Тринадцатый Койот (ЛП) - Триана Кристофер - Страница 90

Рассел посмотрел на женщин. "Дамы, вы уверены в этом?"

Делия хлопнула поводьями.

Пыльные дьяволы закружились, посылая ветки, листья и серый снег по ветру. Ее рыжие волосы развевались, как боевые флаги. Лошадь Браззо повиновалась, стуча копытами, как молоты богов, и они помчались в тупик, Рассел и Грейс быстро шли у нее на хвосте. Челюсть Делии сжалась, когда маленькие клыки высунулись наружу. Тыльные стороны ее рук затрепетали из-за шерсти. Когда на поляну вышел весь отряд, остатки фермерского дома затряслись, а обгоревшие доски торчали из земли, как копья: две из них были увенчаны человеческими черепами, а меньшая, детская, насажена на бедренную кость взрослого.

Перед пустотой стоял Гленн Амарок, едва различимый. Изображение его огромного черного тела было искажено испарениями вокруг него, но Делия могла видеть, что он был не просто гибридом человека и зверя. Сердце Джаспера Терстона пульсировало в руке Гленна, представляя собой луковицу, и по мере того, как он менялся, его одежда рвалась на ленты и спадала, бордовые шипы поднимались с плеч и из бедер. Отражая блеск его глаз, серебристые бараньи рога вились от его лба, сочась кровью, когда они рассекали кожу. Его волчья морда клубилась дымом, а каждый зуб представлял собой желтый клык с несколькими рядами за ним - пасть акулы. Его грудь была открыта, обнажая пульсирующую массу, которая излучала тепло и толкала ее назад с помощью магнитной энергии. Гленн поднял руки в знак приветствия, и по мере того, как всадники выходили вперед, за ним двигались формы - существа, пробивающие себе путь в мир людей, волоча за собой черное пламя Ада.

***

Хайрам выскочил из-за прикрытия окружающих зарослей, роан бежал с возросшей силой четырех дополнительных ног, которые он расставил. Он бросил поводья и помчался в сторону отряда, держа наготове оба пистолета, а когда в поле зрения появился Бирн, выстрелил в его лошадь, заставив ее рухнуть на землю и сбросив с нее Бирна и монахиню. Хайрам помчался за ними, но его перехватил другой мужчина верхом на лошади, который открыл ответный огонь из винтовки. Хайрам узнал в нем владельца салуна. Одна пуля попала в Хайрама, но он не почувствовал боли, и в дымке ружейного дыма он выпустил патрон за патроном, а владелец салуна дернулся в седле, когда в него полетели пули, и его рубашка окрасилась в красный цвет. Он выпал из седла, и роан Хайрама пронесся прямо над ним, сминая его ноги и бедра, а затем размозжил ему череп. Его голова раскололась, как дыня.

Мимо пролетели еще пули, и Хайрам повернулся, чтобы посмотреть на подростка, который пытался прицелиться из револьвера, пока его испуганная лошадь шарахалась. Хайрам нажал на курок и убил бы мальчика насмерть, если бы у него не кончились патроны. Он попробовал другой револьвер. В нем тоже не было патронов. Сверкнула молния, и от раската грома лошадь мальчика поднялась на задние ноги, он выпал из седла и вскочил на ноги. Он уставился - не на Хайрама, а на что-то позади Хайрама. Он закричал и нырнул в кукурузный лабиринт.

Хайрам оглянулся.

Позади него простиралась кошмарная галактика.

Демоны извивались и скакали. Одни бежали, другие ползли, как дети, и скользили, как земляные черви. Другие махали сломанными конечностями и оскаливались, разевая рты, из которых капала кислота. Из тени вышел гуманоид, по бокам его головы, где должны были быть уши, извивались змеи, их клыки вонзились в соски, высасывая черное молоко, а его глаза закатились от восторга. Вышел кентавр, покрытый тысячами порезов, его лицо было разорвано, глаза вырваны из черепа и болтались на щеках, как мошонки, обтянутые кожей. Появились упыри и импы, кричавшие, как новорожденные, когда их выталкивали в мир живой природы на ревущих потоках молний, их конечности источали гной и желудочные соки, вытекавшие из человеческих ртов, служивших им гениталиями и анусами. Другие чудовища падали сквозь смерч в воздухе, скользя на крыльях, выкованных из оживших человеческих легких и мускулов latissimus dorsi волосатых спин мертвецов. А из черной дыры появилась ужасная форма, от которой даже Хайрам похолодел.

