Ратибор. Окталогия (СИ) - Фомичев Александр Игоревич - Страница 161

Стоящие недалеко Мирослав и Яромир покосились на Святослава, пристально смотрящего вдаль.

– Дядя, это хороший вопрос, вынужден признать!.. У Ратика иногда бывает просветление, – поддержал рыжего приятеля маявшийся рядом от скуки Емельян. – Мы тут уже более получаса ворон считаем! А дел насущных – невпроворот, между прочим!.. Я ведь хотел сегодня ещё новую мелодию на дудочке Жильке своей сыграть, да запамятовал, куда её, родимую, подевал… Искать надобно!

– Кого подевал‑то? Дудочку или Жильку?

– Дудочку, Ярик, конечно – дудочку, – досадливо поморщился Емельян на недогадливость находившегося подле князя Яромира. – Жиля же не вещица какая, чтобы из кармана дырявого вывалиться…

– Действительно, – улыбнулся воевода себе в бороду.

– Да‑а‑а, Емеля, – едко хмыкнул присевший на один из каменных выступов в стене Мирослав, – дела у тебя прям государственной важности, как я погляжу…

– А то! Это вам не за серыми собаками по болотам да канавам шариться!..

– Ну‑ну, я так и понял… – насмешливо фыркнул русый мечник.

– Гостей ждём. Потерпите! – Святослав между тем быстро прошёлся взад‑вперёд, после чего опять принялся что‑то высматривать вдалеке. – Дорогих гостей! А вон, кстати, и они объявились! Ну наконец‑то!

Трое бойцов и Емельян мигом оживились, удивлённо уставившись на показавшиеся в отдалении стройные ряды марширующих в сторону Мирграда ратников. К столице приближалось довольно внушительных размеров воинство. Как полноводная равнинная река, двигались неспешно пришлые витязи к городу, в конце концов остановившись недалеко от северных ворот. На пурпурном стяге, гордо реющем над собирающейся разбить лагерь под стенами Мирграда ратью, красовалось оскаленное рыло здоровенного вепря. Вместо клыков у него из пасти торчали продолговатые лезвия кинжалов.

– О как! – радостно воскликнул Емельян. – Борград всё‑таки за нас⁈

– Как тебе, друже, удалось уболтать старого Огвальда⁈

– Сколько их⁈ Навскидку тысячи три с гаком! Ух‑х‑х!

– Почему молчал, князь⁈ Сглазить, что ль, боялся?

Вопросы от друзей посыпались на довольно улыбающегося Святослава как из рога изобилия.

– Сила есть – ума не надо! – дружно грянуло за стеной в этот момент.

– Ох, е‑е‑е, у кабанчиков новый боевой клич⁈ Впечатляет!.. Но, похоже, они спёрли его у тебя, Ратиборушка…

– Так, мямля, указа балаболить не было! – Ратибор занёс руку, намереваясь отвесить княжьему племяшу доброго щелбана, но тот, уже наученный горьким опытом, шустро отскочил в сторону, чуть не навернувшись при этом со стены под ироничными взглядами богатырей. Хорошо, Яромир успел словить непутёвого остряка за шиворот.

– Молодца, Емеля! – одобрительно поднял вверх большой палец Мирослав. – Как по мне, не подколол нашего рыжего мишутку, считай, день прошёл зря… – русоволосый воин тут же ловко сиганул вслед за Емельяном, уже в свою очередь сам уворачиваясь от летящего ему в лоб мощного щелчка. Похоже, Ратибор, вспомнив про находящееся в его арсенале такое грозное оружие, решил, не колеблясь ни секунды, пустить его в ход супротив начавших расходиться не на шутку друзей‑приятелей.

* * *

– Рад сознавать, что наш союз крепок как никогда и ты твёрдо держишь своё слово, уважаемый!

– Это вопрос чести! – Борислав крепко пожал протянутую Святославом руку. Чуть выше среднего роста, плотного телосложения, с тёмной, кудрявой шевелюрой и такой же бородкой, старший сын Огвальда производил вполне приятное впечатление благодаря, в первую очередь, правильным чертам лица и прямому, открытому, ясному взору. – Ты позвал, князь, я – пришёл, как и обещал!

– Позволь поинтересоваться, как же твой батя…

– Отец больше не принимает важные для Борграда решения и переведён в младшие советники, то бишь отправлен на заслуженный отдых! Подустал он малость, уже не соображает, что творит, – холодно прозвучал голос Борислава. – Новый правитель Борградского княжества стоит перед тобой сейчас, великий государь!

