Его вредная покупка (СИ) - Кар Алекса - Страница 39

Все отдыхающие занимают лежаки на верхней палубе, периодически спрыгивая в воду и охлаждаясь после назойливого жаркого солнца, разошедшегося днем на полную катушку. Мы присоединяемся к остальным, но только занимаем место в тени.

С Антоном оказывается легче, чем я ожидала. От прежнего настойчивого парня не осталось и следа. Передо мной возник интеллигентный, утонченный мужчина, более прозорливый, чем я, в каких-то моментах, судя по его рассказам о прошлой жизни. С ним достаточно интересно.

Тема о погоде не заканчивается, перетекая в предпочтения, которыми мы делимся друг с другом вплоть до самого вечера. Мы пьем бесплатные безалкогольные коктейли, общаемся с другими парами и наслаждаемся спокойным отдыхом в полной мере.

Так я узнаю, что Антон — любитель сноубординга и каждой зимой выбирается в горы покататься. У него даже есть квартира в Сочи, купленная именно в угоду своему увлечению. Антон — руководитель проектов, каких именно он не уточняет, а я не допытываюсь. Мне все равно.

Я, в свою очередь, рассказываю ему о том, что впервые выбралась так далеко от дома и планирую еще путешествовать в дальнейшем. О своей семье я умалчиваю, как и не говорю об отсутствии работы или учебе.

К вечеру нас ожидает представление, устроенное местными туземцами на берегу. Все это входит в купленный тур и доплат не требуется.

— Но как же пещера? — вспоминаю о ней в какой-то момент, когда наступают сумерки.

— Ее нет, — улыбается мужчина, присаживаясь рядом со мной на циновку, постеленную для всех.

Все собираются на одном месте, степенно подтягиваясь с корабля, чтобы взглянуть на шоу с огнем и странными танцами. Позднее добавляются разноцветные фейерверки.

— Ты меня обманул? — удивленно моргаю. Он казался таким честным и искренним. — Как так?

Молодой человек пожимает плечами, глядя на меня с сожалением.

— Прости. Иначе бы ты не согласилась.

И я не злюсь. Он абсолютно прав. У него не было шансов уговорить меня на эту экскурсию, о которой я совершенно не жалею, что выбралась с его подачи, пусть даже обманным путем.

Фыркаю, дуюсь еще пять минут для приличия и со смехом его прощаю.

Впервые за долгое время меня покидает тревожность и становится просто хорошо.

А потом мы смотрим прекрасное представление в ночи, которое заканчивается после полуночи и только тогда всех собирают на корабле и мы плывем назад.

Но не успеваю я подумать, что все самое яркое и интересное закончилось, как включаются яркие огни, громкая музыка разносится по всему морю, наш водный транспорт мгновенно преображается. Начинается широкомасштабная вечеринка с алкоголем, танцами и это еще более незабываемо, чем дневная экскурсия.

Мы танцуем с Антоном под зарубежную музыку рядом с остальной молодежью, делимся эмоциями от проведенного дня и наслаждаемся обществом друг друга.

В какой-то момент он прижимает меня к себе и не отпускает. Быстрые танцы заканчиваются, перетекая в свои собственные, индивидуальные, несмотря на быструю мелодию и окружающее веселье.

Мы приятно покачиваемся в своем ритме, отдаваясь легкой эйфории от алкоголя, музыки, совместного приключения.

В отель мы прибываем под утро, потому что по дороге заезжаем в круглосуточный магазин закупиться дополнительной порцией алкоголя. Нам весело и не хочется это веселье останавливать.

Галантный кавалер идет меня провожать к вилле, как только мы выбираемся из минивэна, оказываясь около главного входа в отель.

Мысленно я предполагаю, что он может предпринять попытку остаться со мной, но точно решаю для себя, что как бы хорошо мне с ним не было в этот день, секса у меня сегодня не будет ни с кем.

Мы оба, пошатываясь идем к месту назначения, громко смеясь и ехидничая друг над другом. Антон уверяет, что стоит ему отпустить меня, как я упаду и не встану, — только благодаря его поддержке держусь на ногах. Я же очень хорошо ощущаю, как он держится за меня, все время спотыкаясь и норовя упасть, и готова спорить до конца.

