Эромант. Система Соблазнения (СИ) - Чехин Сергей Николаевич - Страница 81

— Не ты ли говорил, что прибыл из более прогрессивного мира? Или думаешь, что баба, которая мечтает стать капитаном, свято верит в традиции и догмы?

Ну да. «Никаких якорей» — ее главное предпочтение.

— А теперь заткнись, — она привстала, чтобы отодвинуть трусики, — и получай удовольствие. Давно хотела попробовать на пляже…

— Песок попадет…

— Так даже интереснее.

В этот миг по нам ударил яркий луч фонаря, а слух резанул пронзительный вой полицейского свистка.

— Вон они где! — крикнул охранник сопровождающим его морпехам. — Едва отыскали!

Маша спрыгнула с меня, точно лягушка, и закрыла грудь предплечьем.

— Что происходит? — встала, смерила янки грозным взором, и в ладони за секунды вырос острый ледяной шип, похожий на лезвие меча. — Объяснитесь!

— Мисс Джонс желает видеть господина Дурова, — вяло отозвался американец, перекатывая за щекой жевательный табак. — Немедленно.

Глава 31

— Что ей нужно? — с вызовом спросил я.

— Ты всерьез думаешь, что мы будем спрашивать у нее об этом? — морпех сплюнул коричневый сгусток. — Наша задача — исполнять приказ. Приказ четок и понятен, так что поднимайте задницы и одевайтесь. Потрахаетесь потом, если мисс Джонс сама вас не выдерет.

Американцы засмеялись. Нам же пришлось подчиниться, хотя происходящее вселяло немалую тревогу. Возможно, Кассандра про что-то пронюхала — например, велела ткнуть меня кристаллом, пока я лежал в отключке, и теперь собралась прижать нам хвост.

— А, и вот еще что, — добавил второй. — Надо взять служанку по имени Биэлиана… или какое-то такое дерьмо.

В груди стало еще холоднее — что, блин, вообще происходит? И до уровня все те же 135 очков, а заигрывать с княжной прямо сейчас — слишком странно даже по местным меркам.

Пришлось одеться и двигать под конвоем к особняку.

— Хозяин! — при виде нас Белка поклонилась в пояс и влюбленно захлопала ресницами. — Чего изволите?

— Идем с нами.

— Слушаю и повинуюсь! — служанка взяла за козырек и пристроилась рядом со мной.

— Какая покорная, — хмыкнул морпех помоложе. — А мои команды она тоже выполнит?

— Нет, — спокойно ответила горничная. — Вы — не мой хозяин. Мой хозяин…

— Ну, все, не щебечи, — сказал я, всерьез испугавшись, что шатенка по старой памяти ляпнет мое настоящее имя. — Ничего им не говори. И не отвлекай бойцов от службы.

— Да я и не против, — ухмыльнулся солдат. — К тому же, мой хозяин — хозяин твоего хозяина, так что ты должна подчиняться и мне. Так что как насчет небольшого свидания после смены?

Девушка послушно выполняла наказ — то есть, не щебетала.

— Да ладно тебе, — продолжил вальяжно наседать янки. — Куда он денется? Чтобы русский перечил американцу? Смех.

Я замер и резко крутанулся на пятках. Посмотрел высерку прямо в мутные глаза и строго произнес:

— Я ничего ей не разрешаю. А тебе советую держаться подальше, если не хочешь проблем.

— Проблем? — парнишка встал почти вплотную, обдав меня вонью бекона и жеваного табака. — И что ты мне сделаешь?

— Я стрелялся на дуэли с агентом, — с усмешкой бросил в рябое лицо. — Думаешь, испугаюсь тебя, сопляка?

— Мартин, не лезь, — напарник постарше взял товарища за плечо. — Джонс нам головы снимет, если задержимся.

— Еще поговорим, — буркнул янки, но отошел назад.

— И не сомневайся, — ледяным тоном произнес в ответ.

У корабля морпехи обменялись паролями, и охрана корабля спустила аппарель. Нас провели узкими мрачными коридорами с обилием переборок и втолкнули в относительно просторную каюту с белыми стенами, где помещались одноместная койка, стул, столик и шкаф с инструментами и зельями.

Кассандра все еще лежала на кровати в одних только бинтах на торсе. При нашем появлении девушка натянула брюки и небрежно застегнула блузку, после чего кивнула на Беляну:

— Скажи ей раздеться.

