Тот (ЛП) - Торн Алесса - Страница 22

— Не притворяйся таким удивлённым, — сказал Тот, скрестив руки. — Ты сопроводишь нас в Саккару?

— Уверена, что я да. Я хочу встретиться с Анубисом, — ответила Селена.

— Кема? Ты с нами? — спросил Тот. Она была немного удивлена тем, что ей не придётся сражаться с ним, чтобы позволить ей следовать за ней.

— Да. Я всегда хотела побывать в Саккаре, — ответила она, спрыгивая с табурета.

— Это будет хороший опыт для тебя, Кема, — произнёс Гермес. В его глазах сверкнул коварный блеск. — Знаешь, если бы ты действительно хотела изучить магию как следует, тебе всегда были бы рады в Стиксе. Я мог бы многому тебя научить, ведь очевидно, что у тебя к этому настоящий талант.

— И зачем ей ехать в Грецию, чтобы изучать низшую магию, которая является бедной родственницей той, которую она может найти в Египте? Всё приличное, что ты смог придумать, в любом случае украли у нас, — возразил Тот.

— Я бы хотела изучить и то, и другое, — сказала Кема, и оба бога подняли на неё брови. — У меня греческая кровь, но я родилась в Египте. Я собираюсь узнать о магии от обоих, а затем приду к чему-то своему. Я не хочу ограничивать себя. Я хочу знать всё.

Гермес рассмеялся и указал головой на Тота.

— Ты говоришь, как он. Всегда хотел знать всё обо всем.

— Есть люди и похуже. — Кема беззастенчиво пожала плечами. — Магия — моя настоящая любовь. Теперь, когда я обнаружила так много всего, я хочу всё это.

Тот смотрел на неё, его глаза мягко светились волшебно и горячо от желания. Если бы он продолжал смотреть на неё так, Кема самопроизвольно воспламенилась бы.

— Ладно, хватит болтовни. Время истекает, — проговорил Гермес и постучал рукояткой кадуцея по каменным плиткам. Его золотая магия рассекала воздух, и дверной проём открылся. Сквозь него Кема увидела огни нового города.

Тот фыркнул.

— Всегда такой эффектный.

— Говорит бог, который оставляет в воздухе бронзовый блеск после малейшего волшебства, — ответил Гермес.

Пока они по-прежнему спорили, Кема прошла через дверной проём на поле, окружённое зданиями. Воздух пах иначе, чем в Александрии, он был менее влажным и солёным, и нёс в себе засушливый аромат пустыни. Тёплые пальцы коснулись мягкой кожи внутренней части её предплечья, от чего по спине побежали мурашки.

— Не отходи и не заблудись, — сказал Тот ей на ухо.

— Я уверена, что ты сможешь меня найти, — ответил Кема.

— Он сможет, пока это клеймо будет у тебя на руке. Предложение удалить его всё ещё остаётся в силе, — ответил Гермес.

— Хватит всех провоцировать, — вздохнула Селена.

— Кема должна знать, что у неё есть варианты…

— У меня есть вариант сказать тебе, чтобы ты замолчал и сосредоточился на поиске Анубиса, — отрезал Кема. Она махнула рукой Гермесу. — Да ладно, это ты сказал, что мы можем использовать энергию, чтобы найти, куда нам нужно идти.

— Да, Гермес, непременно порадуй нас своими навыками, — криво произнёс Тот. — Ты хоть знаешь, что находится у нас под ногами?

— Храм Птаха (прим. перев.: Ptah — древнеегипетский бог, творец мира и бог мёртвых, бог правды и порядка), — без колебаний ответил Гермес. Он опустился на колени и положил руку на коричневую траву. — Всё ещё можно почувствовать гул силы, создаваемой тысячами верующих. Селена? Проследи, чтобы я ни во что не врезался.

Золотое сияние исходило от кадуцея и окутало глаза Гермеса. Он завёл посох за спину, прежде чем тот исчез.

— Я вижу, как раньше выглядел город, — произнёс Гермес, изменив голос. — Сюда. Я могу проследить за гулом туда, где, по моему мнению, находился храм Хатор Афродиты.

Они присоединились к ночной толпе со свадьбы, выплеснувшейся на улицы.

— У тебя приятные воспоминания о собственной свадьбе? — спросил Тот. Кема повернулась, чтобы посмотреть, не ведёт ли он себя как осёл, но увидела в его глазах проблеск поддразнивания.

Всё как в первый раз.

