Последнее воплощение - Белозеров Антон - Страница 138

Девушка заговорила, глядя на принца в фиолетовой мантии:

— В книге, которая лежит перед тобой, написано, что меня зовут Юбарнагартаной. Ты считал, что это мое истинное имя. Ты был уверен, что оно дает тебе власть надо мной. Ты ошибся. Я могла бы попросить тебя, чтобы ты освободил меня из субквартовой колбы Аллейнариуса. Но это я могу сделать и без твоей помощи…

Комета ПОЖЕЛАЛА, и прозрачная стена вокруг нее исчезла. Комета вышла за ее пределы:

— …Ты мог бы попросить меня, чтобы я сохранила тебе жизнь. Но на эту просьбу я бы ответила отказом. Ты совершил слишком много преступлений, и пришла пора положить им предел. Прощай!

Взгляды трех птиц скрестились на Квалдорбане. Кружась, они создали переплетение красных, зеленых и синих пар лучей. Эльф растаял в этом переплетении. Растаял, не оставив после себя даже капли сущности, которая могла бы возродиться в другом теле. Комета махнула рукой, и три птицы исчезли. Сквозь Вселенные и Измерения они полетели прочь — туда, где хотели оказаться.

Девушка ПОЖЕЛАЛА, и ее тело окутали прекрасные невесомые одежды. Она ПОЖЕЛАЛА, и возникло зеркало, в котором она с удовлетворением рассмотрела свое отражение.

— Пора познакомиться с врагами Квалдорбана, — произнесла Комета, и в ее голосе зазвенели стеклянные колокольчики.

Выйдя из каменного зала, девушка столкнулась с темными эльфами, стоявшими на карауле возле покоев своего принца.

— Ваш господин Квалдорбан умер конечной смертью! — объявила она. — Поступайте, как хотите. Но на вашем месте я бы открыла ворота замка и сдалась на милость победителей.

Для эльфов появление Кометы стало полной неожиданностью. Одни оцепенели, другие схватились за оружие, третьи бросились в покои принца, чтобы проверить слова девушки. Комета не стала терять время на этих по-своему верных и стойких воинов. Она проследовала дальше по галереям замка, на ходу своими ЖЕЛАНИЯМИ разрушая боевые машины и защитные заклинания. К тому моменту, когда она дошла до главных ворот, цитадель принца Квалдорбана полностью утратила обороноспособность.

Комета сняла чары со створок и распахнула ворота, не прикасаясь к ним руками.

У осаждающей армии имелись неплохие маги, которые почувствовали разрушение защитной системы замка. За линией возведенных укреплений Комета заметила оживленное движение. Она не стала использовать сверхвидение, а просто отправилась в ту сторону по асфальтированной дороге, начинавшейся у ворот замка.

Комета увидела, как навстречу ей разворачиваются несколько больших параболических зеркал, вертикально установленных на колесных повозках. Должно быть, осаждающие боялись, что принц Квалдорбан придумал какую-нибудь военную хитрость.

Девушка спокойно шла по дороге, лишь раз остановившись и обернувшись, чтобы полюбоваться высокими уступчатыми стенами и величественными башнями замка. Несмотря на мрачный вид, он был красив суровой красотой, свойственной не слишком изящному, но зато надежному и эффективному оружию. На фоне покрытых лесом гор и при свете двух солнц — малинового и оранжевого — замок выглядел особенно впечатляюще.

Вскоре Комета приблизилась к возведенным противниками Квалдорбана укреплениям. Здесь ее уже ожидали. Навстречу девушке выступила яркая процессия. Впереди шли воины-пехотинцы, вооруженные алебардами, короткими толстоствольными ружьями-огнеметами и мощными арбалетами. Следом за ними на шестиногих полубыках-полуящерах ехали трое богато и пестро одетых людей, которые выглядели и вели себя, как командиры. Но Комета знала, что это не сами командиры, а пойманные на месте преступления мародеры и дезертиры. Роли командиров были их наказанием и искуплением вины. В магических войнах этого мира одинаково широко применялись как самые изощренные ловушки, так и ложные цели, отвлекающие внимание от истинных предводителей армии. Преступники как раз и являлись теми ложными целями, на которых осаждающие хотели проверить, не является ли одинокая девушка новым оружием принца Квалдорбана.

