Психиатр для магов (СИ) - Королек Марина - Страница 38

— Я ведь могла отказаться?

Он широко улыбнулся и крепко сжал в объятиях.

— Но ты не отказалась, — догадался он.

— Спасибо, что веришь в меня, — я его тоже обняла.

— Ты меня очень впечатлила.

— Ты предвзят.

— Не-е-е-ет, — шутливо протянул Адриан, — если только немножечко.

— И что тебя впечатлило?

— Твои ступни, — честно признался он. — Мне кажется, они мне снятся каждую ночь.

Я расхохоталась.

— Нам женщинам хочется, чтобы вы восхищались нашим умом, а вас интересуют только ступни.

— Не только, но и они тоже. Что ты хочешь, родная, это наша природа.

Он ссадил меня с колен. Протянул руку. Мы переплели пальцы и пошли вдоль берега реки.

Ладонь его была горячей и через неё мне казалось, что к моей перебегают токи.

С ним было хорошо просто молчать.

С появлением Адриана природа вокруг меня словно раскрасилась яркими красками. Трава стала казаться насыщеннее, лес спокойнее и величественнее, пение птиц слаще.

Неожиданно Адриан повернулся ко мне, достал из внутреннего кармана зелёную бархатную коробочку с вензелями, встал на одно колено.

Он нажал на скрытый механизм, но она не открылась.

— Подожди, — подмигнул мне, надавил ещё сильнее, покрутил в руках.

Коробка не открывалась, он сощурил глаза, саркастически посмотрел на меня.

Я захохотала.

— У нас небольшая заминка, но мы с ней справимся, — он достал из специального поясного чехла нож, сковырнул замок.

Послышался щелчок, и наконец коробочка открылась, на маленькой розовой подушечке блестело немного потёртое старинное кольцо.

— Элиза Преока, прошу тебя стать моей женой, — сделал он официальное предложение.

Он не говорил о любви, но смотрел так искренне, искренне, с такой неприкрытой нежностью, что я не смогла отказать.

— Да, — только и смогла вымолвить.

Он надел на палец кольцо, обнял за талию и закружил.

Смех вырвался непроизвольно. Адриан поцеловал.

— Я хочу, чтобы мы поженились осенью. Ты успеешь шить платье, я сниму нам квартиру в столице. Я заезжал в поместье, там всё нужно восстанавливать, поэтому сразу поселиться там не удастся.

— Когда нас обвенчают, мы можем пожить у меня.

— Нет! Ты не подумай, мне нравится твой домик, но после свадьбы я хочу посвятить всё своё время тебе, а не борьбе с твоим домом, — засмеялся он. — Курта мы определим в гарнизонное училище, я уже предварительно сговорился.

— Ты так ловко распланировал нашу жизнь, — произнесла я с лёгкой досадой.

— Поверь, это самый лучший вариант, — убеждённо проговорил он.

Я отступила на шаг.

— А как же моя практика?

— В столице ты продолжишь практику. Пока у нас нет детей, но когда появятся, ты сама поймёшь, что не сможешь заниматься и тем и другим.

Я отступила ещё на шаг. Адриан шагнул ближе, прижал к себе. От его близости и родного запаха закружилась голова. Наши объятия виделись такими правильными, нужными, я хотела сказать, что не готова отказываться от медицины, хотела убедить, что женщина может совмещать семью и работу, что Курту не нужно военное образование, потому что он желает стать лекарем.

— Я безумно счастлив с тобой, — прошептал он в мои волосы, обезоружив меня этими словами.

И мне не захотелось портить момент, мы всегда сможем поговорить позже.

В лагерь мы заходили вместе.

— Хочу вам всем представить мою невесту, Элиза Приока, самая удивительная и прекрасная женщина во всём белом свете, — весело проговорил он.

Отовсюду послышались одобрительные возгласы и поздравления. К нам подошли его люди, Адриан представил нас.

Я искала глазами Курта, но среди военных его не было, только качнулся полог нашей палатки.

Впереди предстоит тяжелейший разговор с мальчишкой.

Подошёл граф.

— Надеюсь, ты идёшь нас поздравить, а не читать мораль? — пошутил Адриан.

— Должен признать, я ошибался, — граф вежливо улыбнулся, — я действительно рад за тебя.

— Согласись Рехольд, иногда некоторые частности не имеют значения.

— Если только они — мелочи, — возразил с намёком граф.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Поздравляю с помолвкой. Назначили день свадьбы? — ровно сказал его сиятельство и вежливо поклонился мне.

Граф ни одним движением, ни взглядом не показал неудовольствия и я с облегчением вздохнула. В последнее время его поведение меня беспокоило, я даже заподозрила интерес, но мне это померещилось. Ещё одного мужчину, который имеет на меня виды, я не переживу.

— Нет, но планируем осенью. Нам с тобой вначале нужно разобраться с делами. — Адриан нахмурился.

— По поводу дел есть новые све́денья, хочу чтобы ты взглянул на бумаги, — бесстрастно произнёс граф.

— Подожди секунду.

Адриан повернулся ко мне, провёл по щеке пальцами.

Прости, родная, мне нужно идти.

Сжал мою ладонь, улыбнулся и пошёл за его сиятельством.

Я осторожно зашла в палатку, ступала по земле, как по минному полю. Курт сидел на тюфяке и смотрел на меня из-под нахмуренных бровей, ждал объяснений.

Я решила, что это хороший знак. Липа демонстративно отвернулась от меня, села и заложила ручки за спину.

Мне предстоял, вероятно, самый сложный разговор в моей жизни.

— Курт, у нас с Дроком никогда не было отношений. Ты знаешь, что я отношусь к нему очень тепло, сильно восхищаюсь, но не люблю. А сердцу не прикажешь. Помнишь, я говорила о химических реакциях, происходящих в теле, когда люди подходят друг другу. У нас с Дроком их нет и никогда не было. И с этим я ничего не могу поделать.

— У тебя нет, — буркнул Курт. — Дрок любит тебя.

Я с грустью вздохнула.

— Не думаю.

— Ты ошибаешься, — с горячностью сказал мальчишка. — Он любит тебя. Мне кажется, он полюбил ещё тогда, когда случайно сбил. Ты никогда не замечала, как он на тебя смотрел.

— Мне жаль, Курт, — я села с ним и обняла.

Липа перебралась к нему на руки.

Мальчонка всхлипнул, украдкой смахивая слёзы.

— Я хочу, чтобы ты остался со мной, — прошептала я, Курт вздрогнул. — Не отвечай, просто хорошо подумай. Я всё сделаю для твоего будущего, в логове тебе не место, но это не значит, что ты потеряешь с ними связь. Дрок не откажется от тебя, если ты выберешь свой путь, так же как не отвернулся от меня. Так же, как и мы никогда не отвернёмся от него.

Я ещё посидела подле, погладила его по волосам. Кажется, Курт уснул, подвинула к краю, легла рядом и обняла его. К ужину решила не идти.

Проснулась ночью оттого, что мальчишка вздрогнул, выбрался из моих объятий и сонно побрёл в лес. Я решила его проводить.

Лагерь уже спал, только несколько дозорных обходили периметр.

В центре лагеря стоял Граф, широко расставив ноги и сложив руки на груди, и смотрел в звёздное безоблачное небо.

Глава 25

Услышал шаги, взглянул в нашу сторону и приблизился.

— Я провожу, — взял Курта за плечо.

— Благодарю, ваше сиятельство.

Они ушли, я тоже решила на минутку зайти в лес, после прошла к ручью помыть руки и ополоснуть лицо.

Подошёл граф, облокотился на ствол дерева.

— Вы не вышли к ужину, — констатировал он.

— Мы уснули с Куртом, — пробормотала я.

— Идёмте, я вас покормлю, — спокойно предложил граф.

Я хотела отказаться, но почти сразу поняла, что очень голодна, стоило только заговорить о еде.

Граф усадил меня у погасшего костра, а сам зашёл в ближайшую палатку, вышел с тарелкой мяса, овощей и хлебом, сел рядом.

— Почему вы не спите? — спросила его.

— Сегодня чудесная ночь, не считаете?

Я опять взглянула на небо. Незнакомые созвездия светили удивительно ярко. Вдохнула глубоко сладкий лесной воздух.

— Смотрите, там созвездие золотой бабочки? — он подсел ближе, склонил голову вбок, почти коснулся виском моих волос и указал в небо. — Знаете легенду?

Я покачала головой.

— Я так и думал, — криво улыбнулся граф.