Семь свиданий, или Как выйти замуж попаданке (СИ) - Халкиди Марина Григорьевна - Страница 18

— Тебя ждут в зале приемов.

— Я передал слуге — мне это неинтересно.

Вау, это была первая моя мысль, когда я услышала голос магистра. Во-первых, судя по голосу, он, слава богам, не был стариком. А во-вторых, у меня прямо мурашки по коже побежали, так как голос у него был низкий, с хриплыми, но бархатистыми нотами. Сомневаюсь, что у магистра есть время для пения, но из него получился бы прекрасный певец. Лично я бы послушала серенады под окном, и не только под окном.

— Ты же знаешь правила. Она назвала твое имя.

— Меня даже там не было!

О, а вот теперь в голосе магистра без труда можно было услышать недовольство. Его совсем не осчастливила идея возможного брака.

— Ты был во дворце, когда она назвала твое имя, — рассмеялся император, которого не смутил тон магистра. — А ты не хуже меня знаешь, договор, что некогда заключил мой род с Тьмой, и тот, что мы заключили с вами, все мы обязаны соблюдать, даже ты… если конечно ты не договоришься с Тьмой.

Затаила дыхание. Я ведь была готова выполнить свою часть сделки, но что если этот магистр упросит Тьму освободить его от меня. Может, тогда и я обрету свободу?

— Она в последнее время редко отвечает мне, — нехотя признался он. И я прямо издала мысленно вау, в отличие от своего магистра меня Тьма сегодня удостоили своей божественной беседы.

— Если все так, то ее точно не обрадует, если ты проигнорируешь одну из ее избранниц. Я уже не говорю о том, что твой отказ создаст прецедент.

— И что, по-твоему, я должен отвлекаться от всех дел и развлекать семь дней какую-то малолетнюю девицу?

Зачем меня развлекать? Я и сама могу кого угодно развлечь И ничего я не малолетняя. Мне в сумме уже почти тридцать лет. И болезнь, а также смерть заставляют повзрослеть еще быстрее.

— Мне она показалась достаточно умной, — рассмеялся уже император.

— Еще лучше, значит я должен развлекать продуманную стерву?

А комплименты все лучше и лучше. Я вот прямо даже и не знаю что лучше — малолетняя девица или продуманная стерва.

— А еще она показалась мне довольно милой и привлекательной.

— Так забирай ее себе, — с радостью предложил магистр.

— Даже если бы захотел, это невозможно.

— А ты хочешь?

— Нет, — вновь рассмеялся император, — я же сказал, она показалась мне милой. С такой каждое слово придется выбирать, чтобы не ранить.

Это меня-то? Император явно плохо разбирался в женщинах. Поэтому наверное и не был женат до сих пор.

— Так я могу ограничится одним свиданием? Нахамить ей и избавиться от этой обузы?

— Это уже твое дело — хамить или же присмотреться к ней. Но встретиться с ней тебе все же придется… причем, семь раз, а не один.

— Что же, это будут самые короткие семь свиданий в моей жизни.

Глава 16. Немного о прошлом

Глава 16. Немного о прошлом

Я сначала замерла, когда услышала как магистр, скорее всего вставая, отодвинул кресло. Потом подумала, что я не смогу сделать вид, что не слышала их столь увлекательный разговор. И возможно, это было отнюдь не храбро, но я решила дать себе фору и несколько минут передышки, а также получить ответы, а то наша сделка с Тьмой мягко говоря попахивала душком.

Поэтому не долго думая, я подхватила подол платья, чтобы он мне не мешал, и побежала обратно в зал приемов. Гвардейцы смерили внимательным взглядом мой побег, но догонять меня не стали. Видимо, их обязанности касались только безопасности императора и на поимку сумасшедших девиц рассчитаны не были. Поэтому они и проводили меня молчаливым взглядом, мало ли — может мне приспичило носик припудрить. Причем срочно.

Оказавшись в следующем коридоре, где уже не было свидетелей, я резко затормозила.

