Опасные игры в любовь (СИ) - Вергина Рина - Страница 29

Я слышу, как Арсений открывает дверь. Прислушиваюсь к неясным шорохам в холле. Голоса. Один из них, грубый, принадлежит Арсению, второй… Я прислушиваюсь, затаив дыхание. Даня? Это так невероятно. Этого просто не может быть. Но мои сомнения разбивает все громче звучащий тембр его голоса.

Я открываю дверь и выбегаю из комнаты.

Мужчины стоят друг напротив друга. Оба упертые и упрямые. Каждый борется за свое. Один за видимость счастливой семьи, а второй за настоящую любовь.

- Как ты надоел мне. Я же могу растоптать тебя. С моими деньгами и связями ты можешь пропасть далеко и надолго. Шел бы ты, Даня, пока я добрый.

- Я уже пропал. Так что, не напугаешь. А уйду я не один…

Они оба оглядываются. Смотрят пристально в мою сторону. Словно от меня зависит последнее слово.

Хотя, в принципе, так оно и есть.

Я не думаю долго. Все давно для себя решила.

Эта фраза дается мне очень легко:

- Арсений, отпусти нас.

46. Дежавю.

Я сложила вещи в первую попавшуюся под руку сумку. Просто все смахнула с полки шкафа и небрежно запихнула в недра саквояжа.

Арсений стоит посреди комнаты и с мрачным видом наблюдает за моими действиями. Сложил руки на груди и замер в неподвижной позе. Даня, слегка припадая на правую ногу, подходит ко мне и берет с пола сумку. Подает мне мою куртку, и я быстро одеваюсь. Уже на пороге, у входной двери сую ноги в теплые ботинки. Мне все кажется, что стоит мне остановиться, сбавить темп и Арсений опомнится. Выйдет из ступора и случится что-то ужасное.

Поэтому я тороплюсь и стараюсь не смотреть в сторону мужа.

Моя сумка у Дани в руке. Он подает мне вторую руку и я цепляюсь за его ладонь. Как за спасательный круг. Мы перешагиваем за порог и аккуратно закрываем за собой дверь.

Неужели все? Я поворачиваю голову и смотрю на Даню, а он смотрит на меня в ответ. Входная дверь за нашими спинами сотрясается от удара. Похоже, Арсений что-то запустил в нее. Какой-то предмет. Возможно, опустевшую бутылку из-под виски, потому что до нас доносится звук рассыпавшихся по полу осколков.

Перед нами раскрываются створки лифта, и мы заходим внутрь. С каждым стремительно уходящим вниз этажом я ощущаю, как чувство свободы пронизывает каждую клеточку моего тела. Даня стоит рядом и крепко сжимает мою ладонь. Так невероятно, что мне все кажется, что я сплю. Сейчас открою глаза и опять передо мной будут стены моей комнаты, в каких я провела, как в заточении почти три месяца. Под присмотром подозрительного взгляда Арсения.

На улице Даня подводит меня к припаркованному возле дома огромному внедорожнику. Внутри свободно и я могу комфортно расположиться на заднем сиденье. Впереди Алла, а за рулем ее… сосед. Он оборачивается и показывает мне в знак приветствия ладонь.

Алла окидывает нас скептическим взглядом, косится на мой выпирающий живот, обтянутый курткой.

- Мы уж хотели со Славиком вас идти выручать. От твоего Арсения всего можно ожидать.

- Как видишь, помощь не потребовалась, - улыбаюсь я.

- Все хорошо, Алл, - добавляет Даня, - даже драться не пришлось.

- Я тебе дам, драться, - шуточно грозит пальцем Алла, а Даня только усмехается. Откидывается на мягкое сиденье автомобиля и находит мою ладонь, стискивая пальцы.

Ощущение дежавю. Я опять в Аллиной квартире. Мы с Даней молча застилаем диван, а Алла гремит на кухне посудой. Ставит чайник.

- Дина, тебе какой чай налить? – кричит Алла, - тебе все можно?

- Все, - кричу я в ответ.

Постель застелена. Алла на кухне, режет бутерброды, а мы с Даней застыли напротив друг друга, пересекаясь взглядом. Сколько мы не виделись? Почти полгода. Столько изменилось в нашей жизни, да и мы стали другими. Но любовь, она же никуда не делась?

Между нами молчание. Легкая неловкость от осознания того факта, что все так быстро свершилось. Еще вчера мы были недосягаемы друг для друга, а сегодня снова вместе.

