Цивилизация 2.0 Выбор пути (СИ) - Бондаренко Вадим - Страница 52

Сначала я подумал, что Шенк боится и передумал идти. Но нет, парень наклонился вперёд, и не выпуская мою руку, упрямо делал один шаг за другим. Он увязал все больше, я уже тащил его за собой, чувствуя как холод стал охватывать мою кисть, пробираясь все выше. Вот уже локтевой сустав замёрз, и я не могу согнуть руку…

Внезапно давление исчезло, и мы кубарем покатились на каменный пол. Шенк отпустил меня, с удивлением разглядывая уже привычные мне стены.

- Держись за меня, теперь будет легче.

Парень кивает, и мы проходим через ряды призраков стариков. Шенк снова начинает бледнеть, но пламя костра совсем рядом. С места вскакивает Арика, Сенг, на их лицах целая буря эмоций - радость, гнев, удивление и восхищение.

- Дим, я же просила тебя быть осторожным!

А она неплохо выглядит, для призрака - как живая, не отличить. Да и остальные мои союзники вполне материальны.

- Арика, я здесь оказался случайно.

- Знаю все! Ты совсем потерял голову, как и все остальные мужчины, но это ваша природа. Но зачем ты закрыл дорогу духам огня?

- Дим, мы пытались предупредить тебя, но ты не слышал!

- Кто тебе подсказал это сделать?

Вот оно что… Похоже самогон начисто заглушает все каналы связи с этим местом. Виновато склоняю голову, эти люди за меня переживали, приятно…

- Друзья, простите. Глупость совершил, но я не знал обо всем этом, правда!

- В этом есть и моя вина, я не хотела, чтобы ты становился на путь энноев, Дим. Боялась, что ты станешь таким же, как они - ее рука обводит ряды сгорбленных фигур, теряющихся во тьме. И все на этом закончиться, как было много раз до тебя. Потому и не рассказывала все, что знала.

С потолка сорвался очередной сталактит, с грохотом рассыпавшись на куски, очередная трещина пробегает по своду. Может, это память о землетрясениях?

- Судьба решила иначе, Арика. Сейчас я вернусь к людям, а вы подумайте, что мне рассказать при следующей встрече. И позаботьтесь о Шенке.

- С ним теперь ничего не случиться, Первый Очаг признал его право на веру.

- Хорошо. Арика, что происходит в Лантирске? Я могу вернуться?

Старуха снова фыркает, поражаясь моей глупости:

- Твое тело в порядке, если ты об этом. Иначе бы ты или сидел здесь эхом, или стал как мы.

- Эхом?

- Твой образ здесь неподвижен, пока ты жив. Одну луну назад он растаял, такое иногда бывало раньше, когда эннои закрывали свое сознание, не рассчитав количество грибов. Мы каждый день ждали, что ты появишься здесь, и останешься уже навсегда.

Стоп, не может быть… Я же всего сутки провел здесь!

- Арика, уже прошел целый месяц?!

Старуха хмуро кивает

- Один день в Землях Вечной Охоты равен одной луне в мире живых людей.

- А здесь, в Первой Пещере?

- Одна рука дней, Дим. Скажи спасибо своей Эрике, она ухаживает за тобой, как за младенцем. Без этого никакая вера не заставила бы твое тело жить так долго без разума.

Все, больше ни слова. Нужно спешить, в этом месте фраза "время дорого" имеет совсем другой смысл

- Тогда - приглядывайте за мной и дальше. До встречи!

- Не спеши сюда возвращаться, Дим. И скажи Раугу, что ещё одну попытку он не переживет. Все, всстанавливай силы!

Молча киваю, и, усевшись рядом с огнем, вглядываюсь в пламя.

Ну же! Я! Иду!! Домой!!!

И огонь не стал мне мешать…

Первое, что я почувствовал - запах копоти и сгоревшего жира. Открываю глаза, и вижу над собой высокий, так и не перекрытый полностью потолок своей резиденции. Вокруг довольно светло, свет мягкий, рассеянный, чуть колеблющийся. Такой бывает в старых церквях и храмах.

Попытки пошевелиться ни к чему не привели, тело не слушалось. Стараясь не впадать в панику раньше времени, сосредоточил свои усилия на пальцах. Вскоре рука едва заметно дернулась, кисть немного согнулась. Нужно разминать и разрабатывать мышцы, за прошедшее время они частично атрофировались от неподвижности. Через некоторое время смог повернуть голову, и рассмотреть все получше.