– Я тебя понял, – Святослав кивнул, стараясь скрыть мимолётную улыбку, на секунду озарившую его волевое лицо. – Поздравляю, владыка Борграда! Долгих лет тебе и твоему трону!

– Благодарю, – лишь сухо кивнул в ответ Борислав. Похоже, долетавшие до Мирграда смутные слухи оказались правдивыми: смена власти в Борграде всё‑таки случилась, и произошло сие значимое событие не совсем безболезненно. Наверняка именно это до сих пор и тяготило борградского воеводу. Очевидно, что ему пришлось пойти на крайне радикальные меры и не без помощи силы сместить с трона властителя Огвальда, своего отца, дабы сдержать слово, данное Святославу. После того как Мирград помог Борграду одержать верх над половецкой ордой, с не самыми добрыми намерениями пожаловавшей к городским воротам столицы небольшого Борградского княжества, это был вопрос чести.

Разговор двух вершителей судеб проходил в замке Святослава, в центральном, тронном зале, где обычно и принимал самых важных и дорогих гостей правитель Мирграда. Борислав пожаловал на официальную встречу к мирградскому князю с весьма скромной свитой, не став также облачаться в какие‑либо особые церемониальные одеяния. Как был в добротном, но незамысловатом обмундировании с дальней дороги, так в нём же и заявился на данное, по сути, дружеское мероприятие. Новоиспечённый князь Борграда никогда не кичился своим высоким положением в обществе. Наоборот, он всячески старался его не подчёркивать, особенно когда находился среди рядовых воинов. Что и говорить, Борислав умел расположить к себе. В первую очередь это касалось, конечно, простых людей.

– Полагаю, праздновать наш союз не с руки нам сейчас, ибо делить шкуры ещё неубитых волков – плохая примета. Про какие‑либо гулянья до битвы вообще молчу! Но к моей трапезе прошу присоединиться, князь!

– Добро, – согласно кивнул Борислав, проследовав за Святославом в обеденный зал. Официальная часть закончилась, так почему бы и не поужинать? Дорога была не близкая.

Глава 19

«Сколько лет, сколько зим!..»

Трактир «Четыре копыта»

– Емеля, ты сам ивовый прутик притащишь или мне сходить за ним? Учти только, если буду выбирать я, то возьму потолще!

– А что случилось, Ратиборушка?

– Я тебя предупреждал ещё перед нашей лёгкой прогулкой в Забытые пустоши, что, если обидишь Жилю, излупцую так, что присесть с неделю не сможешь?

– Предупреждал, Ратик!

– Это хорошо, что не отрицаешь, что помнишь! Ну так бегом тогда, неси сам, пока я добрый, а то сейчас черенком от лопаты отхожу…

– Помнить‑то я помню, и очень даже хорошо, потому никак в толк не возьму, что случилось‑то, Ратиборчик?

– Что случилось⁈ Ты мне дурочку тут не валяй, плюгашка белобрысый! Почему Жиля с минуту назад, после разговора с тобой разревелась и в подсобку, вся в слезах, убежала, а⁈

– А‑а‑а, вот в чём дело! Так это она, наверно, с радости слезу пустила, воробушка… В смысле, Ратиборушка…

– Какой я тебе воробушка, помётец ты комариный⁈ И с какой такой радости ещё⁈ Ты мне дурковать заканчивай, не гневи меня!..

– Да с такой, Ратик, что я ей пожениться предложил, а она вдруг рыдать начала ни с того ни с сего и куда‑то умчалась… – Емельян озадаченно почесал свою кучерявую макушку. – Сам Велес не поймёт этих фей непостоянных, чего им надобно для счастья…

– О как! – Ратибор удивлённо хмыкнул. – Неожиданно… отличная новость, Емеля! Я‑то думал, чего ты там всё скрываешь да недоговариваешь, а тут вон оно что, оказывается!..

– Э‑э‑э, не‑е‑е‑е, – Емельян шустро отсел на другой конец стола от собравшегося было дружески хлопнуть его по спине могучего витязя. – Хватило мне прошлого раза! Я из‑под лавки не хочу более вылезать!.. С тобой, Ратиборчик, так и до свадьбы не дотянешь…

– Только, Емеля, ты в следующий раз всё‑таки, как увидишь свою зазнобу, замуж её зови, а не жениться, – язвительно хрюкнул сидящий рядом Мирослав.