Предательство, которому ты служишь (ЛП) - Лоррейн Трейси - Страница 32

Открыв глаза, оглядываю комнату, нуждаясь в том, чтобы найти какое-то доказательство того, что она не поняла, что вчера совершила ужасную ошибку, встала посреди ночи и ушла.

Вздыхаю с облегчением, когда нахожу ее одежду и обувь все еще в куче на полу.

Падая обратно в постель, я натягиваю на себя простыни и вспоминаю вчерашний день.

Летти была последним, чего я ожидал, когда Кайл объявил, что меня ждет сюрприз, но, черт возьми, это было именно то, что мне было нужно.

Выговориться, рассказать ей, что я сделал и что на самом деле чувствую, было похоже на то, как будто с моих плеч свалился огромный груз. Да, мне все еще есть, о чем беспокоиться, учитывая, что я собственноручно только что разрушил свою жизнь этим решением. Но не сомневаюсь, что оно того стоило.

Перекатившись на бок, я утыкаюсь носом в ее подушку и вдыхаю ее запах.

Я бы солгал, если бы сказал, что не беспокоюсь о том, что будет дальше. Я знаю, что пытался сгладить опасения Летти по поводу Виктора, но факт в том, что его угроза все еще очень реальна.

Виктор, чертов, Харрис. Безжалостный, кровожадный, психопатичный главарь банды. Он ни за что не позволит мне уйти без боя, независимо от того, угрожаю я безопасности Аланы или нет.

Мне нужно будет сделать что-то получше, если собираюсь убедить его, что могу уйти, держа все, что знаю о нем и его людях, под замком.

Никто не уходит от Виктора Харриса и не живет долго, чтобы рассказать эту историю. Черт возьми, я был вовлечен в то, чтобы этого не случилось больше раз, чем готов сосчитать. Но я полон решимости сделать все возможное, чтобы это произошло.

Я буду тем, кто выбрался из Харроу-Крик, убежал от «Ястребов» и сделал что-то в своей жизни.

Я уверен в этом.

Откинув одеяло, натягиваю чистые боксеры и выхожу. В доме тихо, но когда смотрю в кухонное окно, то замечаю волосы Летти и понимаю, что она на качелях на крыльце.

Воспользовавшись ванной, я готовлю нам обоим кофе и выхожу. Звук ее мягкого голоса, когда я открываю дверь, заставляет меня замедлить шаги.

— Мам, я знаю. Да, да. Тебе не нужно было этого говорить, — бормочет она со смехом, от которого у меня что-то трепещет в животе. — Ну, иногда ты просто ничего не можешь с этим поделать. Уверена, что ты хорошо это знаешь.

Пауза.

— Думаешь… — Она замолкает, прислушиваясь. — Хорошо, да. Хорошо. Звучит заманчиво. — Пауза. — Я не уверена. Сегодня вечером или, может быть, первым делом утром. Понятия не имею, есть ли у него какие-то планы.

Я делаю пару шагов вперед, моя потребность увидеть ее слишком сильна, и останавливаюсь на углу дома, пробегая по ней взглядом.

Летти свернулась калачиком на качелях в одной из моих толстовок, все ее тело, включая ноги, скрыто под тканью. На ее лице мягкая улыбка, когда она слушает все, что говорит Джада, на ее лице нет макияжа, а волосы собраны в беспорядочный пучок на макушке. Не думаю, что когда-либо она выглядела так красиво.

Прохладный утренний воздух обжигает мою кожу, пока я стою там, но я ни за что не сдвинусь с места прямо сейчас, когда зрелище настолько захватывающее.

Как я это сделал? Чем заслужил, чтобы она посмотрела на меня дважды, не говоря уже о том, чтобы быть здесь и бороться за меня прямо сейчас.

Какая-то часть меня хочет подойти и вырвать телефон у нее из рук и потребовать, чтобы она позволила мне разобраться со всем самому, но я уже знаю, как это будет. Летти не собирается уступать. Она хочет помочь, а я хочу сделать ее счастливой, так что…

Почувствовав мое присутствие, девушка поднимает на меня взгляд. Легкий вздох срывается с ее губ, прежде чем уголки растянулись в красивой улыбке, от которой у меня щемит в груди.

— Я… мне нужно идти, он проснулся. — Химия потрескивает между нами, когда наши взгляды встречаются. — Хорошо, говори скорее. Спасибо, мама.

Она заканчивает разговор и опускает телефон, но ни один из нас долгое время ничего не говорит, мы просто впитываем друг друга.

— Ты все еще здесь, — говорю я, как идиот, когда, наконец, чувствую необходимость нарушить молчание.

