"Фантастика 2024-45". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Ковалев Сергей Юрьевич - Страница 454

– Это все уже не важно, - отмахнулся Лазель, привлекая вампиршу для поцелуя. Глубокого и нежного, отдающего нетерпением.

– Да, наверное… - как-то рассеянно ответила Алекса, отвечая на поцелуй. - Хотя мне стыдно за то, что частичная потеря памяти Сергея принесла мне облегчение.

– Пустое, - возразил Лазель, сильнее сжимая вампиршу в объятьях и осыпая поцелуями. Так что через некоторое время Алексу гораздо больше волновала кровать, чем весь остальной мир. Хотелось сейчас, немедленно, ощутить все прелести нового положения.

Лазель был только рад пойти навстречу своей столь страстной возлюбленной. Про себя же глава клана Инъяиль решил, что Алексе вовсе не нужно знать о его догадках, почему Сергей столь избирательно потерял память.

Если учесть, что Владычица Ночи обладает всеми талантами, отмеренными вампирам, то и дар Моры у нее развит в совершенстве, а значит, она может выпить до конца любое чувство. Но есть вопросы, которые лучше не затрагивать. Особенно, если они касаются королевы.

Лазель вздохнул и отогнал ненужные мысли. Главное - это трепещущее от страсти тело возлюбленной в его руках. Эти горящие желанием глаза и зацелованные губы.

Эпилог

Владычица Ночи покинула Москву через два дня, увозя с собой Сергея. Тот довольно спокойно отнесся к предстоящему путешествию. Даже с некоторым энтузиазмом. Прощаясь с Алексой, он ощутил легкую грусть, но не более. Память так и не вернулась.

Прощаясь, Менестрес обняла сразу Лазель и Алексу, поцеловала обеих и пожелала счастья, заметив, что они друг на друга положительно влияют.

После всех этих событий Алекса прониклась большой симпатией к Лео, причем взаимно. Похоже, у последнего воина Сейши-Кодар прошла фобия относительно вампиров. Во всяком случае она не отказывалась приезжать в гости к Магистру Города и приглашала ее к себе. Вернее к Андре, так как Лео, наконец, поддалась уговорам, и они решили жить вместе. По ее словам так, возможно, приключений на их задницы станет меньше.

Габриель остался в свите Лазель, хотя Алекса отнеслась к этому не слишком одобрительно, но промолчала. Она вообще была готова многое простить возлюбленной, считая, что рядом с такой любовью нет места ревности.

Что до Эрики, то в отношении нее не последовало никаких репрессий. А Андре, движимый благородным порывом, написал ей рекомендательное письмо к своему учителю, полагая, что дочь окажется разумней матери. Так оно, собственно, и выходило.

Танат продолжал захаживать в гости к Андре и Лео. Его вдохновила теория дружеских отношений. И, конечно, никто не мог ему попенять за уничтожение демона. Наоборот, один из главных того мира поспешил принести Смерти свои извинения.

Будущее постепенно, с боем, становилось настоящим.

Алия ЯКУБОВА

Эльфийское триединство

(Истории оборотня — 9)

Глава 1

Нет, никто не против могущественных и влиятельных родителей. Настолько могущественных, что выше только звезды, и при этом у них уже есть старший сын - будущий наследник и средняя дочь как запасной вариант. Оба достаточно умны и талантливы и всячески оправдывают надежды этих самых родителей, а ты, как самый младший, вроде как и всеобщий любимчик, и с тебя все взятки гладки. Можешь заниматься чем хочешь, как угодно строить жизнь без того груза ответственности, что лежит на старших детях.

И ведь вовсе неважно, кто эти самые родители: люди или эльфы, и сколько их: двое или трое, и как долга их жизнь: короткий век или долгие тысячелетия.

Именно так считал Тейлал - младший сын столь благородных родителей, что перед ними склонялись сами сидхе. Еще бы, когда один из отцов сам сиятельнейший и лучезарный Иллал - король эльфов и глава дома Ла.

