Загадка драконьего поцелуя (СИ) - Кресак Зоя - Страница 13

Где-то глубоко в груди поселилось жгучее чувство несправедливости и обиды. Это должен был быть мой первый поцелуй! Мой! Самый первый, самый волнительный и самый прекрасный. Поцелуй.

Который нагло прервали.

С мыслью «покажите мне этого нахала» я рискнула поднять взгляд на вошедшего человека и… замерла.

У двери, прищурившись, стоял Арнеф.

Глава 14

Если это только можно было назвать совпадением, то это самое ужасное совпадение в моей жизни!

С одной стороны, а чего мне, собственно, переживать? Виделись мы с ним пару раз в жизни, руку и сердце этому мужчине я не обещала. Но почему же тогда так болезненно сжалось сердце? Почему кончики ушей предательски покраснели, а где-то глубоко кольнул укол вины?..

Переведя взгляд на Райлана, который теперь находился от меня на расстоянии вытянутой руки, я с удивлением для себя обнаружила в его глазах ту же неприязнь, что мгновение назад заметила и у вошедшего Арнефа.

Нехорошее предчувствие стало зарождаться в душе. Неужели это все из-за несостоявшегося поцелуя?..

— Добрый день, — первым отмер Арнеф и кивнул Райлану, не спуская с меня взгляда, — Герда, какая неожиданная встреча, рад снова вас увидеть.

Слово «снова» было так ярко выделено его обманчиво спокойным голосом, что я невольно подпрыгнула на стуле, вцепившись грязными от глины руками в многострадальный подол своего платья.

Мне сейчас должно быть стыдно? Или это он для Райлана так старается? Но даже если и для него, то стыдно было. И очень.

— Добрый день, — так же непринужденно ответил дракон, — желаете что-то приобрести?

Арнеф по-хозяйски оглядел гончарную лавку, чем вызвал у Райлана контролируемый приступ агрессии.

Контролируем он был лишь потому, что по своей красивой физиономии незваный гость еще не получил. Но руки друга все же сжались в кулаки, на лбу вздулась и запульсировала вена, а в его глаза вообще лучше было не заглядывать.

Стало страшно.

Судорожно обдумывая, как разрядить накалившуюся остановку, я наконец вспомнила, что все-таки умею говорить и поспешила поздороваться:

— Здравствуйте, Арнеф! Хотите обзавестись сувенирами?

Вместо нормальной речи у меня получилось ее хриплое подобие. Прокашлявшись, я постаралась мило улыбнуться.

Вышло не очень дружелюбно.

Кажется, мой страх перед этими двумя не скроет даже улыбка. Хотя не берусь утверждать, что это был не кривой оскал раненого койота. Арнеф постарался скрыть ухмылку, родившуюся после моего небольшого представления, но смешинки, плясавшие в глазах, с радостью его выдали.

Замечательно, Герда, теперь ты кажешься как минимум очень странной девушкой в глазах этого не в меру красивого дракона.

Не на это я рассчитывала…

Так, стоп. А на что я вообще рассчитывала? Меня тут, можно сказать, во время поцелуя застали, а я еще надеюсь на теплые дружеские отношения?

Глупо, Герда, очень глупо.

Да и с Райланом эти самые дружеские отношения благодаря странному порыву стремительно испарялись. Вот это я влипла!

Единственный и неповторимый хозяин гончарной мастерской вытер руки о фартук и подошел к прилавку, испепеляя взглядом неожиданного визитера.

Интересно, он так недоволен прерванным действом? Или дело в чем-то еще?

— Я бы хотел купить эту вазу, — Арнеф кивнул на гончарный круг передо мной.

Мне послышалось, или… он хочет мою вазу. Купить. За деньги.

Щеки стремительно покраснели, а глаза предательски забегали из стороны в сторону, избегая смотреть на того, кто так спокойно сейчас наблюдал за моим смущением. В душе зародилось очень теплое и трепетное чувство, но разгадать его не представлялось возможным.

— Сожалею, — нисколько не сожалел Райлан, — но ваза не продается.

А, да?

— И все же я думаю, что это решать не вам, — убийственно мягко заметил гость, переводя взгляд на меня.

Что?! А я-то тут причем? Уж явно не мне решать, что в лавке Райлана продается, а что нет. Даже если эту вазу делала я сама.