— Где еще мне быть?

— Бежать обратно в Мэддисон, потому что поняла, что облажалась, согласившись остаться здесь.

— Хм, забавно, потому что я на самом деле не помню, чтобы на что-то соглашалась, — невозмутимо говорит она.

— Ты права. У тебя не было выбора. Я бы запер тебя здесь и в конце концов заставил увидеть ошибку в твоих суждениях.

— Типа похитить меня? — спрашивает она, в ее глазах светится явное возбуждение.

— Если это то, что нужно. — Образы подвала Рида и Аланы в одной из его камер пыток всплывают в моем сознании, но я прогоняю их.

— Быть запертой в доме только с тобой в компании, я могу придумать вещи и похуже.

— Ты порочная, и мне это нравится, — говорю я, ставя кружки с кофе на маленький столик, прежде чем потянуться к ней, обхватить сзади за шею и наклонить ее голову, чтобы у нее не было выбора, кроме как принять мой поцелуй. — Доброе утро, Принцесса.

— Доброе, — шепчет она почти застенчиво, когда я провожу губами по ее губам, раз, два, а затем принимаю их в обжигающем поцелуе, который чувствую до самых кончиков пальцев ног.

— Хорошо спала? — спрашиваю я, опускаясь на качели рядом с ней и вытаскивая ее ноги из-под моей толстовки, чтобы закинуть их на свои, проводя рукой по ее теплому бедру.

— Очень. Это была моя мама, — говорит она, на случай, если я еще не понял.

— Что она сказала? — нерешительно спрашиваю я.

Я хорошо осведомлен о количестве услуг, которые Джада Хантер уже оказала мне, когда я отчаянно пытался все уладить для Кайла, последнее, чего я хочу — это доставлять ей еще больше хлопот. Особенно после всей той боли, которую, как я теперь знаю, причинил Летти. Это заставляет меня задуматься, сделала бы она все, что сделала, если бы знала правду о Летти и обо мне тогда.

— Она собирается сделать несколько звонков.

То, что я чувствую по поводу того, что Летти просит о помощи от моего имени, должно быть, отражается на моем лице, потому что девушка тянется к моей руке и сжимает ее.

— Она хочет помочь, Кейн.

— Она должна ненавидеть меня.

Девушка хихикает.

— Я тоже должна, но, похоже, у тебя нет проблем с тем, что я здесь.

— Принцесса, — выдыхаю я. — Это другое дело. Я не влюблен в твою мать.

У нее перехватывает дыхание от моего признания. Ее губы приоткрываются, но слова не выходит. Как будто девушка борется за то, чтобы найти правильные слова.

— Все в порядке, Лет. Я не ожидаю услышать эти слова в ответ. Я просто… Я понял, что люблю тебя, и знал, что после всего должен был сказать тебе. Знаю, что это быстро и что это безумие, — я переплетаю свои пальцы с ее и притягиваю ее к себе на колени. — Но мне нужно было, чтобы ты знала.

— Кейн, я…

Я прижимаю пальцы к ее губам, прерывая ее.

— Я действительно ценю, что ты делаешь все это, но, пожалуйста, если из этого ничего не выйдет не расстраивайся. Все это, кроме тебя, — это то, чего я заслуживаю. Я не очень хороший человек, Лет. То, что я делал на протяжении многих лет… — Я вздыхаю, думая лишь о нескольких вещах, которые Виктор поручил мне сделать.

— Каждый заслуживает второго шанса, Кейн.

— Ты особенная, знаешь это, Принцесса?

Запустив пальцы в ее волосы, я притягиваю ее губы к своим и пытаюсь показать ей, насколько она невероятна.

— Я скучал по тебе, когда проснулся, — признаюсь я, отрывая свои губы от ее губ в пользу ее шеи.

— О, да? — выдыхает она, перемещаясь так, чтобы оседлать меня.

— Да, я мечтал обо всем, что хотел сделать с тобой, — рычу я, стягивая толстовку с ее шеи и облизывая ее ключицу, пока рукой скольжу под ткань, чтобы найти ее обнаженную грудь.

— Кейн, — стонет она, когда я щиплю ее уже набухший сосок.

Мой член твердеет, когда девушка трется о него своей киской.

— Ты нужна мне, Принцесса, — говорю я, скользя рукой вниз по ее животу и просовывая пальцы в ее трусики, обнаруживая, что она насквозь мокрая для меня. — Че-е-ерт, — шиплю я, потирая ее влагу о клитор, прежде чем опуститься ниже и войти в нее. — Такая влажная для меня, детка.