Процессия остановилась, когда между передовыми солдатами и Кометой осталось около пятидесяти шагов.

— Стой! Ни шагу дальше! — зычно прокричал один из всадников. Он хорошо играл свою роль, хотя Комета видела его тщательно скрываемый страх.

Комета остановилась и сказала:

— Не надо меня бояться! Я только что уничтожила вашего врага — принца Квалдорбана. Я хочу поговорить с настоящими командирами, а не с вами.

Всадники поднесли к губам сплетенные из тонкой серебряной проволоки амулеты и что-то в них зашептали. Комета не стала прислушиваться, зная, что сейчас просто повторяются ее слова. Медальоны работали как радиопередатчики, только для трансляции данных использовались не волновые колебания, а волшебные трансинформационные потоки. Это была очень простая и наивная магия, однако местные жители, несомненно, считали ее высоким и сложным искусством.

Девушка при помощи сверхвидения проследила за каналом связи и увидела, что истинные военачальники находятся за линией укреплений в хорошо охраняемом и защищенном мощными заклятиями шатре. Она не собиралась ждать, пока обладающие реальной властью люди будут осмыслять и проверять ее слова, поэтому пошла вперед — прямо на встречавшую ее процессию.

Пехотинцы взяли оружие наизготовку. Эта ситуация напомнила Комете события из жизни Найи Кайдавар. Но на этот раз она не собиралась перехватывать выпущенные в нее стрелы или иные метательные снаряды. Она просто ПОЖЕЛАЛА, и стволы ружей искривились и повисли, словно оплавленные, тетивы на арбалетах полопались, а алебарды смялись, будто сделанные из бумаги.

— Не надо воевать! — веско произнесла Комета. — Я пришла с миром.

Столь явно продемонстрированная магическая сила произвела на солдат должное впечатление. Они расступились, понимая, что ничего не могут противопоставить этой юной прекрасной девушке в легких струящихся одеяниях. С магами могли сражаться только маги.

Комета беспрепятственно миновала линию укреплений, состоящую из невысоких каменных башен, соединенных траншеями и защищенными частоколом. Боевые заклинания так и не были приведены в действие. Похоже, военачальники решили вступить в переговоры.

Воины осаждающей армии — люди и эльфы обоих видов — собрались посмотреть на девушку, которая так неожиданно вмешалась в ход боевых действий. К Комете никто не приближался и не пытался заговорить, но никто и не мешал ей идти к шатру. Лишь крылатые лесные эльфы несколько раз пролетели над ее головой, больше из озорства, нежели в разведывательных целях. Те маги, что ожидали Комету в шатре, попытались издали «прощупать» силы Кометы. Но их колдовские способности не шли ни в какое сравнение с энергетикой черной галактики. С таким же успехом комары могли меряться силами с ураганом.

Воины в ярких одеждах, стоявшие на страже возле шатра, при приближении девушки четко и слаженно отсалютовали ей своим оружием. Один их них откинул полог занавешивавшей вход плотной ткани. Комета вошла внутрь и обычным зрением осмотрела встречавших ее людей.

Первым был бравый седоусый воин в отполированной до зеркального блеска кирасе, одетой поверх простого кожаного камзола, в высоких сапогах с золотыми шпорами и в шлеме-короне с шестью высокими зубцами-шипами.

Второй был одет в длинную бледно-сиреневую мантию, скроенную по точному подобию одежды принца Квалдорбана. У него были длинные прямые темные волосы, крючковаты нос и тонкие губы. Он выглядел, как самый настоящий маг. Именно магом он и являлся.

Третий носил бесформенный балахон, сшитый из маленьких разноцветных лоскутков. На его голове был одет высокий отороченный мехом колпак. Все тело этого человека было покрыто синими татуировками, изображавшими магические письмена и символы. В руках он держал пустотелую тыкву, в которой перекатывались сухие зерна сотен растений и издавали тихое мелодичное шуршание.

Четвертый был королевским эльфом: высоким, стройным, светловолосым. Он носил простую свободную одежду без украшений. Но на широком кожаном поясе эльфа были подвешены несколько десятков маленьких мешочков и пузырьков, что выдавало его принадлежность к колдовской профессии.