Цивилизация 2.0 Окно в Европу (СИ) - Бондаренко Вадим - Страница 45

Были и другие важные дела - так, я присутствовал на публичном суде над убийцей монарха. Девушка не отрицала свою вину - она добилась, чего хотела - отомстила человеку, который, по ее словам “снова отдал племя бинодаму в лапы проклятых колдунов”. Хуже всего было осознавать то, что в ее словах почти все было правдой… Ее приговорили к сожжению. Живой.

Короткое расследование выявило и мотив моей несостоявшейся убийцы - пытавшаяся напасть на “главного белого колдуна” женщина была женой убитого нами Лчалы. Она не простила гибель мужа ни Лантирску, ни мне лично, считая Дима виновником всех ее бед. Встретившись со своей единомышленницей, эта женщины придумала план, как им обеим отомстить. Они, дождавшись нашего возвращения с берегов Средиземного моря, поставили на кон все, пытаясь его осуществить. И, нужно признать, им это почти удалось…

А ещё мне пришлось поработать штукатуром - впечатлительных кроманьонцев сильно напрягала трещина, разделившая нарисованные на скале фигуры. Это можно было использовать для дальнейшего усиления влияния новоиспечённых монархов на умы подданных. Гипс рядом был, обжечь его на костре и растолочь железными инструментами тоже особого труда не составило - и вот уже Верховный энной Дим вместе с правящей царицей Налой и ее царственным мужем Абайоми картинными мазками шпаклюют известковым раствором символическую сцену, ставшую для черных людей чем-то вроде иконы. Ничего, всего полчаса работы - но зато какой психологический эффект!

Третьего июля, закончив с погрузкой катамаранов, мы покинули Берег Скелетов, и через две недели причалили в бухте Амазонок - эти названия уже стали официальными, и были нанесены на путевые карты экспедиции. Столь длительная задержка объяснялась просто - по пути мы сделали две остановки, чтобы отловить молодняк баранов, рассудив, что добыть непуганых животных там будет намного проще. Так оно и вышло - новые клетки вскоре добавили тесноты и забот на кораблях флотилии.

Здесь, в бухте, нас ожидало восемьдесят три новых пассажира, плюс, как выяснилось чуть позже - два десятка пойманных силами местного населения ягнят. Правда, троих барашков я приказал сразу отправить на ужин, довезти живыми до Лантирска животных с переломанными ногами шансов не было. Ловили их, загоняя стадо в тупики между скал или на крутые горные склоны. При этом животные часто бросались с обрывов вниз, калечась, а то и разбиваясь насмерть… Прикинув грузоподъёмность своего флота, я понял, что за один переход мы не сможем забрать всех - придется пересекать Чёрное море дважды.

Добрые Предки были на нашей стороне, и эту часть пути мы преодолели успешно - барометр показывал устойчивое давление, компас, стрелка которого хоть и была направлена почти перпендикулярно к привычному направлению север-юг, тоже не подвел, и мы, не заходя на Форос, оба раза вышли точно к бухте в устье реки Тихая.

Тинг, узнав о направляющихся в лагерь переселенцах, вполне разумно решил не подвергать большинство своих людей возможной опасности, и, чтобы избежать карантина, отправил их в Лантирск не дожидаясь встречи. Сам же глава рода Горностаев, с двумя десятками добровольцев отправились за серой, которую так и не успел привезти покойный Фет. Теперь, зная об опасности цунами, один человек будет постоянно наблюдать за морем с высокого холма у соленого озера, пока другие добывают ценнейший минерал. Перед этим Тинг оставил нам большой запас продуктов, свежего сена, пустые телеги и табун лошадей под присмотром троих сторожей, так что к городу наш караван пойдет налегке, люди впервые за многие месяцы не будут толкать телеги вручную.

Двадцать четвертого июля, вызволив группу Тенака из ловушки, мы спрятали разобранные “Газель” и “Зайцы” в пещере Анта, тщательно завалили вход камнями и вышли на финишный отрезок пути длиною в четыреста километров. Двигались, несмотря на загрузку, довольно быстро - если не тратить время на охоту, то преодолевать в день по двадцать пять - тридцать километров вполне реально. Шагая во главе огромного каравана, растянувшегося на добрых пол километра, я с улыбкой вспоминал давний исход племени Солнца из Крыма. Тогда мы шли в зиму, не зная точно, что нас ждёт впереди, основываясь только на обрывках моих воспоминаний из предыдущей жизни. Но ведь смогли же! Так что нынешний переход - детская прогулка по сравнению с тем, случившимся почти девятнадцать лет назад...