Все его детство было олицетворением этих идей. Обожаемый матерью и папой, чуть побаивающийся другого отца, он рос более шебутным, чем старшие брат и сестра. Но, с другой стороны, тем уже по несколько сотен лет. Орлалу уже под тысячу, а Вейлале за пятьсот. А у тебя лишь первый столетний юбилей на носу. Еще и взрослым-то не считаешься, несмотря на потребности и запросы, и сила только-только пробуждается. До сих пор удивляешься, что тебя принцем величают. Какой из тебя принц? Обычный парень! И сколько не хмурила брови мать, прекрасная Саендель, заставая за неподобающим, и все равно, тянет! Да и что мать? Ну пожурит. Не страшно! Куда страшнее гнев даже не папы, хоть он и кроль, а отца. Кажется, его все домочадцы побаиваются.

Не раз Тейлал задавался вопросом, как угораздило папу и маму связаться со столь грозным и где-то даже мрачным типом. Он даже спрашивал об этом мать когда-то давно, когда маленьким был, но та лишь рассмеялась и сказала, что он еще слишком мал, чтобы понять, и пусть не выдумывает - отец любит его ничуть не менее остальных. Орлал и Вейлала тоже отца уважали и даже обожали, но они тоже уже взрослые.

Но юному эльфу некогда было предаваться мрачным думам, да и не в его это было характере. Он был парнем увлекающимся, и, закончив обязательное обучение, более всего проявил склонности к музыке и боевой магии. Но с магией еще нужно было подождать до пробуждения взрослых сил, так что пока Тейлал отдавался музыке, ну и обычным юношеским увлечениям.

Первые плотские желания, первая страсть, за ней вторая и третья. Подружки менялись, перемежаясь веселыми дружескими сборищами. И за первые и за вторые иногда влетало, но охоту не отшибало, скорее наоборот.

Да и как отказать этой томной красотке? Пусть она старше, эльфам это неважно с их-то продолжительностью жизни. Зато какой тонкий стан! И как приятно за него обнимать и не только. А кокетка совсем не против. За пару дней частых встреч у Тейлала просто голова пошла кругом! Страсть завладела естеством, и уже кажется, что это и не страсть вовсе, а любовь. Но красотка не спешит поддаваться пылким ухаживаниям, и в то же время намекает, что "последний бастион" вот-вот падет. А когда это происходит... тут уж, конечно, прощай отчий дом, здравствуйте пылкие объятья!

Несколько дней они просто не вылезали из постели. Конечно, тут не до родни. Вот только родителям как назло, есть дело до тебя! Причем выясняется это в самый что ни на есть пикантный момент.

Ты тут себя не помнишь от удовольствия и неги, кажется, что сил ни на что не осталось, а в этот момент дверь буквально срывает с петель, впуская с полдюжины хмурых парней в форменной одежде - явно служащих отца. И девицу с тебя словно ветром сдувает, едва ли не в буквальном смысле.

Отец вошел в комнату. Как всегда, в строгом черном костюме, золотая вышивка которого только, кажется, подчеркивает эту строгость, а должна бы наоборот. Золотые же с многочисленными черными и серебристыми прядями волосы забраны в тугую косу, выдавая темного сидхе. И глаза... янтарные и невероятно мудрые. Именно глаза выдавали его истинный возраст - за три тысячелетия.

Отдав короткую команду своим подчиненным, отец, никак не показав своих эмоций, схватил Тейлала буквально за шкирку и, не сказав ни слова, потащил за собой.

Видя столь холодную бесстрастность отца, парень сразу понял, что дело плохо. Он только укрепился в своем мнении, когда отец втолкнул его в какую-то комнату, едва не швырнув на диван, запер дверь и активировал амулет "завеса тайны". А значит никто не сможет подслушать ни слова.

- Оденься! - отец едва ли не из воздуха достал вещи и кинул Тейлалу. Тембр его голоса, несмотря на строгость тона, завораживал красотой.

Тейлал поспешил выполнить требуемое. В самом деле, ужасно неловко получать взбучку в голом виде, тем более от отца. А тот степенно уселся в кресло, цепким взглядом охватывая всю комнату и подмечая каждую деталь. И это не предположение, а на самом деле так. Специфика. Он ведь уже знал и о размерах этой комнатки, и об особенностях обстановки. Даже наверняка подметил, что Тейлал в спешке шнуровку самую простую на рубашке завязал.