Под знаком Змееносца (СИ) - Варс Ирина - Страница 51

Рецепт разлетелся по европейским кондитерским фабрикам. А потом англичане привезли рецепт в свои колонии.

В этом печенье уменьшенное содержание сахара и масла, поэтому тесто приходилось долго раскатывать. Из-за этого процесс изготовления затягивался. Именно поэтому печенье получило название «Затяжное».

— Уверена, у вас все получится гораздо быстрее. Ведь в вашем распоряжении целых 15 минут! — звонко рассмеялась Вера, глядя на Римаса.

— Ничего, солнышко, ночь все расставит по местам, — одними губами произнес он. И лицо жены покрылось нежным румянцем.

Не принимавшие участия в конкурсе Нил, Стас и Мика, выступая в качестве жюри, приняли неожиданное решение: пусть каждая женщина сама наградит своего мужчину так, как ей захочется. Решение жюри восторженно было принято участниками конкурса.

Приглашенные на посиделки Володька и Полина были в неописуемом восторге.

Ему было 40 лет, Полине — 37. Но детей у пары не было. Такого праздника в их жизни еще не случалось.

Счастливый Володька поделился с Иваном новостью: «Вань, похоже, у нас с Полей ребенок будет».

— Сын у тебя будет, — уверенно сказал ему Иван. Ты только не сорвись, когда Поля родит. Друзья — это, конечно, хорошо, если они друзья, а не бывшие… собутыльники. Ты не обижайся на меня. Но я точно знаю: не приведи Бог сорвешься — потеряешь и жену, и сына.

Я бы, Володька, на твоем месте продал этот дом и поискал новое жилье здесь ли в селе или еще где.

— Да мы с Полюшкой мечтаем о деревне, но работы там не найти.

— А ты посоветуйся с Римасом. Помочь он всегда готов, но только не пьющим и не курящим. Ну не терпит он, когда люди себя по дури здоровья лишают. И еще он не терпит лжи. Запомни это!

Потом был ужин, шутки, песни, веселые истории у камелька и, конечно, дед Мороз с подарками и оригинальными медалями «Лучший кондитер семьи».

Ну а уж как женщины награждали своих любимых, пусть это останется секретом каждой семьи…

Ночь любви, которую подарила Ивану Маша, окончательно «снесла» ему голову. Он думал о жене на работе каждую свободную минуту и звонил при первой же возможности.

С Сашей они заканчивали грандиозный проект, поступивший неожиданно с федерального уровня. Засиживались допоздна на работе. В предпоследний день уходящего года они не подвели заказчиков и отправили готовую программу. Ответ пришел через два часа с восторженным откликом «Вы лучшие!» и солидной суммой, поступившей на счет.

Разошлись по домам и договорились встретиться на катке.

— Черт, а я ведь даже не знаю, катается ли Маша на коньках? — подумал он.

— Если нет, то буду учить своего воробушка, — ответил он сам себе.

— Маша, я дома! — с букетом фрезий он влетел в квартиру.

— Не понял! Маша, ты…

Он не договорил, услышав Машин голос.

— Я работаю художником в студии Мики. Он задумал необычный мультфильм. Он очень талантливый режиссер, и я с большим уважением отношусь к нему. Но заниматься я хотела бы другим. Я не хочу сидеть часами за компьютером или разводить краски, вдыхая не очень здоровый запах.

Ванечка обещал мне открыть кафе. Это моя детская мечта. У меня в голове уже выстраивается концепция нашего кафе «Иван да Марья». И я уверена, у нас все получится!

Услышав смех Бабли, он успокоился и вошел в кабинет.

— Привет! Элизабет, давненько ты не появлялась.

— Привет! Маша, а ты в курсе, в каком случае твой муж называет меня Элизабет?

— Н-нет.

— Когда злится. Как сейчас.

— Ты забыла добавить: и когда удивляется. И я не злюсь. Я удивлен. Скажи, тебя повысили?

— Не так чтобы уж очень, но повысили. А как ты догадался?

— Элементарно, Ватсон. Ты впервые появилась вечером, а не ночью.

— Как вечером? Который час⁈

— Без пяти минут шесть.

— Теперь меня точно понизят.

— Бабли, а какой бонус у твоего повышения?

— Да почти никакой. Хотя нет! Ванька, ну ты и паршивец! Запутал меня. А еще внук называется! Ты знал, да⁈

— Бабли, очнись. Что я должен был знать?

