Под знаком Змееносца (СИ) - Варс Ирина - Страница 16

— Привет, Мир, — протянул ему руку для приветствия Красовский. У тебя очень доброе и редкое имя. А я Стас Красовский и буду очень счастлив, если мы с тобой окажемся в кровном родстве. Ну а если нет, мы все равно будем с тобой дружить!

— А с Машей ты тоже будешь дружить? — спросил Мир.

— Если Маша не будет возражать, то буду.

— Только ты лучше у Вани спроси, а то он может тебе холку намять. Знаешь, какой он сильный⁈

— Мир, это что еще за выражение? — возмутилась Маша.

— Нормальное, Маш, пацанское. У нас все мальчишки в классе так говорят. C’est la vie! /Такова жизнь/ — вздохнул Мир.

И этот его вздох и это «селяви» вызвали волну здорового смеха, смывшего весь негатив дня.

— Ребята, а давайте Мир у меня погостит. Завтра с утра сделаем тест. Я уверен, Иван прав, тест подтвердит родство. А для меня это шанс простить ошибки моих родителей и мои тоже.

Если Мир не захочет, я не буду препятствовать его выбору. Ну а если останется, вы сможете с ним часто встречаться. У вас сейчас такой медовый период! Я думаю, вам хочется как можно чаще быть вместе. Потом детки родятся. Вам будет ни до чего. Я бы с радостью Мира усыновил. Гоша меня поддержит, я уверен.

— Маш, ну можно мне погостить у дяди Стаса? Ты не беспокойся, я все равно буду любить тебя очень сильно, — обнял ее Мир. И учиться буду на отлично, как мама и ты.

— Тебя в школу надо устраивать, а то привыкнешь и будешь потом лениться. И одежду мы тебе еще не купили.

— Машенька, не беспокойтесь, все вопросы я улажу. И одежду мы сейчас купим.

— Стас, заезжай сейчас в нашу клинику «VERA». Вам сразу сделают тест. Через 2–3 дня получите результат.

Тест сделали. Но денег не взяли. Ох уж этот Римас!

На третий день с утра пришел результат. За эти два дня Стас для себя решил: если тест будет отрицательный, он никому об этом не скажет. Все равно усыновит ребенка и воспитает его.

Мир просто очаровал его своей детской открытостью. А еще он рассказал Стасу, как Игнат издевался над его мамой и Машей. А его самого называл щенком. Правда, никогда не бил.

А вот маму Игнат однажды сильно избил, но не по лицу, чтобы не было видно синяков. Бил в живот.

— Маши дома не было. А я бросился на него и изо всей силы укусил его за руку до крови, — сказал Мир. Я так испугался тогда, дядя Стас, что зажмурился. Я думал, он меня убьет. А он рассмеялся и сказал: «Теперь мы с тобой одной крови. Ты больше не щенок, ты теперь волчонок». Как ты думаешь, я же не стану волчонком?

— Нет, мой родной, — обнял его Стас. — Ты станешь настоящим человеком!

— Боже, как же они выживали? — ужаснулся Стас. Жить в постоянном страхе… Бедная Лика. Неужели ей негде было жить? У отца ведь был бизнес и хорошая квартира. Или его молодая жена все размотала? А может этот упырь продал квартиру Лики? Да что теперь гадать! А Маша молодец! Не оставила чужого ребенка в беде. Да и Иван ей подстать. Чудесная пара!

— Дядя Стас, а ты можешь меня сделать своим сыном? Ты мне нравишься. И я бы хотел называть тебя папой.

— Я уже думаю над этим, сынок.

И вот сейчас, получив результат теста, Красовский никак не мог заставить себя вскрыть конверт.

Дрожащими руками он наконец решился и замер: 97.9%. Ничего себе! Все в точности, как и сказал Иван.

— Ну что? Почему ты плачешь? — дергал его Мир. Я для тебя никто?

— Нет, малыш. Ты для меня ВСЕ! Я просто плачу от счастья.

— И я могу называть тебя папой?

— Мы сейчас известим всех такой замечательной новостью и начнем готовить документы на усыновление.

Когда Римас узнал, что тест ДНК положительный и Стас принял решение усыновить ребенка, то зауважал его еще больше. Он был рад, что и Гоша, и Маша тоже поддержали решение Стаса.

