Измена. Развод. Моя (не)случайная беременность (СИ) - Ланц Лика - Страница 7

Я выглядела как восковая кукла со слишком толстым слоем грима на лице. Мне это несвойственно. Я предпочитала естественность и минимализм. А тут с меня чуть ли штукатурка не сыпалась. Зато следы рукоприкладства скрывала неплохо. Но я всё равно видела. И мне казалось, это видели все. Просто у людей хватало такта не спрашивать ни о чём.

Последний урок я довела уже на каких-то скрытых внутренних резервах. Болела голова, тошнило, перед глазами всё двоилось и плыло.

Задерживаться в гимназии я не стала. Надеялась, что свежий воздух поможет справиться с дурнотой.

Но за несколько метров до свободы меня подстерегла неудача.

В холле, на первом этаже, возле выхода, маячила высокая фигура. Широкие плечи, длинные ноги. Красивый профиль.

Вадим. Мой муж. Нет. Не так. Мой почти бывший муж.

Я попятилась. Не хочу с ним видеться, а тем более – разговаривать. К тому же, я не была уверена, что выдержу этот разговор.

К счастью, центральная дверь не единственный выход в здании. Но наружу я выскользнула, обмирая от страха.

Нет, я не боялась мужа. Понимала: он больше меня не тронет. По крайней мере, на людях. Но почему-то боялась. Наверное, что он меня заметит, и всё же придётся его выслушать или устроить некрасивую сцену.

А я не в состоянии была всё это вынести. Не сейчас.

Я сглотнула вязкую слюну. Меня снова тошнило. Так, что даже пришлось глаза прикрыть, чтобы хоть немного прийти в себя. А затем я позвонила подруге.

– Ты где? Я тебя тут жду! – сразу же откликнулась она.

– Маш, если можно, давай встретимся подальше, за углом, например. Здесь Вадим. Я чудом ускользнула.

– Конечно, без проблем! – сразу же похолодел Машкин голос. – Это даже и лучше. Потому что если я с ним столкнусь, полетят перья.

– Не надо, ладно? – бормотала я, спеша поскорее выйти за забор. – У меня ещё встреча. Я не хочу на неё опоздать.

Пустой желудок сжался, и я снова судорожно сглотнула. Нет. Не сейчас. Мне нужно встретиться с Рейнером, а потом уже – что угодно. После того как.

Кажется, мне удалось уговорить собственный организм. На свежем воздухе мне и впрямь стало намного легче, только голова раскалывалась всё с той же интенсивностью и я старалась идти очень прямо, чтобы каждый шаг не отзывался тёмной болью.

_______________________

Дорогие мои!

Решила я подвести итоги голосования за визуал героини.

С преимущественным отрывом победил №5!

Мы с вами выбирали образ из шести предложенных вариантов.

Немножко жаль, что не все заглянули в блог и не посмотрели на всех шесть красавиц, которых выдала нейросеть).

Спасибо всем, кто всё же поддержал, заглянул, сделал выбор и даже прокомментировал его!

Но, думаю, у нас с вами всё ещё впереди, и мы обязательно ещё выберем и другие визуалы героев этой книги.

Ну, а пока знакомьтесь: это наша с вами Анна Майская, в девичестве – Сотникова. Девушка, которая столкнулась с непростой жизненной ситуацией. Её мир изменился после измены мужа, и теперь она всеми силами пытается жить дальше.

Глава 8-1

Рейнер

– На лицо факт промышленного шпионажа, – разливался соловьём мой глава службы безопасности. – К тому же, это не мелкая пакость, а целенаправленный и достаточно крупномаштабный слив, Илья Эдуардович.

Я украдкой посмотрел на часы и поморщился. Чёрт. Как не вовремя. И этот пространный доклад, и назначенная встреча.

Я слушал Седова в пол-уха. Ничего нового он не поведал, все пункты его предложений пока сводились к нулю: не было результата. Достаточно важная информация попала в руки к конкуренту, мать его.

С господином Лесновским мы, мягко говоря, давно на ножах. Когда-то бывший партнёр, поднасравший мне в недалёком прошлом, с которым мы расстались нехорошо и пребывали в состоянии холодной войны.

