Как соблазнить плохого парня (ЛП) - Дуглас Трейси - Страница 25

Мэл чувствовалась восхитительно. Вкусная. Запах невероятный. Все его сдерживаемые побуждения превратились в гипердрайв, и он поднял её, отнёс к окну и усадил на мраморный подоконник. Она вздрогнула, когда её голая кожа прижалась к прохладному стеклу, и он оторвался, чтобы посмотреть в её остекленевшие от страсти глаза. Её легкий кивок дал ему приглашение, в котором он нуждался.

Адам был так поглощён их поцелуем, что едва успел поднять руки, когда она выдернула его рубашку из-под пояса джинсов и стянула её через голову. Однако он остановил её, когда она потянулась к пуговице на его поясе, только потому, что это был её первый раз, и это должно было быть особенно. Идеально. Если кто-то и заслуживает совершенства, так это Мэл, и даже сломленный и недостойный Адам поклялся дать ей это, хотя бы сегодня.

Он коснулся её щеки костяшками пальцев, простое прикосновение вызвало в нём ещё одну волну осознания. Он не был уверен, как выживет, когда их крайний срок наступит, но он, наконец, сдался. Это должно было случиться, и он хотел наслаждаться каждым моментом.

Адам слегка улыбнулся ей.

— Годы фантазий — это высокая планка, чтобы соответствовать. Эта ночь должна стать незабываемой.

— Я помню о тебе всё.

Сексуальная хриплость в её голосе отозвалась в нём, его кровь забилась сильнее. Он не был весенним цыпленком в мешке, но это была Мэл. Он так долго держал её на неприкасаемом пьедестале. Теперь она была здесь, с ним — готовая и желающая — и он не был уверен, как справиться со всеми своими сильными, противоречивыми чувствами — желанием, страхом, потребностью, далеко за пределами похожего, приближающимся к...

Нет. Он остановил эти мысли на ходу, не обращая внимания на тоску в груди. Никакого слова на букву Л. Не сегодня ночью. Сегодняшний вечер был о страсти, желании и экстазе. Это всё.

Может быть, если бы он сказал себе это достаточное количество раз, он бы поверил в это.

«Я помню о тебе всё».

Были времена, когда он бы отдал всё на свете, лишь бы услышать, как кто-то говорит, что дорожит им настолько, что помнит его. И вот уже Мэл вручает ему этот подарок с открытым сердцем. Он скользнул руками вниз по её спине и остановился на пояснице. Адам прижал её ближе к своему телу и наслаждался её крошечным стоном. Он не мог отдать ей своё сердце, но он мог отдать ей остальную часть себя, чего бы это ни стоило, до тех пор, пока они будут вместе.

Она была такой отзывчивой, такой раскованной. Он поднял её и пошёл назад к кровати, держа её в своих руках. Задняя часть его ног коснулась матраса, и он остановился, снова прикоснувшись к её губам, затем повернулся и положил Мэл на кровать, прежде чем вытянуться рядом с ней, его мышцы дрожали от едва сдерживаемого напряжения.

— Ты уверена в этом? — спросил он в последний раз, нуждаясь в подтверждении того, что всё это было правдой и чего она действительно хотела.

— Да. — Она провела пальцами вниз по его обнаженной груди к поясу джинсов. — Безусловно.

Адам протянул поцелуи от её губ к уху, а затем вниз по её шее. Она выгнулась к нему дугой, её дыхание обжигало его кожу, и он изо всех сил старался сохранять контроль, выдавливая слова из своих напряженных голосовых связок.

— Медленно и легко.

— Для начала да. — Мэл слегка отстранилась, её щеки покраснели, а глаза потемнели от страсти. Затем её маленькая ухмылка стала определенно игривой, когда она снова притянула его к себе. — Но передумать — это прерогатива женщины.

* * *

Первые лучи солнца заглянули в окна, когда Мэл моргнула и открыла глаза. Они заснули в объятиях друг друга, и она понятия не имела, как долго они спали. Была суббота, и у неё были выходные, так что это не имело значения. Ей нигде не надо было быть сегодня. Нигде, кроме как здесь, с Адамом.

Мой любовник.

Дрожь пробежала по ней, когда она подумала о том, что он делал с ней прошлой ночью, что она делала с ним. Что они делали вместе. Это было невероятно, незабываемо, невероятно эротично, и всё же так сладко, что у неё сжалось сердце.