Машенька Горская, конечно, расплакалась, но потом сказала, что понимает и принимает решение Красовского.

— Теперь осталось пережить поездку в Бостон, свадьбы Ивана и Сашки — и можно будет немного передохнуть, — подумал Римас. А потом — в Китай!

Подготовка к турниру

Подготовка к турниру

Два программиста подобны целостному разумному организму, обладающему единым умом.

Лори Уильямс

Роберт Кесслер

Римас получил два персональных предложения. Одно поступило из Бостонского университета с просьбой прочитать преподавателям лекции по экономике. Второе предложение было от Иттена Фрумеля, выдающегося программиста, который пригласил его возглавить жюри на турнире лучших программистов мира (негласный чемпионат мира для profi с фантастическим призовым фондом).

Римасу пришлось отказаться от второго предложения в связи с тем, что одним из участников турнира может быть его сын, Александр Штейн.

Это было полтора месяца назад. Поговорив с Арсом, он привлек старшего сына к подготовке Саши и Ивана под видом того, что они с Арсом хотели бы восстановить свои навыки, познакомиться с новыми языками программирования и т.д.

Но Сашу Штейна невозможно было обвести вокруг пальца. В этом он полностью пошел в отца. Никакие навыки они, конечно, не восстанавливали, а самым настоящим образом натаскивали Сашу и Ивана к предстоящему турниру. И это было здорово!

Друзей-программистов по всему миру у Саши было не счесть. О том, что они с Иваном в списке приглашенных он знал еще полгода назад.

Он даже на работе установил один день в неделю, когда они с Иваном закрывались на три, а то и четыре часа в кабинете, изучали и осваивали новые языки программирования, решали задачи на время, перерешали все олимпиадные задания прошлого года, в том числе задачи чемпионата мира среди студентов.

Но и вне работы они постоянно были на связи и серьезно готовились к турниру.

Попробовали привлечь с самого начала Борьку, но тот отказался, а вскоре и вовсе уволился. Саша психанул тогда и подписал заявление, не став его уговаривать.

А спустя время выяснилось, что Борька открыл свою фирму, ту самую, которая провалила задание Управления ФСБ.

Все раскрылось очень просто. При подготовке заключения Саша попросил предоставить ему копию лицензии фирмы, работавшей над программой.

Каково же было его удивление, когда в предоставленной Неделиным копии, он узнал свою лицензию, в которой Борис изменил название и ФИО владельца. Прогнав несколько раз копию через ксерокс, он надеялся замести следы.

Зато как он украсил свой кабинет! Повсюду цветные копии Сашиных дипломов, свидетельств, сертификатов, благодарственных писем. Саша тогда пришел в ярость и содрал их все со стен.

— Я с первого класса был для тебя, Бор, нянькой: подталкивал, поддерживал, помогал, на медаль тянул и к олимпиаде заставлял готовиться. Вот и не заметил, когда ты превратился в неблагодарного свина.

Я искренне верил, что у нас дружба. Нет, не дружба — братство. А оказалась банальная зависть. Только вот в чем разница: я учился и работал, а ты гулял. Прощай! Выкручивайся теперь из ситуации сам, ничтожный ламер!

— Не волнуйтесь, Александр Римасович! Этот вопрос мы решим очень жестко сами. Фирма будет закрыта. Владелец пойдет под суд.

— Петр Анатольевич, — дрогнуло сердце Саши, — может… можно без ареста, наказать штрафными работами, например. У этого идиота жене скоро рожать…

— Я подумаю, что можно сделать, Александр Римасович. Но деньги, которые он получил, ему придется вернуть, а купленную машину — продать. Налоговая служба уже подключилась к работе. Там тоже нарушения.

До отъезда оставалось всего три дня. Сколько же всего хорошего произошло за несколько дней. Маша и Иван расписались, и Маша получила новый паспорт с пропиской. У Мира начинается новая жизнь, и у него теперь есть надежный папа. Ваня с Машей побывали в квартире Машиной бабушки, сменили замки. Конечно, квартира требует ремонта, но это уже мелочи. Главное, что отобрали ее у Игната.

С понедельника Маша выходит на работу. Договорились, что Мика заедет за ней в присутственный день и привезет ее домой.