Хозяйка магической лавки, или Невеста вне отбора (СИ) - Холин Алиса - Страница 37

Принц вздрогнул на слове «приворот», и я догадывалась, что он в этот момент подумал. Вероятнее всего, представил меня очередной проходимкой, которая нагло втерлась в доверие, воспользовалась выгодной для себя ситуацией.

Я зажмурилась.

Сказанного не воротишь.

И все равно не жалела, что призналась. Дальше держать эту тайну в себе я не могла.

- Что? - Голос Эдварда вдруг охрип. - Что ты такое говоришь?

Я посмотрела на него и отвернулась, быстро провела ладонью по глазам, вытирая слезы.

Музыканты заиграли новую мелодию, еще энергичнее. Словно били по самому больному - всем весело, а ты получай!

- Я не верю, - замотал головой принц. - О чем ты?

В ответ я лишь дернула плечом. Я была настолько разбита своим признанием, что не смогла высказать ни одного предположения, как случилось, что строгое соблюдение рецептуры привело к такому...

Я бездумно искала спасения в розах на углу дома Мерлина, которые распустились сегодня утром, в утоптанной дороге, ведущей в пригород столицы королевства. Подняла голову и скользнула рассеянным взглядом по верхушке дерева, лохматая крона которого свисала над крыльцом лавки.

- Чушь, - раздался за нашими с Эдвардом спинами бодрый голос. - Истинная хозяйка магической лавки никогда не ошибается.

Я сразу его узнала!

- Мерлин?! - подала голос королева. - Я же сказала, что сама поговорю с сыном.

Сердце, громыхая, застряло где-то в горле.

Я проследила за выражением лица королевы. Никак не удавалось прочитать чувство, которое на нем отразилось.

Смущение?

Я обернулась.

Мерлин выглядел иначе.

Копна белых волос, свисающих до пояса, аккуратно расчесана. Спутанная густая борода, из которой еще недавно торчали камышовые метелки, прибрана и заплетена в косу. Серый ободранный балахон сменен на свежую светлую льняную рубаху с причудливой серебряной вышивкой по краям. Но поразило меня в самое сердце другое - сквозь Мерлина я больше ничего не видела. Совсем ничего! Исчезла его прозрачность. Колдун сделался самым обыкновенным человеком.

Он заметил, что я уставилась на него, и широко улыбнулся.

Подошел к королеве, приподнял ее руку и нежно поцеловал. Не так, как это делают подданные, а целиком и полностью заявляя единоличные права на свою женщину.

Мы с Эдвардом недоуменно переглянулись.

Мерлин остался невозмутимым, а вот королева Лиадэйн, быстро потупив взгляд, засмущалась, как юная девушка.

- Моя роза, разреши мне самому все рассказать.

Предоставив Мерлину объяснить ситуацию, королева сдалась без боя.

- Видите ли, дети мои, - с пафосом начал Мерлин, отчего я невольно про себя хихикнула, - как вы уже поняли, я принял окончательное и бесповоротное решение отказаться от магической защиты. Проще говоря, я отказался от бессмертия, чтобы остаток бренной жизни провести в объятиях моей ненаглядной Лиадэйн.

- Мерлин, - мягко возмутилась королева, счастливо улыбнулась и прильнула к колдуну, обняла его за руку, ничуть не тревожась из-за несоблюдения правил приличия. Вся ее строгость и хмурость растаяли, как снег под палящими солнечными лучами. - Пожалуйста, без подробностей.

- Как скажешь, моя прекрасная царственная орхидея!

Королева зарделась пуще прежнего, а принц как будто растерялся.

- Мама, - сказал Эдвард, - что все это значит?

- А то, мой драгоценный сын, что временно я освобождаю тебя от всех дипломатических раутов, которых ты благополучно избегаешь не первый год подряд.

- Ты шутишь? - Принц прищурился, видимо в попытке разгадать какой-то подвох. - А твои планы по моей женитьбе к этому относятся?

- Выбор спутницы жизни я поручаю тебе, а пока ты не нагуляешься, всеми государственными делами будем заниматься мы с Мерлином, - пояснила ее величество. - Если, конечно, ты не против.

Пораженный то ли пылкостью и воодушевлением матери, то ли тем, как неожиданно обернулось дело, то ли просто понимающий, что для королевства так будет лучше, принц Эдвард согласился.

