторопливо плыли облака.

— Играем Вивальди, «Гроза». — Василиса подмигнула Пэйт и Невитару. — Зажжем! И пусть весь мир подождет.

Царевна повернулась к зрителям, и в руках девушки появилась скрипка. Иван ударил по струнам. Музыка привела в замешательство всех. Скрипка соперничала с гитарой и синтезатором. Ударники задавали ритм, поддерживая то один, то другой инструмент. Люди и драконица, казалось, не замечают никого, наслаждаясь музыкой.

А зрители? Они как заколдованные, не могли оторвать взгляд от сцены.

Тихий летний день преображался на глазах. Вторя тревожным аккордам, по небу начали свой бег облака, объединяясь в единое целое, вспучиваясь и темнея. Волны некогда белой пены превратились в зловещие свинцовые тучи, закрывающие прекрасный небосвод. Миг и последний солнечный луч погас, обрекая землю на одиночество. Вся природа словно замерла, словно ожидала неотвратимого.

Ветер на поляне усиливался, заставляя березы колыхать в тревоге своими тонкими ветвями, а стебли травы и цветов пригибаться к самой земле. Вся поляна превратилась в зеленое озеро, по глади которого прокатывались ковыльные волны, гонимые порывами нарастающей бури. Удар молнии расчертил небосвод и ушел вглубь Земли, как изогнутая стрела, пронзившая самое сердце. И этому вторил громовой раскат.

Еще одна вспышка, потом еще и еще. Молнии одна за другой освещали грозовые тучи изнутри, рисуя неведомых животных и пейзажи.

Упала первая капля дождя, ударившаяся о листик березы и разлетевшаяся в стороны мириадами искр. Вслед за сестрой полетела вторая и третья… И вот уже сотни капель устремились к Земле. Омывая ее израненное тело, смывая с ее покровов всю тревогу вместе с жаром и пылью.

Ливень. Он шуршал листвой, стучал о ветки, протискивался сквозь травы, чтобы поцеловать землю, проникнуть в нее, напоив, насытив, наполнив до краев тем торжеством и радостью свободы, на которую способно только небо.

Гроза уходила также внезапно, как и налетела, унося с собой живительную влагу. Края грозовой тучи распадались, возвращая этому миру солнце .играющее солнечными зайчиками на каплях воды. Уже не видны вспышки и не слышны глухие раскаты…

Небо, голубое, чистое, прекрасное…

И РАДУГА, перекинувшаяся через поляну, и теряющаяся где-то в центре березовой рощи…

В зале установилась гробовая тишина.

Ребята на сцене подошли друг к другу и обнялись. Даже первокурсница с фиалковыми глазами, поймав этот порыв, это единение душ, не стесняясь, обнималась с ними, как будто знала и уже тысячу лет.

Магия рассеивалась, унося с собой и летний пейзаж, развеивая инструменты и возвращая изначальный внешний вид музыкантам.

— Это так здорово! — Глаза Пэйт сверкали от возбуждения. — Но почему все молчат?

— А, тебе не все равно? — Царевич подмигнул драконице. — Рад знакомству, ящерка. Ты своему братцу и в подметки не годишься!

— Я еще держу щит. — Невитар подал руку принцессе.

— Снимай уже. — Василиса зажала рукой бабушкин кулон и угрожающе окинула взглядом зал. — Посмотрим, чем для шутника все обернется.

Целитель снял защиту. И по-прежнему тишина…

— Букашки рулят! — Рык орчихи разрезал мир, как недавняя молния пространство. И тут же зал огласили аплодисменты и одобрительные крики.

— Вот это взрыв эмоций! — Ведущий не скупился на комплименты. — А какое виртуозное исполнение. Неужели у нашего «Огненного смерча» появились конкуренты?

Прожектор осветил ложу Драконов. Цуми и Хонбэ рукоплескали вместе со всеми, а Лэнди задумчиво смотрел перед собой, словно не замечая творящегося вокруг шторма.

— И где же наставники? — Нааг пытался вернуть вечер в заданную программу. — Они так поражены номером, что не могут справиться со своими чувствами?

— Невитар, это что еще за узоры у тебя? — Царевич с интересом разглядывал кисть друга.

— Я — наставник? — Бытовик и сам не верил, что такое может случиться. — Ваше высочество, кажется вы моя подопечная.

Пэйт подняла на парня глаза и улыбнулась, а Василиса многозначительно посмотрела на брата.

— Ну, хоть здесь никаких подлянок не будет. — Иван посмотрел в зал. — А наши мучители где?

В воздухе перед царевичем закружились цветы, складываясь в живой браслет. Венок наделся на руку парня и отпечатался на коже.

— Красиво. — Василиса одобрительно покачала головой. — Только вот чувствую, что хлопот прибавится.

— Это почему? — Невитар не мог отвести глаз от сиреневых глаз драконицы, в которых еще плескалась сыгранная ими музыка.

— Влюбчивость моего брата не знает границ. От этого всегда куча проблем. — Василиса толкнула Ивана в бок. — Ладно, уж, иди, найди свою нимфу.

— Успею. — Царевич тревожно осматривал зал. — Вот твой наставник появится, я с ним переговорю по-родственному, и пойду.

— И еще один руководитель взял подопечного под крыло. — Нааг похлопал. — Кто же станет ближайшим другом нашей прекрасной скрипачки? Проявись уже, все в нетерпении.

Внезапно кисть Василисы охватило пламя, обжигая кожу.

— Вот же! — Девушка обхватила, ожег, остужая рану. — Да что за драконово де… Нет, нет, нет! Ну почему все шишки мне?!

Царевна подняла глаза на вип-ложу, где, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, сидел злой Сапфировый Дракон.

— Дорогой, что это значит? — Эльфийка, обнимающая Лэнди, гневно схватила того за руку. — Ты не можешь быть ее наставником! Да кто она вообще такая, что отхватила приз?!

— Это уже слишком! — Василиса топнула ногой и двинулась к выходу.

«Жди меня на первом этаже» — Прозвучал в голове девушки злобный голос.

19

Адреналин выступления, взбудораживший кровь, медленно притуплялся, уступая место злости и обиды что ли. Никогда еще выходки брата не имели для Василисы таких последствий. Вот, правда, говорят «всему учен, вот только не изловчен». И откуда только на ее голову эти Доаконы!