Никогда тебя не отпущу (СИ) - Багирова Александра - Страница 19

По-хорошему мне не следует с ним встречаться. Но еще я решила не прятать голову в песок. Я встречаюсь с Ярославом, и нам с ним не повредит дополнительная информация. Даже от палача.

Он, конечно, может врать. Но думаю, он смешает вранье с правдой. Моя задача — выудить эту самую правду.

Через десять минут подхожу к воротам дома. Степан стоит рядом с охранником в серых джинсах, черной футболке и кожаной куртке. Одежда сбрасывает ему еще несколько лет.

— Зачем вы приехали? — интересуюсь вместо приветствия.

— Я же говорил, что наша следующая встреча не за горами, — расплывается в улыбке. — Виктория, вы несравненны.

— Оставьте свою грубую лесть. Чего вам надо?

— Отойдем? Или мы будем при этих замечательных парнях вести беды?

Киваю. На территорию его не пускаю. Там дети.

Отходим немного дальше. Но я слежу, чтобы я находилась в поле зрения охранников.

— Так в чем суть разговора?

— Деловая женщина. Уважаю, — делает легкий поклон.

Позер!

— К делу! — даже не скрываю презрения во взгляде.

— Я полагаю, вы заинтересованы в уничтожении Андрея? Вашего, так сказать, папочки, — хитро щурится.

— Откуда у вас такие выводы?

— Он вам много крови попил. Играет грязно. Но это далеко не все причины, почему вы будете помогать мне.

— А вы уже уверены в моем согласии? — криво усмехаюсь.

— Не сомневаюсь, Виктория, — щелкает пальцами.

— Почему же?

— А как можно не отомстить человеку, который продавал вашу мать, подкладывал ее под нужных людей, спаивал, заставлял шпионить? — спрашивает миролюбиво, только в глазах мелькает хищный блеск.

— И вы думаете, я поверю на слово, такому как вы? — холодный пот струится по спине. Внутри все превращается в лед.

— Вы меня не знаете, чтобы делать выводы каков я, — его уши при этом мерзко шевелятся. — Но у меня не только слова, а и доказательства. И можете, поинтересоваться у Ярослава. Он был, можно сказать, одним из клиентов вашей матушки.

Глава 27

— У Ярослава с моей матерью… — обрываю речь на полуслове. Нельзя ему говорить, известную мне информацию. — Не думайте, что омрачая память моей матери, вы чего-то добьетесь.

Он все же бьет очень точно, в цель попадает. Его слова, они не сплошна ложь. Отец способен на подобное. Это подтверждают и его слова, и Ярослав, который многое умалчивал. Он жалел меня и не хотел рассказывать гадости о маме.

Пока понимаю это так. Не верю, что Ярослав стоит на одной ступени с моим отцом и Степаном.

— Вы же за справедливость. Я тоже. Пришло время возмездия, — срывает листик с дерева, мнет его в пальцах.

— Очень смешно. Нет, — облокачиваюсь о забор. Еще раз проверяю взглядом охранников. — Скорее вы хотите запудрить мне мозги и использовать в своих целях.

— Ваш отец принес и мне много горя. Из-за него и его друга Ярослава я был вынужден бежать из страны. Перед этим инсценировав свою смерть. Они шли меня убивать. И если бы не моя реакция, лежать бы мне давно в земельке, — чешет мочку уха.

— Почему же они хотели расправиться с таким святым человеком как вы? — выгибаю бровь.

— Виктория, ваш сарказм не уместен. Я никогда не говорил о своей безгрешности. Мы все не святые. Но черноту во мне пробудили именно они.

Он очень много знает. Это бесспорно. Но он старается перевернуть факты в угоду себе.

— Ярослав женился на Елене. За это его ненавидите? А отец, что вам сделал? Если ваш гнев направлен в первую очередь на Андрея, следовательно, он в вашем списке недругов на первом месте?

— Вы меня поражаете, — делает шаг ко мне, склоняет голову, заглядывает в глаза. — И вы похожи на своего отца. Он тоже еще с юношеских лет отличался незаурядным умом.

— Не заговаривайте мне зубы, Степан. Отвечайте на поставленный вопрос.

— Мой комплимент и был ответом, — проводит языком по верхней губе. — Верно, Андрей в моем списке первый. Ярослав хм… с ним мы потом уладим разногласия.