Вождя всея Лантирска положили на высокую перину из сена и сосновых веток, укрытую шкурами. Вокруг, на принесенных камнях, обрубках бревен и просто на полу стоят те самые лампадки, что мы вручали молодожёнам. Десятки теплых, домашних огоньков разгоняли темноту, окон в жилой части дворца не было. Печь давно высохла, ее растопили, и сейчас в ней тихо потрескивали дрова. В помещении тепло, с юртами не сравнить…

Рядом, в паре метров от меня - похожая кровать, там, свернувшись в клубочек, спит Эрика. С ней все хорошо, кто бы не хотел меня убить, до жены добраться не успел. Грубо сколоченный стол с десятком разнокалиберных горшков и мисок дополнял интерьер.

Прислушиваюсь - тихо, снаружи не доносится не звука. Днём Лантирск довольно шумное место - постоянный звон кузни, удары топоров и молотков строителей, крики женщин и детей, визг подросших и постоянно требующих новой порции вкусной пищи поросят… Значит, сейчас ночь. Это хорошо, до утра у меня есть время на разминку. Сначала - руки!..

Особо я не преуспел. Когда Эрика проснулась, все мои достижения свелись к шевелению пальцев, да ещё пару раз получилось согнуть руки в локтях, сдвинув прикрывающую голое тело шкуру.

Мда, красавец… Даже когда я впервые очнулся в этом мире, то выглядел лучше. Более энергозатратный метаболизм неандертальцев сыграл со мной злую шутку - от былой физической формы остались одни воспоминания. Все и так небольшие запасы подкожного жира давно иссякли, живот впал, под бледной кожей выпирали ребра. Их наискось перечеркивал длинный шрам, с рядами точек по краям. Следы от швов?

- Дим!!

Конечно, она заметила устроенный мной беспорядок, и в следующую секунду уже присела рядом, с радостью и тревогой вглядываясь в мое лицо.

- Дим, ты слышишь меня? Скажи что-нибудь!

Губы не слушаются, и вместо нормального ответа получаются только отдельные слова.

- Я … вернулся… дома… любимая…

- Что с тобой? Духи огня больше не подчиняются тебе и смогли навредить?

- Нет… Долго лежал… Нужно… начать двигаться…

- Сейчас, я помогу! Дим, ты хочешь есть?

Да, еда нужна, вот только мясо мне сейчас противопоказано, желудок не справится.

- Бульон… мясо потом…

- Я тебя таким поила! А ещё - Зенг, ну ты его помнишь, он был последним женихом - посоветовал развести в воде мед, и тоже давать тебе пить. Так они у себя в стойбище маленьких детей подкармливали! Только ты очень мало пил…

Эрика гремит посудой, она уже успела оценить все удобства печи. И вот уже меня приподнимают, поддерживая за плечи, и я с удовольствием выпиваю обе предложенные миски. Жена подкладывает мне под спину мешок, набитый сеном, теперь можно сидеть.

Затем, отбросив шкуры, берется за меня всерьёз - крепкие пальцы с силой разминают дряблые мышцы, сгибают и разгибают конечности.

Результат не заставил себя долго ждать - чувствительность стала возвращаться. К вечеру я уже самостоятельно мог сидеть, брать пищу и сгибать ноги.

Речь пришла в норму, но говорил я мало - Эрика сама болтала без умолку, рассказывая все, что произошло в Лантирске за это время.

В тот день она проснулась от криков и шума. Не обнаружив рядом мужа, наспех оделась и выглянула наружу, где уже собирались остальные.

Драки бывали и раньше, дети так вообще и дня не могли прожить спокойно, особенно сейчас, когда рядом жили столько новых родов. Иногда отношения выясняли и женщины, таская друг друга за волосы и отвешивая крепкие затрещины соперницам. Мужчины дрались реже - их не так просто было вывести из себя, для этого нужно хорошо постараться. Неандертальцы были довольно таки флегматичны, и, вопреки сложившемуся в будущем мнению, агрессивны не больше, чем люди в двадцать первом веке.

Пятерым заговорщикам, решившим покончить с новыми порядками, не повезло. Я упал на юрту Зенга, ломая опорные жерди и разрывая плохо закрепленную обшивку. Тело вождя свалилось на спящих молодоженов, заливая их кровью из распоротого бока.