Лазурь и Пурпур. Месть или Любовь? (СИ) - Вилкс Энни - Страница 36

Кьяра пожала плечами:

— Извините.

— И еще скажешь, что больше не будешь? — поддел ее Дэмин, целуя в висок. Внутри разгорался такой пожар, что, не будь он лекарем, было бы по-настоящему тяжело. Похоже, она, прижимаясь к нему всем телом, совсем не думала об этом.

— А вы относитесь проще. Все же хорошо.

Что-то снаружи, за толщей песка, зашуршало. Девушка отодвинулась от Дэмина и вопросительно посмотрела на него.

— Нас ищут. И нас ждет очень странное путешествие.

— Я знаю Хурлах лучше вас, — вздернула носик Кьяра. — Куда?

— Туда, где ты не бывала. Вглубь, — ответил Дэмин.

20. Кьяра

— Я за свою жизнь путешествовала по Хурлах немало, но да, вы правы, тут я не была. Мы глубоко под землей? — восхищенно проговорила Кьяра, гладя взглядом высокие скулы одного из самых красивых мужчин, что когда-либо видела.

Теперь на Дэмина смотреть было можно, и ей нравилось вот так разглядывать его в упор. Ответный взор был острым и каким-то нежным, и теперь опасность, таившаяся в глубине синих глаз, казалась Кьяре совсем другой природы. Да и смотрел сам Дэмин иначе: тепло и словно не хотел терять из вида ее лицо.

— Всего в паре десятков шагов под пар-оольцами, — едва заметно кивнул Дэмин, прислушиваясь. — Как только они закончат нас искать, выйдем наружу и последуем за ними.

— Вы их слышите?

Дэмин несколько секунд глядел на Кьяру, улыбаясь, а затем что-то прошептал — быстро и тихо, слов она различить не успела. И тут же абсолютная тишина глушащего все звуки песка наполнилась шумом шагов, треском заговоров, шепотом, приказами, шелестом подошв о песок, жужжанием вьющихся где-то над поверхностью жучков и шипением потревоженных в глубинах бархана змеек, и даже далеким криком беркута.

— Научите? — только и смогла вымолвить девушка, подходя к Дэмину ближе.

— Ты мне и так задолжала, — усмехнулся лекарь. — Не расплатишься.

— Следуя вашей логике, я и так не расплачусь, — легко повела плечами Кьяра. Щеки горели приятным румянцем. — Так что добавим в гору ваших одолжений обучение тайному языку? Мы же все равно вынуждены тут сидеть, вам наверняка скучно.

Дэмин одним шагом преодолел расстояние между ним и Кьярой и обхватил ее плечи собственническим, но в чем-то и отчаянным жестом. Объятие было почти болезненным, но Кьяре оттого показалось только сладким — в каждом движении неожиданно изменившегося великого лекаря сквозило желание, и, сама не понимая почему, девушка ощущала сейчас себя по-настоящему нужной.

Словно он смотрел только на нее. Даже прислушиваясь к речам пар-оольцев, даже творя заговоры, Дэмин был только с ней. Этому чувству не было обоснований, но Кьяра могла поклясться, что не ошибается.

И это было… лестно?

— Не сказал бы, что мне скучно, — иронично заметил Дэмин, и хотя тон его голоса совсем не вязался с жаром действий, Кьяра услышала смех и облегчение.

— А почему, собственно, вы так тепло меня встретили? — поинтересовалась Кьяра будничным тоном, словно махом срывая повязку с запекшейся кровью раны. Как же страшно было услышать ответ — и как сердце замерло в ожидании!

— Есть идеи? — гладя ее пряди, в тон ей осведомился Дэмин.

— Есть, — кивнула Кьяра и задрала голову, чтобы видеть его глаза, отражавшие свет зависших рядом с ними светлячков. — Но разве могу я лишить вас возможности завернуть свои действия в шелка правильных и красивых слов?

Сама от себя не ожидала! Тут же Кьяре стало весело, и она попыталась не прыснуть, боясь, что это оскорбит лекаря, но вместо нее засмеялся Дэмин:

— Никаких шелков не хватит, чтобы обернуть мою радость созерцать тебя.

— И вы учили меня этикету!

— Я разве учил?

— И с самым строгим видом!

— Кьяра… — словно сдался Дэмин, снова привлекая девушку к себе, несмотря на ее шутливые протесты. — Ты поразительная, — уже тише и куда серьезнее сказал он. — Не представляю, что было бы, не окажись тебя здесь. И когда думаю об этом, мысль раздирает мне сердце.

Кьяра замерла. Она была готова к тому, что Дэмин признается ей в определенного рода симпатии, была почти уверена, что он увлечен, и хотела броситься в этот омут — и будь что будет! Но он говорил совсем иначе: уверенно, тяжело, непоколебимо. И смысл сказанного совсем не вязался с образом известного ей Дэмина Лоани.

— Ну это вы лишку хватили, — попыталась Кьяра сгладить ситуацию, но лекарь только покачал головой, и желание шутить вдруг пропало, растворяясь в необычности момента.

— Почему ты не злишься на меня?

— Вы же только что меня спасли.

— Тебе было больно. — Дэмин не спрашивал.

— Я переоценила себя в бою, попалась, а потом растеряла ваши снадобья.

— Ты могла погибнуть из-за меня.

— Вы чувствуете вину? Вы? — Кьяра отстранилась и недоверчиво взглянула на Дэмина.

— Даже не знаю, радоваться или расстраиваться, что тебя это удивляет.

— Радоваться. Всегда при таком выборе берите радоваться.

— Ну что ж, я рад, что ты считаешь меня своим спасителем. Но ты могла бы ненавидеть меня, как я ненавидел себя, когда понял, в какой ситуации ты оказалась из-за моей уверенности, что ты всегда будешь рядом.

— Я не злюсь, — только и сказала совершенно выбитая из колеи Кьяра. — Но вы меня немного пугаете. Не громкие слова?

Дэмин Лоани взял ее лицо в ладони.

— Ты самая необычная девушка, какую я встречал.

Это звучало почти как признание в любви. Слова и тон, которым Дэмин сказал их, расцвели внутри волной огня.

Кьяра никогда не ощущала подобного.

— Что с вами? — едва шевельнула губами она. Лицо Дэмина было совсем близко, и глаза в темноте, освещенной лишь желтым светом огоньков, казались громадными. Точеная линия губ стала непривычно мягкой. Его дыхание обжигало.

— Ты.

— Я, — повторила Кьяра.

Дэмин продолжал смотреть ей в глаза, почти касаясь губ своими губами. Время остановилось. Кьяра всем своим нутром желала, чтобы Дэмин поцеловал ее, и вместе с тем это дрожащее расстояние было чуть ли не острее влажной волны поцелуя. Словно в трансе, она коснулась его губ указательным пальцем — такие гладкие! — и сразу убрала руку, скользнув по тяжелому шелку одежд лекаря, по твердому плечу, по переброшенной вперед пряди белоснежных волос.

Сильнейший мужчина, которого она знала. Вероятно, и самый красивый. Рядом с ним Кьяра чувствовала себя девчонкой, совсем еще юной, слабой — и впервые в жизни это оказалось восхитительно. Дэмин заполнял своей силой все пространство: так крупный хищник гипнотизирует жертву, становясь ее миром, не давая отвести взора, заполучая еще до того, как вонзит клыки.

Сейчас Кьяре хотелось вещей, о которых заикнись она при Гэрэле, получила бы подзатыльник. Собственное желание броситься Дэмину навстречу вдруг разозлило Кьяру: нет, она не будет одной из фавориток! Поэтому девушка отшатнулась от голодной и жаркой синевы его глаз, спасаясь и храбрясь, и весело спросила:

— Этот разговор вас смущает?

— Смущает? Меня? — поднял бровь великий лекарь.

— Ну не меня же! — громче, чем надо, воскликнула Кьяра, унимая дыхание.

— Как скажешь, — усмехнулся лекарь, обводя кончиками пальцев подбородок девушки и неожиданно делая шаг назад.

.

Дышать стало легче. Кьяра села у края сферы, скрестив ноги, и оперлась на прозрачную стену спиной. Вдруг она скорее вспомнила, чем услышала, что мир вокруг полнится звуками, и девушку удивило, как она могла их не замечать.

— Уходят, — заметил Дэмин.

— Как вам удается различать что-то в таком шуме?

— Человеческую речь ухватить проще, чем разрозненные звуки. Ты не говоришь по пар-оольски?

— Очень плохо. Могу потребовать у них сдаться или сложить оружие. Может, пойму пару ругательств. Отец считал, мне не нужен язык захватчиков.

— Нужно хорошо знать язык врагов, — заметил Дэмин. — Твой отец недальновиден.

— Может быть, — отмахнулась Кьяра. — Вы выучили язык Пар-оола, потому что они враги?