— Что? То, что я могу появляться теперь в любое время, если не участвую в каком-нибудь проекте.

— Так это же здорово!

— Ладно. Полетела я к своему любимому.

— А чего прилетала?

— Так с Машей поболтать о своем, о женском…

— Стоять! Бабли, что случилось? Что-то плохое? Ты… ты больше не сможешь общаться с нами?

— Да, мой любимый мальчик. Какое-то время я еще изредка буду появляться, а потом… потом меня переведут на другой уровень, более высокий.

— А нельзя отказаться?

— Можно… Но тогда спустят на несколько уровней ниже. Я выбрала тот, что ближе к Тиму и Нике.

Я не знаю, как подготовить Нила, как объяснить ему, что скоро исчезну. Я боюсь, что это убьет его. Он сейчас так счастлив, ведь мы почти каждую ночь общаемся. Он мне рассказывает о том, как выживал. Но с таким юмором, что мы хохочем как придурки. Рассказывает о вас с Машенькой. Показал новый дом. Это очень правильное решение. Хорошо, что перед продажей вы старый дом освятили. Не забудь забрать шкатулку из моего кабинета.

Я прошу тебя, Ванечка, и тебя, Машенька, убедите Нила встречать Новый год вместе с вами. Он собирается встречать его со мной. Но этого нельзя делать. Живым — жить! Ванечка, мой родной, мне пора… Попробую убедить Нила.

Она исчезла, а Маша со слезами на глазах бросилась ему на грудь.

— Ваня, как это несправедливо! Они так любят друг друга, как и мои папа и мама…

— Тише, тише, родная, не плачь, пожалуйста, — сжал он в объятиях жену. Давай промокнем слезки. Это жизнь. Так, увы, иногда бывает.

Но я рад, что Бабли успела многое: организовала нашу встречу, помогла найти деда и уничтожить манускрипт. Теперь ее душа болит только за деда.

— А знаешь, воробушек, давай-ка собирайся. Поедем на каток. Как сказала Бабли? Живым — жить! Вот и будем жить. На катке нас будут ждать Сашка с Евой.

— Правда⁈ Тогда я сейчас умоюсь и быстро соберусь. Я сто лет не была на катке. А ты разве не переоденешься?

— Переоденусь обязательно. — Маш, давай зайдем на обратном пути в ТЦ. Я хочу кое-что тебе показать.

— Конечно. Ты меня заинтриговал, — притянула она к себе Ивана, а он тут же впился в ее губы страстным и настойчивым поцелуем.

— А как же каток, — прошептала Маша. Очень хочется покататься и в ТЦ зайти.

— Едем. У нас целая ночь впереди!

Ах как здорово было на катке! Большая и нарядная елка, музыка, веселый смех и просто какой-то сказочный Дед-Мороз.

Он просто летал по льду, совершал невероятные прыжки. Девушки от восторга визжали. И все гадали, кто же это из наших чемпионов так отрывается?

Неожиданно Дед-Мороз вихрем налетел и подхватил за талию ступившую на лед Машу, увлекая ее за собой к елке.

Это было так стремительно, что она даже не успела окликнуть Ваню. Но все решили, что разыгрывается какое-то действо и начали аплодировать

— Мика! — возмущенно воскликнула Маша и топнула ногой. Ты зачем меня сюда приволок? Где Ваня?

— Вон, мчится сюда твой Ваня. Лучше скажи, как ты меня узнала.

— Не знаю. Просто догадалась. Хотя нет. Перстень твой выдал тебя.

— Мика, еще раз так пошутишь, я тебя придушу, — резко остановился около Маши Иван. — Испугалась?

— Немного.

— Маш, прости меня, дурака и адиета, — сказал Мика. — Так бабушка Люда ругалась. И мама… иногда.

— Ну вот ты и выдал семейные тайны как Павлик Морозов! — рассмеялся Иван, а за ним Маша и Мика.

— Маша, Ваня! — раздался звонкий детский крик.

И они увидели приближающихся к ним Мира и Стаса. За ними устремились Саша с Евой, которых неожиданно обогнали Римас с Верой.

Вот это сюрприз! Радостные лица, смех, хоровод вокруг елки, фотографии на память.

— А давайте на перегонки! — предложил мужчинам Мика. — Маш, ты с камерой дружишь? Хотелось бы запечатлеть наш исторический забег.

— Дружу. Только выбери ракурс сам.