Мы добираемся до моего домика неспешным шагом где-то через полчаса, и пока я ищу ключ от двери, успеваем осушить остатки купленного виски с колой до дна. Причем я колу прихлебываю, а Антон пьет чистый алкоголь.

И это оказывается очень зря.

Долгое копошение у двери — я все никак не могу найти ключ. Антон уже изрядно оседает на моем плече, бурча что-то нечленораздельное, а мое плечо удерживается дверью… Поэтому, когда дверь открывается под моим напором, мы вваливаемся в номер и чуть не валимся под матерные вскрики на пол, держась друг за друга и громко хохоча.

— Прекрассссныйдень, — бормочет Антон сонно, притягивая меня в свои объятия. — С прекрасснойдевушкой в такое незабываемоеутро. Самый шикарныотдх.

С трудом различая его слова, я силюсь удержать нас обоих на ногах и включить свет в помещении. Потом, мы снова чуть ли не опадаем на ковер, и я плюю на свет, решая, что и без него неплохо.

Достаточно фонарей на улице, освещающих часть помещения и предрассветных сумерек.

— Давномнетакнебылохорошо….

Снова набор слов, который с трудом понимаю.

Не успевая сообразить, я уже ощущаю его терпкие с кислинкой губы от виски и упрямый язык, пытающийся прорваться в мой рот. Он удерживает меня, не давая отстраниться, хотя и умудряется покачиваться. Еле на ногах держится, но все равно целует.

Хах.

— Эй, ты пьян, — наконец отстраняюсь, стараясь быть вежливой. — Тебе пора.

Мужчина отступает на шаг, качаясь на месте и удерживая со мной зрительный контакт.

Явно сильно захмелел. Глаза плывут в каком-то своем течении, уносясь все дальше.

Последние остатки алкоголя оказались для него самыми убийственными.

— Я б… хотел. Остаться, — выдает он мне наконец.

Зачем?

— У тебя номер в двухстах метрах, — хихикаю. — Иди. Завтра увидимся.

Антон не спешит удаляться. Он продолжает стоять на одном месте, удерживаясь с трудом на одном месте.

— Я на кушеточке, — миролюбиво обещает мужчина.

У меня и правда есть маленький диванчик.

В принципе я не против, чтобы он остался. Поспит на кушетке до утра. Утром извинится и уйдет. А так еще в бассейн упадет и утонет…

Антон, не дождавшись моего ответа, направляется в сторону туалета, около входа которого располагается нужный диванчик.

— Я прикорну… — говорит тот совсем сонно.

По нему видно, что он только о сне и мечтает. Ну что же, пусть.

— Ну лааадно, — говорю я мягко, сдаваясь. — Спи на кушетке.

— Нет не ладно! — влезает в наш разговор мужской голос, будто ожидая моего ответа, чтобы возразить.

Взвизгиваю от неожиданности и подпрыгиваю на месте.

Мгновенно трезвею.

Никогда бы не подумала, что такое возможно. Разом. Только что была пьяной, и вуаля, — как стеклышко.

Я поворачиваюсь в сторону мужского недовольного голоса, отмечая темный силуэт в углу. В кресле засел в самой тени. Не заметишь, пока сам не захочет.

— Ян, — пищу я, удивленная его появлением.

Плохо соображаю. Чего делать-то?

В моей голове полный сумбур и паника. А он видел, как меня Антон целовал?

Жар от стыда накрывает мои щеки. Хорошо, что света нет.

Мне крышка. Он не так поймет. Блин. Как не вовремя.

Хотя бы на день раньше или позже!

Ян встает с кресла и чувствуется опасность в каждом его движении. Он направляется к Антону размашистой походкой, пока тот сидит на кушетке и непонимающе смотрит в мою сторону.

— Муж? — тихо спрашивает он, поглядывая на приближающегося Бэйса.

Надо отдать ему должное, — он не испытывает страха, в отличие от меня. По крайней мере в голосе нет надрыва, как и хаотичных попыток убежать или выставить защиту. Бэйс же не поздороваться к нему идет!

— Муж! — отвечает ему за меня Бэйс.

Пытаюсь преградить ему дорогу, но он меня оттесняет в сторону, как будто я монумент какой-то. Просто передвигает, не удостаивая даже взглядом.

Ян в белой рубашке и брюках. Создается впечатление, что с прилета так просидел на одном месте… Ждал?