Спустя три недели мы заселились в карантинный поселок, который пришлось экстренно расширять - он не был предназначен для такого количества людей. И вот сегодня, девятого сентября, наше вынужденное заточение закончилось!

Вручив Ярику с Тимкой по красивой витой раковине - такие можно найти только на берегах далекого Средиземного моря, я ещё некоторое время послушал их радостную болтовню, и вышел на улицу. Прочие диковинки - крупные шишки ливанского кедра и лиственницы, морские камешки причудливой расцветки и небольшие стеклянные сосуды, наполненные “землёй из Заморья” вручу позже. Настоящие, памятные подарки для семьи ещё только предстояло сделать ювелирам…

Поэтому первой моей остановкой сегодня стал склад, где вождь, самым наглым образом воспользовавшись служебным положением, выкупил горсть уникальных кристаллов аметиста нежно-сиреневого цвета - все, что было найдено кроманьонцами за двенадцать лет, потратив большую часть накопленных сбережений. Их как раз хватит на изготовление шести комплектов украшений, включающих в себя серьги, кулон и колечко. Кристаллы обсидиана для меня и сыновей обошлись на порядок дешевле, да и нужно их было всего четыре штуки - ни серьги, ни кольца мужчины не носили.

- Валт'и? Ты тоже решил сделать подарок своим женщинам?

Л’тоа, покраснев, как варёный рак, быстро отсчитал горку чайб за выбранный крупный кристалл розового кварца, и, спрятав камень в карман, стал пятится к выходу.

- Д-да… подарок, точно! Дим, прости, мне уже нужно бежать, проверить ульи… Шмели что-то плохо мёд собирают… Нужно срочно проверить, да!

Под лёгкие смешки рабочих окончательно смутившийся Валт'и пулей вылетел из складского помещения, едва не сбив с ног входящего Тинга. Чего это он?..

- Розовый кварц не лучший выбор, такого камня привезли очень много. Не оценят!

Я согласно кивнул на замечание кладовщика, наблюдая, как тот вновь опечатывает вскрытые ящики. Тинг, проводив взглядом быстро скрывшегося из виду парня, недоуменно пожал плечами и подошёл к нам.

- Дим, ты звал меня?

- Да, посмотрим, что вы нашли на реках Кара-Дага. Я нисколько не умаляю ваших заслуг, но шестьсот сорок два килограмма золота - это очень много для двух месяцев работ!

- Пошли, я не против. Заодно объяснишь, что не так с нашими находками…

Сначала распаковали мешок с золотым песком. Тут все было нормально - мелкие крупинки и чешуйки благородного металла легко сминались, а объем вытесненной ими воды почти идеально соответствовал заявленному весу - тридцать пять килограмм триста двенадцать грамм. Плотность золота была определена уже давно, и составляла девятнадцать целых одиннадцать сотых грамма на кубический сантиметр, на этот показатель я сейчас и ориентировался.

Две с половиной тонны шлиха трогать пока не стали - там золотая пыль была такой мелкой, что не поддавалась промывке. Старатели просто ссыпали с лотков полученный золотой концентрат, и, подсушив, паковали в мешки. Но извлечь оттуда золото, имея теперь доступ к ртути, я все же смогу - есть у жидкого металла замечательное свойство создавать амальгаму с мелкой золотой пылью и поглощать ее, словно губка. После этого останется только выпарить ртуть, и готово - весь благородный металл останется в остатке! Этот метод был широко распространен на крайнем севере во времена СССР, как среди законопослушных артелей, так и среди "черных старателей". Не случайно именно по обороту ртути правоохранительные органы часто и вычисляли последних...

Наконец, приступили к главному - самородкам. Выбрав самый тяжёлый, почти в десять килограмм весом, я для начала ковырнул его ножом, отколов несколько крупинок с острыми гранями.