Эромант. Система Соблазнения (СИ) - Чехин Сергей Николаевич - Страница 111

— Смерть захватчикам! — проревела княгиня. — Долой угнетателей!

Резня закончилась за пару минут — опешивших амеров прикончили быстрее, чем те успели как-либо ответить. Расслабились ребятки, нажевались табаку, да и выпили, похоже, перед церемонией — а что, праздник же? И теперь их изуродованные тушки яростно пинали слуги, мстя за пережитые мучения.

— Это еще не конец! — Милана вышла на крыльцо с горящими глазами и объятой пламенем прической. — Мы только начали!

В небо взмыл ревущий файерболл и взорвался мириадами ослепительных искр, которые были заметны из любой точки города, несмотря на чад и смог.

Сей же миг отовсюду донеслась редка пальба и вскрики, заглушаемая гулом и грохотом могучих заводов. Вот вам, пидорам, кровавая инаугурация — за считанные мгновения Компания лишилась и шпионов, и бойцов, и теперь никто не помешает задействовать мощности Игнатовых ради общей цели — полного разгрома колонизаторов.

На площадь алыми струйками стекались гвардейцы и простые жители, вооруженные старыми мосинками и берданками. Мало кто понимал, что происходит, и все нуждались в скорейших ответах, чтобы или воодушевиться грядущими переменами, или впасть в отчаяние от неминуемых последствий. Когда же перед дворцом стало не протолкнуться, княгиня вышла вперед и грозно произнесла:

— Друзья. Соратники. Верные подданные. Буду кратка — сегодня мы так близки к свободе, как никогда прежде за минувшие двадцать лет. А подробности расскажет тот, кто все это и придумал. Семен — прошу.

Блин, опять речь толкать… Ну ничего, уже привыкший. Встал рядом с дворянкой, прочистил горло и хотел уже толкнуть речь, как вдруг из толпы донесся сердитый возглас:

— Что это за шкет?

— Я таких не знаю, — поддакнул второй.

— Он вроде бы из Марининых. Видел его в шахте вместе с экипажем.

— А какого беса мы вообще должны слушать синепузого?

— Господа! — я вскинул руку и пустил в небеса столь яркую молнию, что собравшиеся невольно отшатнулись, пригнулись и заслонились предплечьями.

— Что за?..

— Магия Воздуха? Откуда?

— Он прибыл снаружи? Прорвался живьем через туман?

— Как такое возможно?

— Господа!! — повысил голос. — Может, уже заткнетесь и дадите сказать?

Работяги вмиг смолкли, и Донец в кои-то веки накрыла долгожданная тишина.

— Благодарствую. Да, вы правы — я прибыл с той стороны, но тем же путем назад уже не вернуться. У нас есть единственный шанс спастись — вот он.

Достал из-за пазухи драконий кристалл, потер его, согрел дыханием и поднял высоко над головой. И собравшиеся услышали последнюю волю древнего хранителя, который пообещал снять с острова проклятие, как только Авалон падет.

Глаза горожан просияли, на лицах засверкали улыбки, и от всеобщего ликования толпу отделяли только страх и множество снедающих души вопросов. Например, таких:

— Сокрушить американцев⁈ — вновь крикнул скептик. — Как вы себе это представляете⁈ У них же летучие корабли!

— У нас тоже, — с торжествующей улыбкой произнес в ответ. — Осталось их только зарядить, и первый реактор уже в пути.

— Ушам не верю… — выдохнул чумазый паренек.

— Не зря молилась, — всхлипнула согбенная старушка. — Господь наконец-то услышал нас.

— Но техника — дело десятое, — продолжил я. — Наша главная сила — в единстве. Да, нынче все решают князья и княгини, и все же спрошу у вас лично — вы хотите вернуться домой?

— ДА! — хором грянула толпа.

— Вы хотите отплатить американцам за двадцать лет унижений и рабства?

— ДА!!

— Тогда я зову вас всех в последний бой. И надеюсь, что он станет последним для звездато-полосатых выблядков!

— Ура!!!

— Все, кто может сражаться — берите оружие и пополняйте абордажные бригады. Кто знаком с морским делом — записывайтесь в экипажи. Кто соображает в технике и механике — снаряжайте орудия и боеприпасы. Остальные — за станки и печи. Нам понадобится еще немало снаряжения, но впервые за долгие годы вы будете лить пот за себя и свободу своих близких, а не за гребаных угнетателей!!

— Ура-а-а-а!! Ура-а-а-а!!