Тихий храп Адама зашевелил волосы на её макушке, и она прижалась к его груди, щекой потёрлась о его челюсть, теперь покрытой тёмной щетиной. Она глубоко вдохнула, наслаждаясь запахом его кожи, наслаждаясь тем, как его руки сжимают её, словно он никогда не отпустит её. На самом деле, она любила в нём всё.

Однако её беспокойные движения, должно быть, разбудили его, потому что следующее, что она помнила, это то, что он зевнул, а затем поцеловал её в висок.

— Доброе утро. Ты удивительная.

Мэл хихикнула, уткнувшись лицом ему в горло, внезапно смутившись.

— Ты и сам не так уж плох.

Адам усмехнулся, звук загрохотал у неё под ухом.

— Ты в порядке? — спросил он, передвигаясь в постели так, чтобы их лица оказались на одном уровне. — Нужно что-нибудь? Воды? Еды? Ибупрофен? Я всегда держу упаковку под рукой в своей спортивной сумке.

— Я в порядке. — Мэл провела кончиками пальцев по его темной челюсти, его беспокойство грозило расплавить её, превратив в лужу из желе. Но меньше всего ей сейчас хотелось, чтобы Адам шевелился, встал и оставил её. Она хотела, чтобы он оставался там, где был. — Как нельзя лучше.

Он нежно поцеловал её, затем снова закрыл глаза, его дыхание снова успокоилось, и он уснул. Мэл лежала там, наблюдая за ним. Ей хотелось задать ему всевозможные вопросы, и снова проявилась её аналитическая сторона. Всё ли правильно она сделала прошлой ночью? Удовлетворила ли она его так же сильно, как он доставил ей удовольствие? Было ли это хорошо и для него?

Однако момент уже прошёл, поэтому она просто наслаждалась ощущением того, что находится в его объятиях, заново переживая все моменты прошлой ночи. То, как он двигался, как вкушал и как звучал, как его голубые глаза потемнели от желания, как её губы всё ещё покалывало от его поцелуев, а её тело болело во всех неожиданных местах от прикосновений Адама.

Соблазнение её плохого парня было всем, о чём она когда-либо мечтала, и даже больше, её чувства к Адаму только становились глубже, сильнее, богаче.

Ей было интересно, чувствует ли он то же самое по отношению к ней.

«Ты сама по себе в любви. Я не занимаюсь любовью».

Его слова, когда они только начинали этот безумный план, эхом отдавались в её голове, заставляя сердце сжаться, а дыхание сбиться.

Он не занимается любовью. Она согласилась на это с самого начала, знала, во что ввязывается с ним; тем не менее, она не могла подавить маленькую искорку надежды, что, может быть, всё изменилось, что, может быть, он изменился из-за того, что провёл с ней время. Что, может быть, только на этот раз её было достаточно, достаточно, чтобы он захотел вынести их отношения на публику и рискнуть всем, чтобы быть вместе.

Мэл отбросила эти глупые мысли. Нет. Это говорило её прежнее «я». Новая Мэл жила настоящим моментом, отбрасывала осторожность на ветер, принимала жизнь так, как она шла к ней.

С тяжелыми веками она положила голову ему на сердце, немного темных волос на его груди щекотали её щеку. Грудь Адама вздымалась и опускалась, успокаивая её своим устойчивым ритмом. Не в силах отвлечься, Мэл провела рукой по линии волос, тянущейся через середину его подтянутого живота, прежде чем исчезнуть под простыней. По правде говоря, он более чем оправдал всю эту шумиху. На самом деле, он уничтожил всех в этой солнечной системе.

— Ого, куда это вы, дамочка, — проворчал Адам, приоткрыв один глаз, чтобы посмотреть на неё сверху вниз, и положил руку на её кисть. — Касса открывается в одиннадцать.

— Хм. — Она наклонилась, чтобы посмотреть на часы на ночном столике. — Сейчас едва ли есть шесть.

Адам повернулся на бок, а Мэл оперлась локтем на матрас, подперев голову рукой. Он бросил на неё наглый взгляд, затем медленно улыбнулся, его сонные голубые глаза озорно сверкнули.

— Пытаешься наверстать упущенное?

— Что-то вроде того. — Мэл повела бровями, смеясь, когда он перевернул её на спину, обняв её и завладев её губами. Переработка всех её беспокойных эмоций может произойти позднее. Теперь она не будет беспокоиться о будущем. Будет достаточно времени, чтобы обдумать и справиться с последствиями. Учитывая, что до её дня рождения осталось всего несколько недель, реальность вернется достаточно скоро. Сегодня она будет дорожить тем, что у неё есть.