Последнее воплощение - Белозеров Антон - Страница 151

Люди ошиблись, когда считали, что уничтожив предводительницу армии нелюдей, они без труда захватят Холмогорье. Наоборот, получив известие о гибели Кометы, Зукхил и Хрумпин объявили о всеобщей мобилизации. Армия нелюдей за несколько недель увеличилась почти до сотни тысяч воинов. Холмогорцы кипели гневом и яростью, они жаждали отомстить за смерть своей любимой военачальницы.

На прибрежные города людей обрушились орды бесстрашных и беспощадных нелюдей. Это уже были не те дикари, которых можно было в упор расстреливать картечью из пушек. Обученные Кометой отряды штурмовали стены по всем правилам военного искусства. Города Побережья пали один за другим. Их жители были по большей части вырезаны, а оставшиеся в живых обращены в рабство.

Но и этой победы холмогорцам показалось мало. Прошло несколько лет, в течение которых нелюди перенимали у своих рабов искусство кораблестроения и мореплавания, и вот уже флотилия нелюдей переплыла Междуземный пролив. Армия Холмогорья обрушилась на королевство Нарданала, предала его огню и мечу, а затем разорила и другие западные государства. Людей постигла та же участь, что и жителей прибрежных городов.

Последние полторы сотни лет этот мир полностью принадлежал нелюдям. Остатки независимых людей жили за далекими северными горами — в снегах, в нужде, в постоянных войнах с экспедиционными карательными корпусами холмогорцев.

Но самым неприятным для Кометы было то, что помимо жестокого рабовладельческого государства нелюди создали тоталитарный религиозный культ. Культ Леди Кометы. Возник целый пантеон богов, полубогов и героев. Разумеется, верховной богиней считалась сама Комета. Чуть ниже нее располагались обожествленные соратники-нелюди: Хрумпин, Зукхил, Балил и даже Рухинак, который постоянно сомневался в ее праве называться «светлым воплощением». Люди, которые поддерживали Комету — озерник Гарбискул и лекарь Алиний Плантор — были названы ее верными РАБАМИ. Их приводили в пример современным людям, как идеализированные образцы верных и преданных слуг. Таким образом, людей изначально низводили до положения низших существ, которые не могли претендовать на равные с нелюдями права.

А дворянин Адонсо Калтрадский?… В религии Холмогорья он стал воплощением предательства и подлости. Именно на него взвалили всю вину за пленение и смерть Кометы. При упоминании его имени каждый благочестивый «кометник» непременно сплевывал и посылал проклятия в адрес Адонсо и всего человеческого рода.

Кроме этих основных персонажей, религия имени Леди Кометы включала в себя множество других существ. Их было так много, что Комета не стала вдаваться в подробности. Для нее достаточно было уже того, что все ее благие начинания, все призывы к свободе породили еще большую жестокость и ненависть.

Комета была подавлена и разочарована:

— Что же мне делать? Поднять людей на восстание и свергнуть тиранию нелюдей?

— Работай! — словно отвечая на ее вопрос, прикрикнул кентавр-надсмотрщик, и на спину Кометы обрушился еще один удар хлыста.

Комета встала, выпрямилась и произнесла:

— Я вернулась!

Она ПОЖЕЛАЛА, и ударивший ее кентавр взлетел высоко в воздух, а затем рухнул вниз, переломав все кости.

Женщины-работницы застыли в изумлении и ужасе. Оставшиеся двое кентавров схватились за оружие… и разделили участь своего товарища.

— Это посланница Шира-Вада-Дагна! — всплеснула руками пожилая женщина.

— Шир-Вад-Дагн, славься во веки веков! — подхватили ее крик остальные.

— Шир-Вад-Дагн, облегчи наши страдания!

— Шир-Вад-Дагн, выведи нас из рабства!

Комета на мгновение растерялась. Что она должна была делать? Объяснять этим забитым и неграмотным женщинам, что именно она и есть та самая Леди Комета? Рассказывать, что она все силы отдала борьбе с Триединой церковью, так как видела в ней главную опасность духовного закабаления?

Комета махнула рукой в сторону ближайшего леса:

— Бегите, люди! Скоро сюда подоспеют другие кентавры на подмогу.

— Ты защитишь нас, посланница Шира-Вада-Дагна! — с фанатичной слепой уверенностью закричала пожилая женщина и бросилась в ноги Комете. — Порази своих врагов мечом огненным во имя священного триединения!