— Все эти годы янки лили яд вражды. Придумывали всякую чушь, чтобы нас рассорить и легко подчинить. Но когда мы едины — мы непобедимы! История не раз это доказала!

— Да!! — в воздух взмыли ружья и ножи. — Бей гадов! Ура!

— Разделяй и властвуй — вот главное правило американцев. И это правило весьма эффективно. Нельзя победить великана, осыпая его пощечинами. Но если собраться в кулак — даже самому сильному врагу несдобровать!

— Верно! Все правильно говорит!

— Вы так долго сидите взаперти, под гнетом и ужасом, что позабыли, кто есть на самом деле. Нас, русских, бивали частенько — и с этим сложно спорить. Монгол поставил нас на счетчик. Поляк окопался в Кремле. Швед разгромил под Нарвой. Француз спалил Москву, а немец подошел к ней вплотную.

— Что? — люди завертели головами. — Какой немец?

— Не знаю, но он явно лучше соображает.

— Может, немец напал, пока мы тут куковали?

— Черт, тогда надо поскорее возвращаться.

Да, блин! Так увлекся, что забежал вперед паровоза, и ляпнутый анахронизм чуть не испортил всю речь.

— Неважно! — повысил голос. — Нас бивали — так бывало. Но мы всегда собирались — и били в ответ! Да так, что враги срались и ссались даже сотни лет спустя!

— Да-а-а!!!

Так было — и так будет! И этот бой — не исключение! Пришла пора объединиться и отомстить за всю хуйню! Вы со мной⁈

— ДА-А-А-А!!! — в воздух взмыли головные уборы, словно вспугнутая стая ворон. — УРА-А-А-А!!!

— Пришла пора забыть, чьи вы, — поднял ладонь, призывая к спокойствию, что получилось далеко не сразу, потому что затюканный люд почуял скорую расплату и разошелся не на шутку. — Игнатовы, Маринины, Полянские — это все не имеет значения. Пришла пора вспомнить, что вы — русские. А русские, — набрал побольше воздуха и гаркнул, как медведь, — не сдаются!

— УРА-А-А-А!!!

— За Родину!

— УРА-А-А-А!!!

— За семью и друзей!

— УРА-А-А-А!!!

— ЗА ИМПЕРАТОРА!

— УРА-А-А-А!!! УРА-А-А-А!!! УРА-А-А-А!!!

— Работайте, братья! Вставайте к станкам и пулеметам. Пробил наш час — победа или смерть! И да поможет нам Бог!

— Вот это речь, — прошептала Милана, когда я прошел мимо. — Мои трусики можно выжать дважды.

— Угомонись, развратница. И займись делом. Нужно кое-что исправить на одном из крейсеров.

— Что? — удивилась княгиня. — Они полностью готовы.

— Не полностью. Прикажи написать на бортах большими буквами: ВОЗМЕЗДИЕ. И готовьтесь к установке реактора.

— Есть, мой воевода, — рыжая взяла под козырек. — Надеюсь, после разгрома Компании ты овладеешь и мной.

Я вернулся в порт и стал ждать корабля от Марининых. И чем дольше ждал, тем громче раздавался грохот, звон и лязг.

Похоже, вдохновляющая речь так баффнула горожан на праведный труд, что заводы загудели с утроенной силой. Ну и хвала богине. А непроглядный смог скроет наши приготовления от вражеских глаз.

Наконец серо-черную даль молнией прорезал белый треугольный парус. Трофейная канонерка мчала с такой скоростью, что обогнала бы даже современный гидроцикл — а все потому, что на корме сидела Мария и толкала посудину закрученными в спираль тугими струями.

Княжна разогналась так, что на торможение почти не осталось сил, и лодка разбила нос о каменную пристань. Экипаж тут же взялся выгружать длинный бронзовый цилиндр со множеством клапанов, разъемов и датчиков. А девушка, несмотря на смертельную усталость, прыгнула ко мне, крепко обняла и страстно поцеловала.

— Если честно — я до самого этого момента ждала засаду или иную пакость, — выдохнула блондинка. — Никак не могу поверить, что у тебя получилось.

— Форму взяла?

— Что, прости?

— Я ведь не шутил. Сейчас подключим реактор — и сразу же полетим в Оскол.

— Хорошо. На нас серьезно насели — отец еле держится.

Моряки и портовые рабочие затянули «торпеду» на волокуши и оттащили к подъемнику. Наверху уже ждал грузовик с почетным караулом гвардейцев. Увидев их, Мария заметно напряглась — аж мороз разлился по воздуху, но я взял ее за руку и твердо произнес: