Обратная сторона измены (СИ) - Багирова Александра - Страница 7

Берет мое лицо в капкан своих ладоней, проводит большим пальцем по моей верхней губе. Медленно очерчивает ее контур. А меня пронзают молнии, тело горит.

Стою как изваяние. Боюсь пошевелиться.

Только мысленно повторяю: «Я не сорвусь. Не сорвусь! Я выстою!»

— Ни-ко-гда, — произносит по слогам.

Очень тихо, но так, что каждое слово, будто колючей проволокой тело опутывает, проходит дальше и израненное сердце терзает.

— Я тебя не спрашиваю. Я все решила, — выставляю руки вперед, пытаюсь его оттолкнуть.

Но понимаю, что пальцами сжимаю его рубашку, пытаюсь ее сорвать.

— Мне надо, чтоб ты меня выслушала. Многое надо тебе рассказать, — говорит мне в губы.

Не сразу понимаю смысл сказанного, я алчно пью его дыхание.

— Это ничего не поменяет. Мы прекрасно знаем, что наши отношения — дорога в никуда, — закрываю глаза.

Не могу выносить его взгляд. Откровенный. Бешеный. Болезненный.

— Мы найдем выход. Ты должна все знать, Виктория, — касается губами моей щеки, глаз, носа, губ…

Это пытка. Это невыносимо.

Сколько можно?!

— Я хочу свободы от тебя! Услышь! Ничего не хочу знать! — кричу. Вырываюсь из его объятий.

Отбегаю к окну. Хватаюсь за подоконник.

— Виктория! — делает шаг ко мне.

— Не приближайся! — выставляю руку вперед. — Живи своей жизнью! Дай мне жить моей!

— У нас дочь! Я вас никогда не отпущу! — мотает головой. — Вы моя жизнь.

— Дочь, которая называет тебя дядей? И я, чтоб до старости ждала тебя, когда ты соизволишь вырваться от законной жены. Ольга, которая страдает от твоего невнимания. А сейчас ты ей нужен. Она беременна! Остановись Денис. Давай оставим прошлое в прошлом!

— Нет. Ни-ко-гда, — на мгновение мне кажется, что его глаза превращаются в кровавую рану. — Давай выйдем из офиса и поговорим в тихом месте.

— Я уезжаю. Навсегда. От тебя. От семьи. Ото всех. Вот что имеет значение. Уходи! — показываю пальцем на дверь.

— Ты уже пыталась. Я все равно тебя находил.

— Теперь все иначе. Конец. Все. Финиш, — достаю мобильный и набираю сообщение охране.

— Никогда, — как заведенный повторяет. — Солнышко, ты многого не знаешь.

— Все что надо я знаю. Этого достаточно. Уйди. Я не хочу тебя ни видеть, ни слышать! — голос срывается.

Я на грани. Еще немного и могу сдать позиции. Больная любовь когтистыми лапами раздирает мои внутренности на части.

— Ты ведь по-настоящему меня не любила, — упирается руками в спинку кресла. — Первая влюбленность так и не переросла в настоящее чувство. Иначе ты бы не отказывалась. Ты бы боролась!

— Хватит! — невыносимо его слушать.

— Иначе бы ты так не поступала, — каждое слово пропитано такой болью, что воздух будто наэлектризован. — Просто не было того самого главного, что держало меня все эти годы. Я обманывался. Взаимности не было.

Подхожу к нему сама. Очень близко, так что слышу гулкие удары его сердца. Говорю одними губами. Он услышит. Знаю.

— Нет. Не. Любила. Никогда.

Вру. Так хочу, чтобы поверил. Отпустил.

— Я должен был понять еще тогда… — его кадык дергается. — Когда ты не приехала ко мне за год ни разу. Два вшивых сообщения за все время! Тебе было все равно, что я там мог умереть. Что меня могли не спасти! Ты развлекалась, — он говорит, не словно ничего в целом мире не имеет для него значения, кроме боли, что с остервенением обгладывает его кости. — Да, Виктория, я все знаю. Видел.

— Зато Ольга была рядом. Твоя жена. Твоя опора. Иди к ней Денис.

— Тогда ты сказала почти также. Ты сама от меня отказалась. Ты хоть понимаешь, что если бы не твое предательство, то не было бы никакой свадьбы с Ольгой! — хрипит, так сильно, что создается впечатление, будто голосовые связки рвутся.

— Так что непонятно-то? Я всю жизнь просила тебя отстать! — говорю, а у самой колючий ком в горле.

В кабинет входят охранники.

— Виктория Андреевна, проблемы?

— Молодой человек заблудился. Помогите ему найти выход, — киваю на Дениса.

— Пройдемте, — два здоровенных шкафа нависают над ним.

Денис вдруг резко успокаивается. Долго смотрит на меня не моргая.

— И не смотря на все вышесказанное, Виктория, — серебристые глаза загораются. — Все равно… Ни-ко-гда…

Глава 11

Когда Денис уходит. Я, держась за стену, дохожу до двери и закрываю ее на ключ. Открываю широко рот. Вдыхаю кислород, он не попадает в легкие. Сползаю на пол.

Не позволяю себе плакать. Сейчас. Пару минут. Все пройдет. Я справлюсь. Боль из острой формы, перейдет в привычную.

Денис прав, он должен был если не возненавидеть меня, то навсегда вычеркнуть из жизни еще тогда. Он считает, именно так, как и было запланировано… моим отцом…

Прошло столько лет, а я все помню, словно это было вчера. Воспоминания не притупились, чувство потери так же остро режет.

Отец просчитался. Впрочем, я тоже думала, что Денис посчитает меня предательницей и даже не посмотрит в мою сторону. Так было бы легче…

Мы с ним были вместе с пяти лет. Денис жил в частном доме, в элитном районе недалеко от нашего. Отец уже тогда стремился попасть в круг сильных мира сего. Хоть по финансам не дотягивал. Но я пошла в дорогой садик, потом отличный лицей. Папа заботился об образовании своих детей.

Мы с Денисом были неразлучны. Если мои сверстницы проводили время с подругами, а парни общались с друзьями, то нам с головой хватало общества друг друга.

Мы никого не хотели пускать в наш мир. Мы его создавали по кирпичику, выстраивали отношения, делились сокровенными тайнами и просили совета. По факту, я не помнила, не знала, не понимала, как можно жить без него. Мы были одним целым.

В те годы сестра практически с ним не общалась. Для меня до сих пор загадка, когда она поняла, что любит Дениса.

Мы поступили в институт. Один и тот же, но на разные факультеты. Встречались, учились, радовались жизни и мечтали о свадьбе. У нас все было спланировано. Мы четко знали, чего хотим и шли к этому.

На четвертом курсе, когда я устроилась работать к Кариму, Денис планировал открывать свое дело, а дата нашей свадьбы уже была назначена, пришла беда. Денис заболел. Не просто заболел, а шансы, его потерять увеличивались очень быстро. Он мог умереть.

Что я тогда пережила, не передать словами. Металась как зверь в клетке и не могла помочь. Ему требовалась пересадка костного мозга. Родители любимого не подходили как доноры. Я тоже сдала анализы. Но результат был отрицательным. В базе подходящего донора не было.

Тогда ко мне пришел отец.

— Дениса можно спасти. Есть клиника в Испании. Они одни из лучших. И донор имеется.

— Да. Папа, неужели! — я вскочила с дивана. Повисла на шее отца. — Ты не представляешь, что ты только что сделал!

— Есть одно но, Виктория…

— Какое? — в этот момент мне стало дурно. В глазах потемнело.

— Мы заключим с тобой сделку. Я и Ольга спасаем Дениса. А ты отказываешься от него.

— Что? Не понимаю. При чем тут Ольга? Как отказываюсь? — тогда я еще не представляла, как это любимого не будет в моей жизни. Мы ведь одно целое.

— Ольга идеальный донор. Мы проверили, она подходит Денису. Но я дам свое согласие, только если ты откажешься от него и пообещаешь слушать меня во всем.

— Пап, что за бред? Мы с Денисом — это вопрос решенный.

— Он тебе не пара, дочь. Я о тебе забочусь. Ты встретишь достойного мужчину. Могу даже с несколькими познакомить, а ты выберешь, кто тебе по нраву.

— Заткнись! — в истерике закрыла уши руками. Не могла это слушать. Не верила, что это говорит мой отец.

— Если ты откажешься, он умрет.

— У него ведь не рак. У него апластическая анемия. Мы с ним справимся. Мы его вылечим.

— Он не найдет донора без моей помощи, — сказал как отрезал.

— Ольга подходит, ты сам сказал!

— Ольга станет донором, если потом станет ему женой, — он говорил практически ласково, имитируя отцовскую заботу.