Другие женщины также попадали на колени и поползли к Комете, восклицая:

— Помоги нам, святая!

— Спаси нас!

— Исцели наши раны!

— Накорми наших детей!

— Дай нам свободу!

Комета почувствовала, как в ней закипает гнев. Но теперь он был обращен не только на нелюдей, но и на их рабов.

— Раз вы сами не боретесь за свою свободу, значит, она вам не нужна! — воскликнула она. — Если вы ждете, что кто-то вам поможет, значит, помощи вы не получите!

Но слова Кометы попросту не были услышаны. Женщины ползли на коленях, протягивали к ней руки и умоляли:

— Помоги!

— Защити!

— Спаси!

— Дай!… Дай!… Дай!…

Комета одновременно испытывала жалость и презрение. Она не в силах была смотреть в пустые фанатичные глаза женщин, вдыхать миазмы от их немытых тел и ощущать прикосновения грубых натруженных рук. Она почти ненавидела их, но осознавала свою вину за то, что с ними произошло. Впрочем, напомнила себе Комета, если бы двести лет назад люди захватили Холмогорье, то сейчас точно в таком положении находились бы горные копатели, кентавры, дриады, прыгунки и прочие нелюди.

Комета ПОЖЕЛАЛА и переместилась в Холмоград — столицу Холмогорья — в главный храм своего собственного имени. Она воплотилась в теле рабыни-служанки, которая как раз в этот момент обмывала ноги огромной каменной статуи Леди Кометы. Присоски на руках и ногах богини были значительно больше, чем у настоящей Кометы. Неизвестный скульптор стремился подчеркнуть, что богиня Леди Комета принадлежала к миру нелюдей.

По обеим сторонам основного изваяния были установлены статуи обожествленных Хрумпина и Зукхила. Они держали в руках секиры, целиком выкованные из золота.

Услышав за спиной голоса, Комета обернулась. Ей был нанесен еще один душевный удар. Она увидела… саму себя. Вернее, она увидела дриаду, которая была объявлена новым «светлым воплощением» Леди Кометы. Дриада являлась неотъемлемой частью религиозного культа, вобравшего в себя архаичную веру в память предков, именуемую «светлым воплощением». При соблюдении соответствующих обрядов и псевдонаучных астрологических расчетов священники Леди Кометы избирали девушку-дриаду, которая объявлялась очередным «светлым воплощением» богини. Всю жизнь ее окружали почетом и уважением, а после смерти вновь выбирали новую юную Леди Комету.

Подобные же «светлые воплощения» имели и другие обожествленные личности. Разумеется, к настоящему переселению душ они не имели никакого отношения. Более того, «должности» «светлых воплощений» давно уже стали предметом торговли. Богатейшие семьи помещиков и рабовладельцев Холмогорья старались протащить в храмы своих родственников, чтобы таким образом продемонстрировать собственное влияние и могущество. В ход шли подкупы жрецов, охаивания «конкурентов», интриги и сплетни. В общем, нелюди создали общество, вобравшее в себя все самые худшие черты человеческого государства, против которого когда-то сражалась настоящая Леди Комета.

Дриада, которая считалась воплощенной богиней, неторопливо и плавно шла по храму в сопровождении жреца-фавна. Их окружала почетная стража из шести кентавров и четырех прыгунков. Горные копатели, слишком большие и неуклюжие, чтобы нести охрану внутри храма, стояли у внешних дверей.

Комета вгляделась в лицо своего «светлого воплощения». Дриада была молода, печальна и, казалось, тяготилась возложенными на нее обязанностями.

Комета расслышала, как жрец-фавн говорил дриаде:

— Через восемь дней состоится праздник в честь освобождения Дубовых Взгорий. Согласно церемониалу, ты должна лично обезглавить трех человек, олицетворяющих Силу, Ложь и Подлость людей. А ты до сих пор даже не научилась правильно держать меч.

— Я не умею, — робко произнесла дриада.

— Да что там уметь?! — воскликнул фавн. — Людей положат перед тобой на плаху связанными и беспомощными. Вот прежнее воплощение Леди Комета любила устраивать настоящие поединки с людьми. Она рубила их одного за другим, как тростник… Ну, конечно, ей помогали.