Турнир Королевств (ЛП) - Кова Элис - Страница 71

— Всегда. Все, что угодно. — Он выпрямился. — С этого момента я обещаю говорить тебе только неприкрашенную правду.

Хорошее начало с его стороны. Хотелось верить, так и будет.

— Я знаю, что опытный Бегущий по воде может заблокировать канал мага. Возможно ли, чтобы это сработало и в обратном направлении? Бегущий по воде, который углубляет связь мага с его каналом и делает его сильнее?

Он слегка прищурился, но только на секунду.

— Почему ты спрашиваешь?

Эйра подумала, не уклониться ли от ответа. Но если он честен с ней, она должна быть тоже. Кроме того, Эйра чувствовала, что немного обязана ему за заботу о Йонлине. И Денея или Ви, скорее всего, все равно что-нибудь скажут.

— Я думаю, это то, что я могла бы сделать. И прежде чем ты скажешь мне, почему это невозможно, я…

— Если ты думаешь, что это то, что ты можешь сделать, у меня нет причин тебе не верить. — Он ободряюще улыбнулся. Хотя он несколько смягчил это чувство, когда сказал далее: — Однако я никогда не слышал ни о чем подобном, и если бы такая сила существовала, я полагаю, что маги уже давно использовали бы ее.

— Верно, конечно. — Эйра кивнула. Разговор внезапно оборвался, когда подошли Денея и члены королевской семьи.

— Вы уверены, что сможете присмотреть за ним? — спросила Ви.

— Да. И я без колебаний обращусь к вам за помощью, если потребуется.

— Хорошо. — Ви сжала его плечо. Выражение ее лица было теплым, открытым. Именно так Маркус смотрел на дядю. Эйра знала, что Фриц близок к императрице, но ей почему-то никогда не приходило в голову, что это распространяется на всю семью Валлы. Фриц должен был быть рядом, когда родились Ви и ее брат. — Я позабочусь о том, чтобы для него был разработан план, если он не очнется к концу турнира. Я беру это на себя лично.

— Мы также собираемся изменить ваши обязанности, как лекаря, — сказала Денея. — Мы не хотим, чтобы вы много общались с участниками ради вашей собственной безопасности. С этой целью до конца турнира мы бы хотели, чтобы вы как можно дольше оставались в своей комнате. Просто сосредоточьтесь на Йонлине.

— Я сделал что-то не так? — Фриц был заметно обеспокоен.

— Нет. Но ключ от комнаты, в которой был найден Йонлин, хранился в вашем ящике, — серьезно ответила Денея. — Мы подозреваем, что Столпы хотели подставить вас, если бы Йонлин был найден.

— Подставить меня? Почему меня?

— Я же говорила тебе, они преследуют меня и причинят тебе боль, чтобы добраться до меня. — Может, ее дядя поверит ей теперь, когда принцесса и глава рыцарей Люмерии указали ему все это. — Итак, моя очередь сказать, слушай ответственных людей, доверяй им и будь осторожен.

Он кивнул, и Эйра притянула его в еще одно крепкое объятие. На этот раз она ответила на него с такой же энергией, потому что, насколько понимала Эйра, это вполне могло быть последним разом, когда она его видит.

Глава тридцать седьмая

Денея проводила Эйру и Оливина обратно к двери, через которую они вошли. Ви и Таавин с минимальными прощаниями и без фанфар ретировались на полпути. Оливин, по понятным причинам, молчал всю обратную дорогу, а Эйра пребывала в собственном состоянии оцепенения, пока они снова не оказались в Деревне чемпионов. Просто стоя бок о бок. Не двигаясь.

— Прости. — Она нарушила молчание.

— За что ты извиняешься? — Он казался удивленным. Не то, чтобы она винила его, это было немного внезапно.

— Я была той, кто сказал, что мы должны забрать ключ. И в конечном итоге именно за той дверью держали Йонлина, и… Это было потому, что…

Оливин схватил ее за плечи и легонько встряхнул. Каким-то образом он знал, что она собирается сказать, еще до того, как она это произнесла.

— Прекрати. То, что с ним случилось, произошло не из-за тебя. — Он ослабил хватку, безвольно опустив руки. Оливин, пошатываясь, отступил на два шага. Он никогда не выглядел таким слабым или потерянным. — Это было из-за кое-кого другого… и она моя сестра.

— Что? — выдохнула Эйра.

— Моя сестра — Столп.

«Есть какие-нибудь признаки ее присутствия?» Слова Дюко в туннеле эхом отдались в ее голове. Она была его сестрой. Столпом.

Оливин продолжил:

— Я стал Тенью, чтобы выследить ее.

— Чтобы спасти ее, — уверенно сказала Эйра.

Он медленно покачал головой и снова поднял на нее затравленный взгляд.

— Нет… Я стал Тенью, чтобы убить ее.

Слова звенели в ее ушах. Оливин хотел убить свою сестру… Его глаза были полны ледяной ярости. Если он лгал, то он был лучшим лжецом, который был у Двора. Она всем своим существом ощущала его убежденность — настолько глубокую, что от этого у нее чуть не заболел живот.

Они с Маркусом ссорились. Они были по разные стороны баррикад. Но она никогда, никогда не хотела причинить ему боль. Несмотря на то, что обстоятельства были разными, она не смогла удержаться, чтобы не поставить себя на место Оливина и не попытаться представить Маркуса на месте сестры Оливина. Ничто в мире не заставило бы ее восстать против собственного брата.

Оливин не сможет этого сделать, решила Эйра. Он мог верить, что сможет. Он, конечно, говорил себе, что хочет. Но она видела, как он волновался за Йонлина. Эйра искренне верила, что, когда представится возможность, он не сможет нанести смертельный удар. В конце концов, это была его сестра.

Он же не мог на самом деле говорить серьезно… Не так ли?

Но он был неподвижен, выглядел непоколебимым.

— Я из очень старой и очень благородной семьи. — Говоря это, он двинулся вперед. Эйра пристроилась рядом с ним. Двор был почти пуст, если не считать Варрена и Лопа, которые до сих пор сидели снаружи на крыльце дома. Но они были настолько поглощены разговором, что почти не отреагировали на возвращение Эйры и Оливина. — Когда Ульварт был у власти, мой отец был тесно связан с ним. Тогда никто не знал всей глубины порочности Ульварта. Так что я не сильно его виню.

— Нет, ты хочешь, — тихо сказала она.

— Ты так легко меня понимаешь, хм? — Оливин посмотрел в ее сторону и покачал головой. — Прекрасно. Да, я действительно виню его. Из-за его слепой веры в лидера Мечей Света моя семья была уничтожена. Я так и не узнал, что произошло на самом деле. Даже Лорн не знает, а если Лорн не знает, то никто не знает. В Архиве произошла какая-то подтасовка. Мой отец при Ульварте был высокопоставленным Мечом Ярген. Хотелось бы верить, что он осознал зло Ульварта и больше не собирался его терпеть. Но кто скажет, где правда. — Они замедлили ход и остановились возле дома Меру, задержавшись в тени, отбрасываемой луной.

— Я уверена так и было.

Оливин пожал плечами.

— Он оставался рядом с Ульвартом, пережив столько ужасных вещей. Вещей, из-за которых я не смог бы смотреть ему в глаза, будь он все еще жив.

Сочувствие к его боли заставило ее взять его за руку. Эйра знала, каково это — иметь семью, которая была шрамом на ее настоящем. Оливин не смотрел в ее сторону, но и не отстранился.

— Как Ульварту сходило с рук так много, когда он был главой Мечей? — спросила Эйра. Она изо всех сил пыталась в этом разобраться.

— Меч Света был и остается правой рукой Голоса. Может, Меру и не является теократией на практике, но во многих отношениях мы теократичны по духу. Подвергать сомнению Голос или любого другого, тесно связанного с ним, непостижимо. — Он вздохнул. — Я думаю… некоторым нравится комфорт от ощущения, что существует высший порядок. Цель, стоящая за всеми ужасными вещами в мире. Это привлекательно, но я видел, как слепая преданность выявляет худшее в мужчинах.

Эйра знала, что чародеи Меру считали, что их слова силы исходят от самой Ярген. Архивы охранялись наравне с замком Люмерии. В Солярисе были те, кто был большим приверженцем веры. Но там не было такой всеобъемлющей тяги, как в Меру.

— В любом случае, Ульварт убил его, и вскоре после этого исчезла моя сестра. Она стала Столпом… или, возможно, была таковой долгое время. Она была непреклонна в том, что сама стала Мечом Света, и всегда следовала за моим отцом повсюду… практически выросла в Архивах. Если кто-то и знает правду о том, что произошло в тот день, так это она и Ульварт.