Сейчас Степан увиливает. Зная, мои отношения с Ярославом избегает поливать его открыто грязью. Хотя я вижу в его глазах ненависть. Он ее пытается скрыть, но эмоции слишком сильное и то и дело прорываются наружу.

— Что еще сделал мой отец. Помимо того, что планировал вас убить?

— Он лишил меня всего. Уничтожил. Я собирал себя по кусочкам, — сцепляет руки в замок.

— Очень размытое объяснение Степан. Пока я слышу очень мало конкретики. Честность явно не ваш конек, — развожу руками.

— Он отобрал у меня вашу мать. Он ее свел с ума. И я не смог ей помочь, — опускает голову, тяжело вздыхает.

— Хотите сказать, что вы любили мою мать? — фыркаю.

— Зря сомневаетесь. Андрей и под меня ее подложил. А ваша мать, она была удивительной женщиной. Я пропал, едва она оказалась рядом со мной, — делает скорбное лицо.

— И поэтому вы решили эту удивительную женщину запереть пожизненно в психушке? — руки чешутся врезать ему по роже.

— Я ее освободил от Андрея. Спрятал. Увез. Сменил ей имя. И себе тоже. Мы прятались от них. Я хотел просто быть счастливым с ней, — он достает платочек из кармана и сжимает его в руке. — Но ее психика была слишком расшатана. Ей становилось все хуже и хуже. Когда меня не было дома, с Катей случился припадок, соседи вызвали врачей. Ее положили на лечение. Я приходил к врачу. Давал ему деньги. Просил, чтобы Катерине помогли. Но врачи были бессильны… — шмыгает носом. Потом резко поднимает голову и смотрит на меня, — Вот почему я его так люто ненавижу! Не за себя в первую очередь мщу. Он заслуживает корчиться в агонии. Он отобрал у меня любовь!

Он говорит вроде бы складно. Но что-то не вяжется в его рассказе. Но пока не могу четко отделить правду и ложь.

Одно я знаю точно, мать о Степане не вспоминала. В больнице она звала Ярослава. Но ему говорить об этом точно не надо. Пусть думает, что я проглатываю наживку.

— А что насчет вашей большой любви к Елене? Или ваше сердце открыто для многих и вы всех любите? — не удерживаюсь от очередного сарказма.

— Любви? К ней? — Степан сплевывает на землю. С таким лицом, словно его сейчас стошнит. — Не смешите меня. Елена была так… интрижка, — отводит взгляд. Что-то не договаривает.

— Которая была от вас беременна.

— Я бы не бросил своего ребенка. Но ваш отец хотел меня убить. Дальше вы знаете. Потому и тут он виноват, — щелкает пальцами. — Все пути ведут к главному злу — Андрею.

— Дениса вы тоже завербовали в свою команду возмездия? — перевожу тему.

— С Денисом у нас прекрасное взаимопонимание. Общие цели. Он принял правильное решение, — расплывается в широкой улыбке.

— Неужели правильное?

— Виктория, тут все просто, кто не со мной, тот враг. А с врагами я поступаю очень жестоко, — широкая улыбка превращается в оскал.

Глава 28

— Как с моей мамой, которая вас отвергла, — он дергается, будто получил очень сильную пощечину. Мгновенно берет себя в руки, надевает на лицо маску слащавого лицемера.

— Зря вы так. С вашей мамой у нас были особенные отношения. Я всеми силами хотел ее вытянуть. Не смог, — разводит руками. — Но вам, как ее дочери я готов помочь.

— А точнее, использовать меня в своих целях, — виски сильно сдавливает режущей болью.

Чем больше нахожусь с ним, тем сильнее чувствую усталость. Такое ощущение, что он из меня все силы выпивает.

— Не от того вы удара ждете. Ой, не от того, — качает головой. — Время не на вашей стороне, Виктория.

— Мне пора, Степан, — разворачиваюсь, иду к воротам.

— Вы прибежите ко мне, да может оказаться слишком поздно, — бросает мне в спину.

Мороз по позвоночнику пробегает, и что-то черное шевелится в груди, во рту горечь появляется.

Он просто меня запугивает!

Не оборачиваюсь. Ничего не отвечаю.

— Надумаете. Звоните. Я охране свой телефончик оставлю, — слышу, когда уже практически скрываюсь на территории своего дома.

Мне срочно нужен Ярослав. И вся правда. Степан активизировался. Не просто так он приехал. Что-то надвигается и мы должны быть готовы.