Если умирать так с музыкой, а я больше и шагу не собиралась ступить без объяснений. А то я должна была как говорящая мартышка развлекать этого магистра, завлекая его в свои сети, а я ему и даром не нужна. И чем позориться три месяца, то лучше уж сразу принять свою судьбу. Так что пусть Тьма тут и убивает меня прямо в коридоре, а потом отвечает на вопросы настоятеля и других своих адептов, почему она не присмотрела за одной из своих невест.

"А ты упертая".

Выдохнула, услышав голос в своей голове.

"А вы грязно играете!"

"Иж ты, осмелела, но за словами следи. Ты с богиней разговариваешь!"

"Только вы свое слово не держите. Мы договорились, что я выйду замуж за того, на кого вы укажите. Я готова, но вы и словом не обмолвились, что жених не жаждет жениться. И что собирается избавиться от меня".

"Ты упертая, а он упрямый, так что вы друг друга стоите. И не думай так громко, а то у меня голова болеть начинает".

"Почему он жениться не хочет?"

Тьма замолчала. И я подумала, она опять решила избежать разговора.

"Тут я, думаю".

"Это дело хорошее".

"Не хами девочка".

Ага, как заманить меня в этот мир душа сильная, а теперь не хами. Я в общем-то еще и не начинала. Просто меня возмущение душило. Я ведь и впрямь смирилась с этим браком и новую жизнь полюбила, а теперь со всем этим придется попрощаться, так как не в моем мире не в этом мне не преподавали предмет соблазнение мужчин.

Да и магистр темной магии на своем веку наверное столько женщин поведал, то я точно его своими красотами не обворожу.

"Все не так просто. И это моя вина, почему он отказывается от брака".

Осмотрелась, а потом плюхнулась на стул, которые почему-то во множественном числе стояли в коридорах дворца.

"Его отец с раннего детства был моим любимчиком. И я всегда старалась исполнить все его просьбы... Однажды на балу он увидел тогда еще юную семнадцатилетнюю Джен Нориско. И он обратился ко мне с просьбой, чтобы я пометила ее на следующем ритуале как свою избранницу".

Я затаила дыхание, чтобы не пропустить ни слова.

"Но боги отнюдь не всесильны. И я не могла указать на нее. Но Дарей... он был почти одержим этой девушкой, он желал видеть только ее своей женой".

"И что вы сделали?"

"Нарушила правила. И сделала ее избранницей".

Что-то мне подсказывало, что девушка не обрадовалась клейму на своей руке.

"Не обрадовалась? — переспросила Тьма, — она возненавидела Дарея. Особенно когда узнала, что это он упросил меня о помощи. И чем больше он любил ее, то тем сильнее становилась ее ненависть. И когда родился Ран, ее сердце не смягчилось. Всю свою неприязнь к мужу она перенесла и на сына. Она так и не признала его".

Не взирая на болезнь и даже смерть в прошлом мире мне повезло. И там и тут мне достались самые лучшие родители на свете. Да и вся родня была готова горой стоять друг за друга.

И сколько бы я наших тройняшек не называла бы чудовищами, я ради эти трех монстриков на все пойду.

Нет, я конечно всегда понимала, что не всем так повезло в жизни. И с одной девочкой, помню, я как-то лежала в палате. Так ее отец, который жил в том же городе, но с другой семьей, ограничился одним звонком ей по телефону. Да и ее матери было некогда и на лишнюю минуту задержаться, ведь у нее тоже был новый муж и маленького сына надо было забирать из садика.

А я даже в больница не могла заскучать. Родни у меня было много и все считали своим долгом сделать так, чтобы я не чувствовала себя одиноко в больнице.

"Это тоже одна из причин, почему я выбрала тебя. Ты знаешь что такое любовь и семья. А Ран, увы, из-за моей ошибки был этого лишен. И его отец, он ведь тоже осознал, что совершил ошибку. Но его любовь была как наваждение или одержимость. И чем сильнее он с ней боролся, тем больше увязывал в ней. И наступил момент, когда даже я не могла его спасти. Когда он погиб… Рану было тогда только десять лет. А его мать в тот же день, когда узнала о смерти мужа и своей свободе, собрала вещи и съехала из особняка, не сказав никому ни слова. Даже с сыном не простилась."