Теряя Контроль (ЛП) - Фредерик Джен - Страница 47

— Йен объяснил о твоих ограниченных возможностях, и с этим все в порядке.

Он поднимает металлические пальцы и указывает на меня.

— Все, что мне нужно, это человек, который будет использовать свои методы и системы. Главное следить за моими ребятами и за проектами, с которыми они работают, а также убедиться в достоверности заказов. Йен говорит, что ты быстрая и у тебя отличная память.

— Это верно, — я киваю. — На стойке регистрации есть черный телефон с подставкой для плеча. К нему подключены два модуля с цифровыми экранами. Я с трудом их прочитала. Перед столом два стула, один — фиолетовый, другой — синий. Должно быть их купили, думая, что они одинакового цвета. Я позвоню, и их заменят на подходящую пару. За столом есть три арт-принта с изображением подводной лодки, разделенной на три части…

Он поднимает руку, останавливая мою речь.

— Хорошо, этого достаточно для меня. Йен ручается за тебя. Говорит, что ты делала в прошлом некоторые вещи, которые могут помешать тебе, но в остальном ты чиста. Верно?

— Да, — я киваю. Я должна позже спросить Йена, о чем он рассказал Джейку, но сейчас не время.

— Тогда я готов тебя нанять. Однако учитывая твое лицо, приступишь, когда полностью восстановишься, или клиенты подумают, что у меня хреновое охранное агентство.

Собеседование окончено, Джейк встает, и Стив отталкивается от стены и уходит.

— Спасибо, что приняли меня, мистер Таннер, — говорю я, еще раз пожимая его руку.

— Джейк, пожалуйста, — и он улыбается мне, обнажая белые идеальные зубы.

Йен хватает мой локоть и ведет обратно по коридору. Стива нигде не видно.

— Хороший выбор, — Джейк говорит, добираясь до входной двери.

— Я знаю, — Йен отвечает, а затем оборачивает руку вокруг моей талии и тянет подальше от Джейка. — И я не намерен упускать ее.

— Не виню тебя.

Смущенная разговором, я мямлю:

— Было приятно познакомиться.

А затем поспешно выхожу. Смешанный мужской смех провожает меня. Снаружи я вижу, что Стив уже сидит в машине.

Прикосновение к локтю заставляет меня повернуться, и Йен улыбается мне.

— Я думаю, вы идеально подходите друг другу.

В его голосе чувствуется самодовольство, полагаю, он имеет такое право.

— Потому что у нас отклонения? — спрашиваю я.

— Потому что вы оба понимаете, что другие накладывают на вас ограничения, которых не существует.

Он ведет меня к автомобилю и открывает заднюю дверь. Я сажусь, и Йен следует за мной.

— Хотела бы, чтобы я сказал тебе это раньше?

Качаю головой:

— Нет, почему это имеет значение?

— Действительно, почему, — он наклоняется вперед. — Централ Тауэрс.

— Не вернешься в трахальню? — я слегка шучу, но боюсь, что он не намерен остаться со мной.

— Нет, я думаю, ты хотела побыть с мамой. Кроме того, раз уж ты кричишь в подушку, с нами все хорошо.

Его небрежные слова возбуждают меня, и я скрещиваю ноги, чтобы унять пульсацию. Когда вижу темный взгляд Йена, прикованный к моей груди, думаю, эти слова не были опрометчивыми. Но я рада тому, что его мысли о том, как нам снова удастся заняться сексом, достойным крика. Я хочу этого. Ох, как я этого хочу.

Глава 27

— Рич написал мне, — говорю я этим же вечером. — Я хотела сообщить тебе, но попала в аварию.

— Кто-то избил тебя не случайно, — лицо Йена мрачное. — Несчастный случай — это когда колесо велосипеда попадает в яму, и ты падаешь. Побои — это нанесение телесных повреждений.

— Хо-о-о-рошо. — Я вижу, что он никогда не отпустит эту тему. — В любом случае, я не могу прочитать все сообщения, но он послал свою фотографию. Его ни в чем не уличить. Просто фото, где он пьет. У него точно есть жена? Он не упоминал о ней.

Йен недоверчиво смотрит на меня.

— Если бы ты хотела подцепить новую девушку, то сказала бы, кто у тебя дома?

— Я не знаю. У меня никогда не было двух парней. Кажется, затруднительно.