— Зачем? — насторожился я.

— Затем, что многие в процессе мочат штанишки, — усмехнулась Джонс.

— В процессе чего? — я уже догадывался, но отказывался верить.

— В процессе допроса, — над ладонью подобно гнойнику вздулось фиолетовое облачко, а из него вылезло лоснящееся заостренное щупальце. — Чего же еще?

— Зачем ее допрашивать?

— О! — брюнетка села за стол. — А вот это — самое интересное. Дело в том, что ваша служанка как раз и сообщила моим источникам о странном чужаке. Контакт передал отчет в штаб-квартиру, но с учетом ненадежной репутации Беляны, на разведку послали только меня. И теперь я просто нутром чую, что близка к разгадке. Горничная наверняка запомнила мага, но теперь почему-то отказывается прямо на него указать. Я и пугала ее, и подкупала — ни в какую. Поэтому остается два пути. Первый — это, собственно, допрос с пристрастием. Второй — если вы прикажете ей выдать чужака. Князь Маринин очень хорошо муштрует прислугу, если уж девушку к вам приставили, значит, должна слушаться безоговорочно. Вот я и подумала, почему бы не попробовать обойтись словом, чтобы лишний раз не тратить ману… и кровь.

Отлично. Просто здорово. Если отдам приказ — мне конец. Если промолчу — девушку замучают у меня на глазах. И хорошо, если она не расколется — а если щуп умеет читать мысли? И Кассандра сразу увидит, что чужак — это я?

А без эромантического афродизиака быстро охмурить янки не получится. И как теперь быть, блин? Понятное дело, что город важнее, но легче на душе не становится.

— Что-то не так? — с ехидцей спросила Кассандра.

Думай, думай, думай, думай. И подбирай вопросы так, чтобы минимизировать ущерб — и себе, и Белке. Меня предупреждали, что девушка живет отдельно от прислуги из-за любви к доносительству. Могла ли она знать обо мне лично — или же просто услышала от кого-то, а потом разболтала, кому не надо?

— Беляна, — осторожно начал я. — Ты видела чужака лично?

Девушка промолчала, тараща на меня слезящиеся глаза.

— Отвечай, когда спрашиваю, — добавил приказного тона.

Прислужница мотнула головой:

— Нет.

— Тебе кто-нибудь его показывал?

— Н-нет…

— А от кого ты вообще это услышала? — Кассандра скрестила руки на груди.

Если скажет, что от других служанок — мне конец. Несложно догадаться, что я — единственный новичок при княжьем дворе. Это в городе еще можно затеряться. Это в городе полно парней, похожих на меня. А в особняке я такой одни, и тайну разгадает даже макака.

— От многих. Весь Белгород видел, как чародей бил молниями нечисть.

— Весь, — злобно бросила Джонс. — Кроме моих прямых контактов. Ведь их заранее предупредили, что Мерлин задумал акцию устрашения. И теперь я вынуждена тратить время на допросы всякой швали. Скажи еще раз, как выглядел чужак.

— Молодой. Высокий. Красивый. Одетый не по-нашему.

— И все?

— М-может, было что-то еще, но я забыла. Со мной никто особо не общается. Что услышала краем уха, то и запомнила.

— Он сейчас в этой комнате? — прямо спросила агент, и в груди вновь похолодело.

— Н-не знаю…

— То есть?

— Мой господин подходит под описание — как и десятки других парней. Похож ли он на чужака? Да, похож. Но он ли это, мне неведомо.

— Ладно, — брюнетка встала, хрустнула пальцами и достала из ящика стола золотой скипетр, украшенный граненым прозрачным кристаллом. — Похоже, замараться все же придется, но перед тем я использую последний шанс. Мистер Дуров, коснитесь навершия.

Вот и все. Это конец. Теперь надо думать, как взять всю вину на себя. Чтобы только я улетел на Авалон, а белгородцев никто не тронул. И, разумеется, не вышел на Анри.

— Мистер Дуров… — игриво протянула американка. — Вы от страха окаменели?

— Нет. Просто вы чудесно выглядите сегодня. Особенно, в этой белой блузке.

Вместо отчаянно необходимых очков отношений я получил приподнятую бровь и кривую усмешку: