Его вредная покупка (СИ) - Кар Алекса - Страница 25

— Пожалуйста, — просипела я из последних сил, опускаясь на лакированный, дощатый пол. — Пить.

— Дайте ей воды, — фыркнула Матильда, поводя плечиком.

А потом мне протянули бутылку с водой, к которой я приникла и не отпускала, пока она не закончилась и я немного ожила. Голова прояснилось, сердце гулко застучало в груди, зрение сфокусировалось и приобрело четкость.

— Есть хочешь? — вроде бы сочувственно спросила женщина в розовом.

Только сейчас я заметила, что мы находимся в закрытом баре. Небольшое помещение с барной стойкой и сценой и расставленные круглые столики по всему периметру.

А я сижу недалеко от бара на дощатом полу и прихожу в себя.

Я кивнула, робко оглядываясь и замечая выход в стороне. Полустеклянная дверь с табличкой «Открыто», повернутая ко мне лицевой стороной.

Логично, что она заперта. Да будь дверь даже открыта, я все равно не смогла бы сбежать. За моей спиной двое головорезов Сегмузова, готовые в любой момент, если не пристрелить, то броситься за мной вдогонку.

— Тогда раздевайся, — надменно проговорила раскрасавица в парике, ввергая меня в панику.

Начало конца. Так вот ты какое!

Я недоуменно продолжала таращиться на эту недоженщину, не собираясь выполнять ее требования.

— Давай-давай. Быстрее разденешься — быстрее поешь, — сообщила она мне будничным тоном. — Тебе переодеться надо. Не будешь же ты все время в этих обносках ходить. Я дам тебе красивое платье.

Матильда подошла к барной стойке и налила из бутылки две стопки водки. Одну выпила, вторую протянула мне.

— Хочешь?

И я поняла, что сейчас она угадала с моим желанием. Я медленно приподнялась и подошла к ней, забрала стопку из рук.

Руки заметно тряслись, принимая посуду из этих длинных мужских рук.

Одним глотком я осушила стаканчик, чувствуя, как жар пробирает все мое нутро. Из глаз брызнули слезы, но я их быстро смахнула.

— Можно еще? — спросила я, поворачиваясь к Матильде.

И она пошла мне навстречу.

— А мы сработаемся, — усмехнулась она и даже подтолкнула орешки вместе с блюдцем в качестве закуски.

Вторая стопка наполнилась быстрее первой. Пила уже я в одиночку.

Я съела все орешки, выгребая их в спешке из блюдца своими пальцами до последнего, запихивая поскорее в рот. Хотя бы чем-то насытиться. Солоноватый вкус арахиса — что может быть лучше после нескольких дней голодовки?

Через минуту я осознала, что опьянела. Это текучее чувство подобралось ко мне незаметно, накрывая приятной вуалью расслабленности и покоя.

Но так даже лучше. В моем теле заиграла энергия и передо мной предстала новая реальность.

— Ну что, передышка закончена, — весело заявила Матильда. — Теперь мил моя, раздевайся.

И тут я поняла, что мне никуда не деться. Мужчины в форме стояли рядом. Видимо, их задача реально была следить за мной и не дать уйти.

Помогут ли они мне раздеться, если я откажусь? Думаю, да. Проверять не хотелось.

Я стянула с себя топ под одобрительное хмыкание, за ним медленно сползли джинсы, оставляя меня в нижнем белье на всеобщее одобрение.

— Дальше, — проговорила Матильда с улыбкой на устах, переглядываясь с охраной и подмигивая им.

И я повиновалась. Отбросила лифчик в сторону, затем трусики и предстала перед этими троими полностью обнаженной.

— Ну вот видишь, — мягко проговорила женщина, ввергая меня в озноб. — А ты боялась. Ничего такого, мил моя. Привыкай.

"Что значит привыкай?" — захотелось мне спросить, но я не стала.

Она подошла ко мне ближе и я почувствовала запах ее дыхания. Водка. Всего стопка, а несло ужасно. От меня также?

Ее пальцы дотронулись до моего живота, массируя, поглаживая мое тело и начали спускаться ниже.

Нет! Я не согласна на такое!

Я ощущала эти прикосновения, представляя будто они от рук Яна и становилось чуть легче.

Но потом ее дыхание участилось, вызывая у меня жуткий парализующий мое тело страх. Она возбудилась?