- Это точно не шутка? Ты действительно освобождаешь меня от общественных обязательств?

- Ты думаешь, я не видела, как тебя тяготили балы и скучные общественные встречи? - спросила королева Эдварда вместо ответа.

- Кхм, - прокашлялся колдун, и его уверенный сильный голос сделался мягким, вкрадчивым. - Попрошу заметить, что это не навсегда. Только на время. Вдруг и нам с твоей мамой понадобится небольшой отпуск?

Мерлин приобнял королеву и перехватил ее полный нежности томный взгляд.

Я искренне порадовалась за колдуна. Он вспомнил когда-то запечатанное им же заклятие и смог вернуть свою любовь.

- Ну что ж... рад за вас, - сказал принц как-то безрадостно. - На этом, считаю, мне можно откланяться.

Принц подошел к лошади, жующей траву, поднял уздцы и приготовился вскочить в седло.

- А я рад за вас! - Мерлин лучезарно улыбнулся и подмигнул мне. - Истинную, глубокую любовь выразить нелегко. Она готова ждать бесконечно. Как плод, который зреет в тиши.

Я про себя горько усмехнулась - да-да, как раз про меня.

- Что за шум, а драки нету? - развязно прогнусавил знакомый голос.

Мы повернулись в сторону лавки.

По утоптанной песчаной дорожке к нам двигался Доган Лерман собственной персоной.

Пышно разодетый, в рюшах и бантах, словно дама на балу.

- Ваше величество, ваше высочество, - он склонился перед королевой и принцем, - приветствую хозяев чудесной лавки.

Эдвард презрительно поджал губы. Королева поздоровалась с Лерманом едва заметным кивком. Мерлин, проигнорировав приветствие инспектора, шепнул королеве что-то забавное, отчего она улыбнулась и мгновенно переключила свое внимание на колдуна. А мне этот тип был слишком неприятен. Слишком омерзительны были воспоминания о нашей последней встрече. Я постаралась сохранить невозмутимое лицо и собраться, чтобы голос мой не дрогнул.

- Здравствуйте, господин Лерман.

Мне сделалось дурно. И, видимо, не удалось сдержать эмоции. Инспектор заметил, что я испугалась, и широко улыбнулся.

- Мы так внезапно расстались, - гордо вскинув подбородок, сказал инспектор так, словно его не метелкой вымели из дома, а проводили с лавровым венком и прочими почестями. - Думаю, у нас есть много тем, которые необходимо обсудить лич-но.

Инспектор сделал два шага ко мне.

- Извините, мне нужно открывать лавку. - Я быстро глянула на королеву и не увидела той холодности, с которой она меня встретила. Наоборот, мне показалось, что уголки ее губ приподнялись. Я восприняла это как позволение. Да что там говорить - не иначе как королевское благословение!

Кроме музыкантов, во дворе стали собираться уличные циркачи.

Круговертью мелькающих перед глазами разноцветных шаров и обручей они развлекали жаждущий зрелища люд. Какой Эдвард предусмотрительный. Сделал все, чтобы дегустация моих десертов прошла на высочайшем уровне!

Я обошла принца, не смея поднять на него глаза. Неужели отказался? Эдвард меня не остановил, зато Доган Лерман взял меня под руку и снова обратился ко мне:

- Разве мы закончили?

Что еще этому человеку от меня надо?

Непонятно ему объяснила? Никаких дел между нами быть не может.

Только вот... если он и вправду начнет сочинять про наши с ним отношения, как к этому отнесется принц?! Кольнуло в сердце так больно, что плакать захотелось. А будет ли это важно принцу?

Как бы то ни было, я не должна идти у него на поводу, не должна показывать слабость. Мне не за что чувствовать себя виноватой, словно я причина каких-то немыслимых бедствий! Если хочет, пусть играет по нечестным правилам, но я не позволю втоптать себя в грязь. Вот так я себя мысленно настроила! Да, внутри я была раздавлена, но внешне этого не показала, лишь расправила плечи.

- Да, господин Лерман, мы закончили, - ответила я. - Вы сами видите, сколько народу. Все они ждут открытия лавки.

Инспектор наклонился к моему уху, криво улыбнулся и сквозь зубы прошипел так, чтобы услышала только я: