Не спорьте с призраком - Лиже-Белер Анн "Gudule" - Страница 4

– Странное дело…

– Это тот шум, о котором ты рассказывал?

– Ну да… Но папе с мамой я ничего не говорил…

Я в нескольких словах описал ей свои ночные приключения: шкаф, летучую мышь…

– Покажи мне! – воскликнула Виолетта, прямо задрожав от любопытства.

Мы тут же отправились к шкафу. Дверца была приоткрыта. Всё было тихо.

– Это здесь? – Виолетта рассматривала тяжёлую дубовую дверцу, украшенную резьбой. – Тебе не приснилось?

– За кого ты меня принимаешь? Оно затихает, потом опять начинается…

Она недоверчиво нахмурилась. Мне даже захотелось, чтобы стук возобновился. Тишина напрягала: это было похоже на то, когда идёшь к врачу с болью в животе, а пока ждёшь в приёмной, всё проходит!

Тук-тук-тук…

Уф. Всё-таки меня не посчитают кретином! Спасибо, стук!

Сестра вытаращила глаза.

– Это внутри? – прошептала она.

– Ну… Я не знаю…

– Открой, посмотрим!

– Сама открой!

– Нет, ты давай. Ты старше!

– Ну и что? Я уже открывал ночью, теперь твоя очередь!

Виолетта очень решительная девица! Она взялась за створку, я осторожно сделал шаг назад.

Свет озарил внутренность шкафа, а там… Там…

Мы замерли озадаченные. В шкафу было пусто…

Тук-тук-тук…

Стук раздавался в пустом шкафу!

– Ничего нет… – пробормотала Виолетта в изумлении.

– Ты когда-нибудь слышала, чтобы из ничего раздавался стук?

– Нет…

Она схватила меня за руку.

– Кирил… У меня мурашки…

– У меня тоже…

И мы поспешили к лестнице, оставив открытой дверцу странного шкафа.

Глава 6. Тайна розовой комнаты

– Кирил!

После сегодняшней утренней экспедиции Виолетта целиком погрузилась в свои мысли.

– Что?

– Вот думаю я… А что, если… – Она задумчиво пошевелила губами. – Если этот стук был не из шкафа, а из-за шкафа?

Я пожал плечами.

– Не может быть: он стоит вплотную к стене.

– А если шум доносился из-за стены, которая за шкафом?

Я с трудом сдержал смех. Но я же старший брат! Поразмыслив, я решил, что она может быть права. Права, но…

– Что там, за стеной, которая за шкафом?

– Ну… Там фасад!

– Фасад?

Я кое-что припомнил. В тот день, когда мы считали окна, меня кое-что удивило. И вот сейчас это всплыло в памяти.

Почему над моей комнатой не было окна? Папа же сказал, что этажи одинаковые. Два коридора одинаковой длины. Однако получается, что на третьем этаже не хватает одной комнаты – как раз над моей…

Я аж задохнулся от волнения.

Вот оно что! Виолетта права: за шкафом что-то есть!

Сестра не сводила с меня глаз: весь ход размышлений был написан у меня на лице.

– Ну что? – спросила она.

– Сестрёнка, ты гений!

Виолетта довольно улыбнулась.

Мы так разволновались, что позабыли о своих страхах. Да и шкаф казался нам вполне безобидным.

– Нужно его отодвинуть, – сказала Виолетта. – Он же не приделан к стене. Я могу туда руку просунуть.

Но даже общими усилиями мы не смогли сдвинуть его ни на сантиметр!

– Что же делать? – расстроилась Виолетта. – Может, папу позвать?

С первого этажа доносился вой дрели.

– Если отвлечь его по пустякам, он рассердится. Лучше сами попробуем справиться.

– Значит, ничего не выйдет?

– Погоди… Ты видела, как грузчики вчера ставили на место буфет?

Лицо сестры просветлело.

– С помощью специальных роликов. Я видел по телевизору рекламу. С помощью этой штуки даже трёхлетний ребёнок может передвигать здоровенный гардероб!

Виолетта стрелой бросилась к лестнице.

– Я знаю, где они, – крикнула она. – Сейчас принесу!

Через несколько минут мы не без труда пристроили ролики под ножки шкафа. Действительно, теперь двигать его стало совсем легко.

И что же оказалось за шкафом?

Дверь…

Тук-тук-тук…

Охваченные страхом, мы замерли на месте. Стук раздавался очень чётко, совсем рядом.

Стучали с той стороны двери…

Конечно же, первой нашей мыслью было взять ноги в руки и бежать прочь отсюда без остановки. Но это мы уже проходили. Так что по молчаливому согласию мы остались. Невозможно же всю жизнь бегать от возможной опасности!

В борьбе между страхом и любопытством победило последнее…

Виолетта была белой как мел. Уж не знаю, как выглядел я сам. Меня одновременно трясло в ознобе и бросало в жар. Хороши мы, наверное, были…

Наконец я с трудом выговорил:

– Там… Там… Кто-то есть…

– Кто-то хочет выйти… – добавила сестра, клацая зубами. – Нужно его выпустить…

– Ты думаешь?

– Конечно… Иначе мы не узнаем, что там… А оно так и будет стучать…

– Но… Может, это опасно…

Неопределённо пожав плечами, Виолетта взялась за ручку двери. Но та не открывалась. Я почувствовал укол ревности. Это что же, моя младшая сестра смелее меня?

– Похоже, заперто… – пробормотала она.

– Но замочной скважины же нет!

– Засов задвинут.

– Давай я!

Надо же показать, кто здесь старший! Конечно, Виолетта отважная, но я же сильнее!

С трудом мне всё-таки удалось повернуть ручку. Заскрипели давно не смазывавшиеся петли, и дверь открылась.

Мы инстинктивно прижались друг к другу, и я почувствовал, как дрожит Виолетта. Она пригнулась, словно ожидала удара. Мы почти ничего не увидели.

Было слишком темно, ничего не различить. Надо было включить свет, но мы не решались войти.

В ноздри ворвался неприятный запах. Так пахнет у букинистов и старьёвщиков. Смесь запахов сырости, старой бумаги и тканей. Спёртый воздух, как в комнате больного.

– А где же тот, кто стучал? – прошептала Виолетта.

Затаив дыхание, мы прислушивались. Но было тихо.

Похоже, комната была пуста. Или кто-то прятался там в темноте, испуганный ещё больше, чем мы.

– Ну мы же не будем так стоять сто лет, – шепнула Виолетта. – Включай свет, Кирил.

– Сама включай!

– Я боюсь…

Я тоже боялся, но надо же было впечатлить сестрицу! Дрожа от волнения, я сделал шаг, потом второй. Я словно плыл в бассейне, полном чернил.

Я судорожно шарил по стене в поисках выключателя. Ага, вот он! Щёлк! Зажёгся свет.

Мы одновременно завопили – от удивления? От восхищения? От страха?

– Ух ты!!!

Комната была целиком розовая: абажур, шторы, ковёр, покрывало на кровати – всё розовое. И множество кукол.

В отличие от всего дома здесь не было ни грязи, ни пыли, только душновато. И никого…

– Это сон? – пробормотала Виолетта.

Словно загипнотизированная, она подошла к кровати, где рядком сидели куклы, и схватила одну. Фарфоровая голова, стеклянные глаза, которые открывались и закрывались, платье в оборках… Игрушка бабушек. Я видел таких в витрине антикварной лавки возле школы.

– Ма-ма, – произнесла кукла, когда сестра её положила.

От этого слабого голосочка, нарушившего тишину, у меня по спине мурашки пробежали.

Атмосфера здесь была невыносимой. Не знаю почему, но мне хотелось заорать и убежать со всех ног. Что же на меня так подействовало? Запах? Запах старины?

– Надо проветривать, здесь воняет! – сказал я, направляясь к занавешенному окну.

– Надо солнышко впустить! – добавила сестра.

Я отдёрнул штору и вскрикнул от изумления.

Окно было замуровано.

Вот почему его не было с внешней стороны дома! За стеклом была глухая стена, снаружи увитая розами.

– Что же всё это значит, Виолетта? – едва выговорил я, словно в бреду.

– Не знаю… – ответила она, кусая губы.

– Комната без окна, дверь не открывается. И кажется, здесь живут, хотя дом необитаем уже много лет…

– И этот стук…

От такой таинственности нами овладел страх. Мы выскочили из комнаты, захлопнули дверь, придвинули шкаф и поспешно спустились на первый этаж.

– Ни за что туда больше не пойду! – выдохнула Виолетта. – Хоть режь меня!

– Я тоже! Родителям расскажем?

– Ты с ума сошёл! В кои-то веки у нас есть такая тайна!