Молчаливая пауза затянулась. Мужчины выжидающе смотрели на меня. В их немигающих взглядах сложно было отыскать и разгадать настоящие мысли и эмоции. Я вздохнула, собираясь с мыслями, и сказала то первое, что пришло в голову:

— Но она же еще не готова…

Арнеф удивленно выгнул бровь и внимательнее вгляделся в предмет спора. Он думал, что глина застывает сама по себе? За считанные минуты? А как же обжиг? А роспись?..

— Так закончите, я подожду.

Я перевела полный растерянности взгляд на товарища по несчастью. Райлан вздохнул и кротко сказал:

— Как вам будет угодно.

И… все? А что, драки не будет? Даже на кулаках? Про зубы, клыки и магическую ее разновидность я уж совсем молчу…

Стоп.

Какая драка?! Ты же вроде минуту назад хотела под землю провалиться от страха. Причем от страха не только за себя. Как минимум за свою вазу, которая, как самый близкий и наиболее увесистый предмет полетела бы в Арнефа. Как максимум — за его голову, в которую бы эта ваза прилетела бесформенным глиняным комком. Все же там такая прекрасная прическа, на которую, я уверена, потрачено далеко не пять минут. И за Райлана, который, кинув многострадальную вазу, мог бы получить ответный удар во-о-он тем горшком в цветочек. А горшок-то, в отличие от вазы, был уже обожжен…

Это я еще молчу о том, как страшно было за всю гончарную лавку в целом.

К счастью, поединок двух драконов не вышел за пределы моей больной фантазии. Возможно, друг просто пожалел мои труды. Или свою мастерскую.

В ответ на слова Райлана Арнеф удовлетворенно кивнул и бросил, уходя:

— Зайду завтра.

Где-то в груди со звоном дверного колокольчика образовалась неприятная пустота. Маленькая девочка внутри меня обиженно надула губки и всхлипнула: «Он не попрощался со мной!». Произошло это прежде, чем уже другая, совсем немаленькая и вовсе не девочка, подумала: «Ну не попрощался и ладно. Ты же вроде как с Райланом целоваться собиралась. Давай, доведи дело до конца!»

Самое ужасное то, что мои второе и третье «я» были по-своему правы. Четвертое же, в роли которой выступала Йен, решило благоразумно промолчать. Ну или отложить свои ворчливые нотации на более неподходящее для этого время. Впрочем, сейчас меня это вполне устраивало.

— Герда… — позвал Райлан, вырывая меня из пучины мыслей.

Вздохнув, я перевела на него взгляд. Ну вот и что мне прикажете делать?

— Райлан, я…

Продолжить мне не дали.

— Герда, — повторил он уже уверенней, взяв меня за испачканную в глине ладошку, — у меня есть большая просьба.

Получив в ответ мой кивок, продолжил:

— Не знаю, как и где вы познакомились, но… я бы не хотел, чтобы ты общалась с этим человеком.

Глава 15

Что, простите?! А давно мы перешли на ту стадию отношений, где я должна слушаться его во всем? Ну ладно, не во всем. Да и не должна. Но все-таки!

— Я бы не хотела, чтобы кто-либо указывал, с кем мне общаться.

Своего тона испугалась даже я. Убийственно спокойный, с сочащейся злостью… Если уж у меня пошли ледяные мурашки, то боюсь представить, что сейчас чувствует мой пока еще друг.

На удивление, Райлан не обиделся. Ну или просто этого не показал.

— Герда, пойми, — сказал он мягко, не отпуская моей руки, — я не могу понять, почему он мне так не понравился, но чувствую к нему странную неприязнь. Даже ненависть.

С этими словами брови друга нахмурились, а руки непроизвольно сжались, вынуждая меня вздрогнуть от неожиданности.

— Почему? — сдавленно спросила я, с жалостью поглядывая на свою покрасневшую конечность.

— Я не знаю… — лицо Райлана выражало высшую степень смятения, а сам он ослабил хватку, заставив меня облегченно выдохнуть, — называй это интуицией, если хочешь. Как только встретился с ним взглядом, так сразу начал терять над собой контроль. Не поверишь, когда он вошел, мне захотелось запустить в него твоей вазой. Пожалел. Но не его.