— Я нисколько не сожалею об этом дне, — ответила она.

— Даже о том, что своровала у меня?

— Особенно об этом. Эта книга каждый день спасала меня от бедности с тех пор, как я её украла.

Тот умудрился усмехнуться.

— Я просматривал это снова и снова. По всем рассуждениям, ты не должна была найти дверь моего магазина в тот день. Я ещё даже не открылся. Не говоря уже о том, что есть заклинание против кражи в магазине, а ты ушла, не заплатив.

Кема нежно толкнула его плечом.

— Какая у тебя теория? Я вижу, она у тебя есть.

— Твоя божественная кровь даёт очевидный смысл.

— А что менее очевидно?

Тот сунул руки в карманы.

— Карма. Судьба. Предназначение. Что ты предпочитаешь.

— Ах. Могу поспорить, ты это ненавидишь, — сказала Кема.

Тот застонал.

— Это так. Вот почему я утверждаю, что именно кровь Гермеса позволила тебе пройти сквозь защиту. Это в тебе от бога, воровка.

Кема хмыкнула.

— Возможно, ты и прав.

— Ты выбираешь Судьбу, не так ли? — Тот возвел взор к небу. — Конечно же.

— Это имеет наибольший смысл! Кровь бога могла бы объяснить, что я смогла найти магазин, в котором можно спрятаться. Но это не объясняет, почему я не смогла найти его снова или почему наши пути с тех пор не пересеклись. Мы оба живём в одной части Александрии! Я не против в любом случае. Я рада быть здесь, пока есть возможность.

Кема взяла Тота под локоть, и они продолжили следовать за Селеной и Гермесом.

— Я очень рад, что ты не вышла замуж в тот день, Кема, — прошептал Тот минуту спустя. Она лучезарно посмотрела на него.

— Видишь? Я же говорила тебе, что мы станем друзьями.

— Должно быть, виной тому моя яркая личность, — ответил Тот, одарив Кему своей любимой кривой улыбкой. Она была достаточно смелой, чтобы потянуть за один из его тёмных локонов до плеч.

— Нет, колдун. Это потому, что ты такой красивый.

— Ты преисполнена надеждой. И мы оба знаем, что всё потому, что тебе нужны мои книги по магии.

— Ну, это и твой…

— Это оно! — Гермес перебил их. Они стояли перед ничем не примечательной деревянной дверью, рядом с которой висела небольшая табличка с надписью: «Сикамор».

— Ты уверен, что это то место, Гермес? Или твоя низшая магия направила тебя не туда? — спросил Тот.

— Нет, это определённо то место. Посмотрим, кто откроет дверь. Возможно, они захотят позволить красивому богу осмотреться.

— Тогда хорошо, что ты взял меня с собой.

Селена рассмеялась.

— Ведите себя хорошо, вы двое. Помните, почему мы здесь.

— На самом деле нам следует позволить им раздеться и сражаться, — предложила Кема.

— Какое отношение стриптиз имеет к драке? — спросил Тот. Кема подпрыгнула, потому что не заметила, что он слушает. Кема, будучи собой, просто медленно оглядела его, ухмыльнулась и ничего не сказала в ответ.

Гермес постучал в дверь. Небольшое окошко распахнулось, и туманный красный свет осветил суровое лицо.

— Пароль? — спросил швейцар.

Золотой свет загудел вокруг руки Гермеса, и он ответил:

— Сиськи Афродиты пахнут розами.

Швейцар кивнул в сторону женщин.

— Перед входом все зверушки должны быть на поводке.

Не колеблясь, магия Селены заставила ошейник появиться в её руках.

— Вы ошибаетесь. Он мой питомец.

— Как бы то ни было. Не могу впустить вас, пока всё не будет сделано.

— О, это такое место, — радостно сказал Гермес. Он наклонился, чтобы Селена могла застегнуть на нём ошейник, его золотые глаза загорелись похотью. — Завяжи его красиво и туго, моя госпожа.

Кема старалась не хихикать, пока Тот явно боролся с абсурдом всего этого.

— Не волнуйтесь, Господин, я буду хорошей девочкой, — промурлыкала она.

— Ты не знаешь, как это делать. — Тот откашлялся, прежде чем достать из кармана поводок из шелковой ленты. — Постарайся не получать от этого слишком много удовольствия, — прошептал он ей и свободно завязал его вокруг её горла.

— Я могла бы сказать о тебе то же самое, — ответила Кема, взмахнув ресницами.