***

Бирн замер, когда увидел его.

Одно огромное существо, верхняя часть которого состояла из верхних частей тел сотен мужчин и женщин, все они были разумными существами с белыми глазами и обсидиановой плотью. Основание тела огромного существа состояло из множества черных щупалец, толстых, как корни красного дерева, а его середина была заключена в замкнутое кольцо брони, похожее на гигантский пояс целомудрия. Верхние части щупалец были одеты в гниющие шкуры, соединенные поясом из сросшихся черепов и волос. Присоски щупальцев были ртами человеческих детей. Сборище демонов-людей на его вершине орудовало грубыми мечами и топорами, выкованными из костей, булавами из ступок и заступов, все они были мокрыми от крови, которая светилась черным светом. Некоторые несли винтовки со штыками, другие - пистолеты, прилипшие к рукам, стволы которых были мокрыми от плоти, свисавшей фестонами.

По бокам существа стояли две адские гончие, их тела напоминали медуз, покрытых мокротой, а ноги - гиен. На их собачьих головах не было глаз, только слюнявые челюсти и рыла, вдыхающие воздух в поисках добычи.

Хотя Бо был его лучшим и единственным другом на протяжении многих лет, Бирну придется оплакивать лошадь в другой день. Он потянулся к сестре Мэйбл. Она была бледной и потной, ее глаза расширились от испуга. Ему пришлось подтянуть ее к себе, и от соприкосновения их кожи его затошнило. Когда они отступили, на поляну вышли остальные члены отряда. Он услышал крики некоторых из них. Затем появились демоны, и Гленн взобрался на своего коня, чтобы возглавить орду.

Стая волков подошла к Бирну, рыча на демонов, и от их присутствия у него свело позвоночник. Из его пор выбились волосы, а нижние лапы разорвали носки сапог.

Он отпустил себя.

Зверь внутри него теперь был главным.

ГЛАВА XXXXVIII

Небольшой красный птеродактиль пронесся вниз, и Рассел прицелился из своего кольта и выстрелил в него с земли. Он упал на землю, подергивая сломанным крылом, Рассел выстрелил ему в голову, и он затих.

"Значит, эти твари могут умереть".

Шиес поднял свою винтовку. Человек со змеями на ушах бросился на них, и Шиес пустил пулю ему в череп. Демон упал замертво, но змеи все еще шипели, капая ядом.

Щупальце пробилось сквозь рожь и обвилось вокруг талии Мэйбл. Она била по нему кулаками, но оно только крепче сжималось, как у анаконды. На его щупальцах мелькнули сотни детских зубов, они разорвали шерсть и вцепились в ее кожу.

Когда я пойду долиной смертной тени, не убоюсь зла, ибо Ты с...

Бирн притянул ее к своей груди, приставил ствол своего оружия к щупальцу и выстрелил. Щупальце зашипело, и Бирн выдернул ее. Присоски вырвались из ее тела, и она упала на руки Бирна.

"Избавь нас, Господи!" - вскричала она. "Обрати зло на моих врагов, и в верности Твоей уничтожь их!"

Когда ее страх перешел в гнев, эти эмоции проявились в виде прозрачной дымки, покрывшей ее кожу - остатки засохшей крови начали действовать. Ее плоть потускнела до морозно-голубого цвета, и Бирн отошел подальше, чтобы не обжечься. Теперь он был полностью преобразован. Его одежда была в основном цела, и он все еще мог держать оружие, но он был громоздким оборотнем, и, хотя он только что спас ей жизнь, она все еще боялась его. Перед ней был маленький мальчик, которого она взяла в свой приют, чтобы научить его быть не собакой, а человеком. Но дух его собачьей матери никогда не покидал его, и, увидев его сейчас, Мэйбл поняла, что никогда и не сможет.

Они повернулись, услышав треск кукурузных стеблей, падающих рядами, и теневые фигуры, проносящиеся по полю. Бирн протянул ей пистолет, и она схватила его обеими руками, как будто знала, что делает, а он принял боевую стойку, расставив ноги и широко расставив руки, выставив когти для расправы