Я протягиваю ему телефон. Он читает текст вслух.

«Извини, что избегал разговора о твоем друге Йене.»

«Без сомнения, он хороший парень, но, если тебе когда-нибудь понадобится поговорить, дай мне знать.»

О, Боже. Хмурое лицо Йена становится еще мрачнее, если это возможно.

— Что он сказал? Он отвечает на твои сомнения?

Я глажу его руку своей, чтобы успокоить. Он перехватывает мою кисть и подносит ее ко рту. Но не целует нежно. А открывает рот и кусает мою ладонь, посылая удары прямо в сердце. Я задыхаюсь, а потом стону, когда он лижет место укуса.

— Он — яд. Не забывай об этом.

Мне ничего не остается, как кивнуть. Йен дарит еще один поцелуй, а затем возвращается к чтению сообщений.

«Думал о тебе сегодня, когда посылал маме цветы. Понял, как удобен курьер на велосипеде. Держу пари, твои ноги очень сильные.»

«Зацени бар на крыше в Кимберли. Свяжись со мной, если тебе интересно.»

После того, как я отправила смайлик, он присылает другой ответ.

«Только смайлик? Ты можешь сделать что-то лучше, чем это.»

Йен отбрасывает телефон в сторону и выглядит взволнованным. Он кладет руки на бедра.

— Мне это не нравится, Тайни.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне не нравится, что он тебе пишет, флиртует с тобой. Что он знает твое имя.

— Разве не поздно для этого?

Он качает головой.

— Мне нужно придумать что-нибудь другое.

— Почему это так важно для тебя?

Я никогда не давила на него раньше. Это не было важным, но, если мы собираемся построить что-то вместе… секретов быть не может. Не такого масштаба.

Он потирает затылок и отводит взгляд. По крайней мере он не собирается лгать мне в лицо.

— Это то, что я делаю для кое-кого. Не для себя. Я не хочу больше говорить.

Под его нервозностью я замечаю мрачные эмоции. Гнев, покрытый страхом. Последнее заставляет меня смягчиться и сдаться.

— Не сегодня, — говорю я.

Он кладет руку на мое плечо.

— Не сегодня.

Это не совсем обещание, что он расскажет все свои секреты в один день, но и не закрытая дверь. Он смеется.

— Это то, чем я давно ни с кем не делился, поэтому не знаю, как рассказать эту историю. Или, что ты все еще будешь хотеть меня, когда услышишь ее.

Повернув голову, я прижимаюсь лицом к его руке, чувствуя костяшки пальцев мягкой кожей моей щеки.

— Ты можешь доверять мне.

— Я доверяю.

Мы позволяем тишине впитать слова, которые слишком боимся говорить друг другу — я люблю тебя, ты нужна мне, я не могу жить без тебя — но мы их чувствуем. Притяжение между нами реально, и мы связаны, даже если не хотим этого. Это начинается в тот день на улице, так давно. Крючок в моем сердце прикреплен к веревке, которая с каждой минутой обматывается сильнее. Если я захочу, то не смогу вырваться.

Эти моменты общей уязвимости заставляют меня поверить, что мы равны. То, что Йен сказал раннее, верно, под деньгами, славой, социальными различиями — у всех нас кровь одного цвета. Мы все болеем одинаково. Мы все можем ненавидеть, любить, плакать, хотеть.

Он сжимает мое плечо с грустной улыбкой на лице.

— Пойдем, поужинаем. Я хочу посмотреть ресторан. Хозяин планирует открыть еще один и ищет инвестора. Пойдешь и оценишь это место со мной?

Мои синяки еще видны, но мне нравится, что он не хочет, чтобы я пряталась в его лофте или в Централ Тауэрс. Я стучу в мамину спальню, узнать, хочет ли она с нами, но она против. Несмотря на ее недавний всплеск энергии, она чувствует себя очень вялой, поэтому предпочитает оставаться дома и смотреть телевизор. Йен помогает ей добраться до гостиной, усаживает на диван, приносит плед и чашку чая.

Я дарю ей воздушный поцелуй и, к моему удивлению, он тоже. Мама держит его за руку, чтобы он не поднялся.

— Береги мою девочку.

— Всегда.

Их привязанность и общение сдавливает мне горло, поэтому я ухожу переодеваться, чтобы не расплакаться от счастья.