Он сделал шаг. Я не сумел поставить блок и подставился. Точнее, меня подставили, но это не играло никакой роли. В бизнесе нет смысла валить на кого-то другого, если сам не смог просчитать все риски и предусмотреть потери. Не важно, в чём это исчислялось – в мегабайтах, деньгах или преданных тебе людях.

Последнее тревожило больше всего: я всегда считал, что хорошо разбираюсь в человеческой психологии и умею правильно подбирать персонал. Где-то произошёл сбой. К счастью, в загребущие руки Лесновского уплыло не всё. Самый важный кусок наших разработок был надёжно спрятан. Я это не доверил никому, а поэтому не потерял.

Несмотря на то, что у меня проблем выше крыши, я думал не о них. Точнее, не только о них.

Она так и стояла у меня перед глазами – Анна, мать её, Романовна. Та, что скоро переступит мой порог.

Та, что не забылась, как досадный эпизод, не вычеркнулась, не исчезла.

Я так и видел её – испуганную, растрёпанную, большеглазую. Очерчивал изгибы её фигуры. Любовался алебастровой тонкой кожей, манящими губами. Слышал голос. Обонял запах её духов.

Это химия. Я её хотел. Не важно, как она выглядела. Важно, что я чувствовал.

Может, поэтому не стоило с ней встречаться. Но в какой-то момент я поддался сиюминутному помутнению. И нет, во мне не взыграла ностальгия или желание кого-то облагодетельствовать. Мне плевать на родную школу. С ней связаны не самые лучшие воспоминания.

Я хотел ещё раз её увидеть, чтобы избавиться от ненужных ассоциаций.

Так бывает. Я не запомнил её на приёме. Зато встреча в мужском туалете отпечаталась где-то на подсознании и никак не хотела стираться.

Там, в туалете, я подумал, что её мне подсунули. Бог знает для чего. Но через женские тела слишком много тайн становились просто ненужными цифрами или бумажками.

И то, что она мне «зашла» с полувзгляда, злило неимоверно.

Может, увидев её в обычной обстановке, я перестану думать и представлять, как её изящные руки обнимают меня. Как она прижимается ко мне всем телом. Как сдаётся под моим напором. Как напрягается её грудь под моими ладонями. Как бешено бьётся венка на алебастровой шее, когда я доведу её до экстаза.

Я хотел сбросить морок. А для этого мне нужно было её ещё раз увидеть.

– Вы закончили? – спросил я Седова, как только он заткнулся, и провёл рукой по папке.

Там досье на Анну Романовну. Распечатанные листы с её подноготной. Сведения с час назад принёс Анатоль – мой телохранитель и по совместительству – друг. Надежный человек, на которого я мог опереться.

Я так и не заглянул туда. Не потому, что не было времени. Наверное, ещё не совсем готов лишиться иллюзий. Кажется, мне нравилось распалять воображение.

Глава 8-2

– Все отчёты и раскладки я переслал вам по электронной почте.

У Седова слишком прямой взгляд. Он не сказал вслух, но дал понять, что можно было бы и повнимательнее его слушать.

– Отлично, – кивнул я. – Благодарю. Если будут вопросы, я позвоню.

Седов вышел, я снова посмотрел на часы. У меня есть чёртовых девять минут, чтобы наконец-то открыть папку и хотя бы просмотреть.

По крайней мере, она не солгала. Учительница в гимназии. Альма матер моего детства и юности, о которой я если и вспоминал, то с содроганием.

Не местная. Из какого-то Кукуева. Замужем. Детей нет.

Уже одно это могло перечеркнуть мои влажные фантазии. Я прислушался к себе. Нет. Не отворотило. Но знак «стоп» я всё же попытался поставить.

Замужем. Майский. Что-то где-то всколыхнулось в памяти, но так и не всплыло. Но, видимо, где-то пересекались, раз он бизнесмен. И, видимо, не настолько крупный, чтобы я его запомнил, хоть и сфера деятельности у нас схожая.

– Илья Эдуардович, к вам Майская, – доложила Виолетта, мой секретарь. Она стояла, как кол проглотила. Слишком холодная, слишком красивая, чтобы быть живой. Именно за это я её и ценил.