Я неловко прижимаю ладонь к животу, чувствуя шевеление ребенка. Растеряно смотрю на Даню. Меня страшит мысль, что он может пожалеть о своем решении, прийти за мной. Поддался эмоциям и импульсу, кинулся ко мне наперекор Арсению. А сейчас самое время осознать, что перед ним чужая жена с чужим ребенком под сердцем.

- Чай готов, пойдемте перекусим перед сном и спать, - кричит из кухни Алла.

На непослушных ногах я пытаюсь пройти мимо Дани на кухню. Мне невыносимо его молчание и пристальный взгляд.

- Дина, подожди.

Даня протягивает руку и обнимает меня за плечи. Неловко прижимает меня к себе. Я утыкаюсь лицом в его грудь и вдыхаю такой родной запах. Древесно-пряный, как мне нравится.

- Ты не жалеешь? – чуть слышно произношу я.

- Нет конечно. Ты что? Простой дай мне время. Я думал, что навсегда потерял тебя. А тут все в один миг решилось…

- Возьмешь меня с ребенком? – мои губы сами растягиваются в улыбку, когда Даня кладет ладонь на мой живот. Стоит, прислушиваясь.

- Толкается, - усмехается в ответ, - как мы его назовем? Ты знаешь, кто будет?

- Девочка.

- Всегда мечтал иметь дочь. Уверен, она будет похожа на тебя. Такая же красавица.

- А я хочу, чтобы у нее была твоя улыбка.

Как жаль, что она не от Дани. Лишь бы Арсений не заявил на нее свои права.

47. Новый дом.

- Прости меня, - говорит мне Алла, когда Даня выходит из кухни, оставляя нас поговорить.

- Это было жестоко с твоей стороны. Я поняла с твоих слов, что Даня погиб в той аварии, - с горечью в голосе отвечаю я.

- Я знаю. Но это еще не все. Твой отец мне заплатил. Дал крупную сумму денег на Данино лечение. Просил сделать все, чтобы вы больше не встретились. Мне не нужно было соглашаться. Я понимаю, что поступила подло.

Алла нервно кусает губы и виновато смотрит мне в глаза.

- Лечение вышло безумно дорогое. У нас не было столько денег, поэтому я и согласилась. Когда Даня пришел в себя, я ему сказала, что ты вернулась к мужу. Показала вашу фотографию на сайте компании. С лозунгом – счастливая семья строит сеть семейных отелей. Я, в тот момент, и сама поверила в это.

- А он? Он поверил?

- Не знаю. Он тогда замкнулся в себе. Несколько дней ни с кем не разговаривал. Я даже боялась, что он с собой что-нибудь сделает, - голос Аллы понизился до шепота, - но он справился. Не знаю, что задумал, но стал усиленно заниматься, чтобы встать на ноги. Первое время он вообще только на инвалидной коляске мог передвигаться.

Я не могу сдержать слез. Всхлипываю, а следом за мной и Алла заливается слезами. Закрыла лицо ладонями и только повторяет:

- Простите меня оба. Дина, прости…

- Ладно, Аленький, перестань, - дотрагиваюсь я до ее руки, - уже все хорошо.

- А деньги я твоему отцу вернула. Все, до копейки. Когда Даня узнал, кто оплатил его лечение, то продал свою машину. У друзей занял, но потребовал от меня, чтобы я все отдала твоему отцу. Гордый и упрямый, - шмыгает носом Алла, - но так и лучше. Теперь мы ему ничего не должны.

Мы еще всхлипываем на плече друг друга. Обнялись, прощая все обиды. И уже смеемся, сквозь слезы, когда я спрашиваю у Аллы:

- Ты теперь с соседом встречаешься? Как же тебя угораздило?

- За солью сходила, - говорит Алла и ее плечи содрогаются от хохота.

Даня не спит и ждет меня. Я залезаю к нему под одеяло, и он обхватывает меня своими крепкими теплыми руками. Прижимает к себе и целует в висок.

- Это точно не сон? – бормочу я, утыкаясь в его плечо.

- Если и сон, то самый прекрасный, что я видел в своей жизни.

- Мне нужно точно это знать…

Я поворачиваю к Дане голову и нахожу его губы. Касаюсь легко, позволяя ему перенять инициативу. Даня целует меня так, что кружится голова и перехватывает дыхание. Жадно, полностью подчиняя себе. Мне только и остается, что прикрыть глаза и отдаться ощущениям. Чувствовать движение его языка в моем рту, горячий вкус губ, легкую небритость щек.