И иллюзия Яна слетела, оставляя передо мной какую-то бабу, трогающую меня голую под смешки мужиков…

Могла ли я даже в кошмаре представить, что со мной такое будет происходить?

Нет.

Сжав зубы я сделала шаг назад, но ее рука настойчиво потянулась за мной и я не выдержала.

Оттолкнула ее от себя, вложив в толчок, как можно больше силы.

Я сделала это молча, не убегая, лишь показывая ей, где ее место. Не рядом со мной!

— Ах ты ж, паршивка, — выдохнула женщина, отодвинувшись на пару шагов назад. — Есть не хочешь значит?

— Руки сначала помой, — ответила я жестко.

По ее лицу было ясно, что мне уже терять нечего. Она чуть ли уже не брызгала слюной от ярости…

— Верните ее назад, — завизжала дама, тыкая в меня своим пальцем.

Самое страшное, что я слышала в своей жизни.

Я поняла, что ошиблась в этот момент. Нужно было терпеть, а не показывать свое "я".

Быстрое осознание, что мне предстоит, заставило меня заорать и рвануть вперед к выходу. Меня поймали сразу же цепкие мужские руки. Один из мудаков-охранников.

Ему доставляло удовольствие лапать меня, потому, как я уже не сопротивлялась, а его пальцы чувствовала повсюду. Он трогал меня за грудь, лапал за ягодицы, пытаясь добраться… Но я уворачивалась, пинаясь и кусая, что в какой-то момент получила смачную пощечину, выбившую меня из колеи.

Мир стерся, размываясь в одно сплошное серое пятно, в то время как я перестала чувствовать что-либо, теряясь в прострации. Я не потеряла сознание полностью, улавливая движения и разговоры, но двигаться не могла.

Я пришла в себя быстро, буквально через секунд десять, обнаружив, что меня волокут за руки двое мужчин, утягивая по коридору. И я взмолилась о помощи, начала просить прощения за свои действия. Было страшно снова оказаться без воды, пищи и света на неизвестно какое количество времени.

Никто не слышал моих мольб. Всем было наплевать на меня.

Меня снова втолкнули в мою камеру, забывая обо мне еще на целую бесконечность.

Глава 30

— Блять! Я сказал сегодня! Сейчас, — ору я на Михаила по телефону, разъяренно поглядывая на секретаря, не вовремя появившуюся передо мной и застывшую в дверях.

Она еще не видела меня таким. Обычно я сдерживаюсь…

— Позже, — рявкаю я ей и она тут же испаряется за закрытой дверью.

Я снова поворачиваюсь к стационарному телефону на своем столе и продолжаю разговор, чуть сбавляя тон.

— Михаил, она там уже 5 дней. Пять!

— Ян, ты же понимаешь, он не тронет ее.

И меня выбешивает его ответ до ужаса. Хочется разгромить весь офис, а затем и здание, не оставив кирпича на кирпиче.

— Серьезно? Это ты мне говоришь? Тот, кто мне обещал ее найти два дня назад?

— Ее надежно спрятали, — бурчит недовольный голос. — Не забывай, что нашел для тебя меру воздействия на Сегмузова.

Я усмехаюсь. Хороша мера — его беременная любовница. Да, ему наплевать на нее. Он клепает одну за другой.

Девушку поймали у его клуба и спрятали на одной из квартир моего хорошего друга по институту, Леонида Куралева. Также он поделился со мной своими ребятами, добавив в мое личное пользование несколько охранников.

Михаил и Леонид — мои хорошие друзья и соратники. Мы вместе с ними начинали, каждый свое дело и шли по жизни поддерживая друг друга в острые моменты. И все преуспели: у Михаила свое издательство, у Леонида — подпольный бизнес, а подо мной несколько сфер бизнеса одновременно.

— Хоть что-то, — слышит он мою усмешку и тут же отвечает на нее. — Лучше, чем ничего. Это второй его отпрыск. Думаю, он беспокоится о нем…

— Думаю, ты преувеличиваешь, — отвечаю я. — А первый где? Добраться до него возможно?

— В Шотландии. Нереально. Он его надежно спрятал от всех.

Я помогал инвестициями Мише, когда он шел ко дну, Леня помогал мне с влиянием, оказывая необходимое воздействие на того или иного бизнесмена, а Михаил периодически оказывал информационные услуги нам обоим, добывая необходимые данные через журналистов в своем подчинении из разных точек земли.