Просто бывшие (СИ) - Оболенская Ника - Страница 9

— Сонь, мне ведь никто не угрожает. Я пару раз даже пыталась сама перезвонить им. Бестолку. Абонент всегда недоступен.

— Ну а менты на что?

— А то ты не знаешь? «Вот, как убьют, тогда и приходите!» — сердито отмахиваюсь, занося «новый» контакт в список нежелательных. — Спасибо, но мне пока не нужна помощь.

— Ты всегда можешь ко мне обратиться.

Моя жалкая улыбка вместо тысячи слов.

— Сона Артаковна, на оперативку к Мирославу Андреевичу. — В кабинет заглядывает Регина, вызывая во мне ступор очередным нарядом из секс-шопа. Стреляет в меня глазами, продолжая стоять в дверях. — Ждут только вас.

Сона бросает взгляд на часы, а потом сердито поджимает губы.

— Я ведь просила меня предупреждать заранее.

— Сорри. Я забыла, — легкомысленно пожимает плечами это чудо. — Ну мы вас ждем, — с этими словами помощница Соболева закрывает за собой дверь.

— Боже, куда смотрел этот мужчина, принимая на работу эту безмозглую курицу! — шипит себе под нос Ктоян, в спешке забирая планшет со стола. — Явно не туда, куда следовало.

Оставшись одна, перевариваю еще одну неприятную новость.

Меня бесит эта Регина.

7.1

— Она скоро? — Из-за проблем с интернетом голос подруги в Зуме звучит, как из глубокого колодца. Ква-ква.

— Паркуется. — По пути домой подравняв зубами маникюр, теперь предусмотрительно прячу за камерой улики от жены следака.

Света из-за огромной чашки кофе смотрит на меня с укором, будто ей уже всё известно.

На заднем плане маячит довольная мордашка наследницы кланов Войновых.

Бурундуки оказались на диво живучими, и вот уже двадцать минут я медитирую на то, как Катюша ловит и отпускает в потолочный космос воздушные шары. У Светки в квартире нереальная тишина. Идем на рекорд.

— Спорим, что Янка, как всегда, припаркуется за сто километров от твоего дома.

Пожимаю плечами.

— Пятница, пробки. Не удивлюсь, если так и будет.

Способность сестры создать проблему из ничего до сих пор вызывает улыбку. В детстве мы с ней постоянно встревали в передряги. Хотя Янка будет с пеной у рта доказывать, что бедовая из сестер — я.

— Выглядишь уставшей, Юль. У тебя все хорошо?

Я работаю с бывшим. От одной мысли, что теперь мы с Мирославом как никогда близки, бросает в дрожь, потому что я не знаю… Черт возьми, я не знаю, как мне себя вести рядом с ним!

Меня донимают коллекторы. На экране телефона непрочитанные уведомления о входящих звонках и сообщениях.

«Возьми трубку!»

«Тебе лучше ответить!»

«ПЛАТИ ИЛИ БУДИТ ХУЖЕ!»

«У тебя три дня!! Отсчет пошел».

Моя мать настырно лезет в мою жизнь, играя сватью бабу Бабариху, а у меня нет сил осадить ее. Этот бронепоезд давно смял меня… Боже, подари моей матери тормоза! Потому что я паровозик, который не смог.

А еще меня бесит молоденькая помощница бывшего. Ей всего двадцать два. По мнению Соны Регина беспросветно глупа. По словам женщин компании — вульгарна. А, судя по реакции мужчин, Лукина вызывает нехилый интерес. Но меня какого-то черта волнует только мнение одного конкретного мужчины. Почему именно она? Чем он руководствовался, если у этой девицы вместо мозгов кисель.

— Всё нормально, Свет. Просто устала, — впервые за долгое время лгу подруге. Потому что не хочу вываливать на нее весь этот поток сознания. Мне бы самой разобраться…

На том конце видеосвязи раздается оглушительный хлопок, а следом за ним — громкий детский плач. Света на секунду прикрывает глаза, губами шепча то ли молитвы всем богам, то ли проклятия.

— Так. Этому миру снова нужна Супер Мать. Пока мы не разнесли полдома за час до прихода свекрови.

— Очередная инспекция? — сочувствую подруге всей душой. Марина Ивановна с моей матерью могли бы составить друг другу конкуренцию по желанию контролировать всё и вся.

— По мнению дражайшей Марии Ивановны я каждый день травлю ее обожаемого сына полуфабрикатами. «А у Женечки гастрит!» — Светке удается скопировать интонации свекрови, опекающей своего тридцатипятилетнего сына.

— Она снова везет тебе ведро борща и сто килограмм голубцов?

— Хуже, она будет готовить это здесь. Господи, дай мне терпения, чтобы выдержать этот день. — Прыскаем обе, потому что я точно знаю, чем заканчивается эта молитва. Но Света, подмигнув мне, под завывания дочери заканчивает: — Силы, заметь, Господи, не прошу, а то прибью нахрен! Всё, жду тебя на следующей неделе вместе с твоими огрызками, у меня запись на все выходные забита.

Прячу руки от вездесущего ока. Надо же так было спалиться.

Не успеваю я пережить своё фиаско, как в квартире раздается трель домофона.

Первым, что вижу, открыв дверь — кривой зеленый куст в горшке. Следом в квартиру попадают малиновый вихрь… и Ира!

Обнимаю подругу:

— Ты смогла прийти! Прости, не хотела тебя дергать из-за мамы.

— Разве Янке можно отказать? Да и мне полезно было развеяться, а то кроме больничных стен ничего не вижу, даже запах антисептика в носу мерещится. — Ира осторожно обнимает в ответ, удерживая в одной руке бумажные пакеты.

— Как мама?

— Лучше. Очередной курс химии начался легче, чем я предполагала. Давай сегодня не будем о болезнях. Хочу переключиться.

— А это… — киваю на подозрительно звякнувшую ношу.

— Ролы. И анестезия. — Янка выглядывает из кухни. — На случай, если появились мыслишки вернуться к блудному мужу. Будем наедать лишние килограммы и в случае чего проведем тебе открытую лоботомию.

7.2

Специфический юмор у сестры от папочки. Как-то мы в детстве нашли у дяди Володи на компе рабочую папку с фотоотчетами с операций на открытом мозге. Впечатлились со всего размаху.

— У меня глюки, или ты перекрасилась в малиновый? — замечаю перемены в имидже.

— Классный цвет, скажи? — Сестра проводит рукой по малиновому ежику волос.

А в детстве была таким белокурым ангелом…

Куда всё делось? Эта заноза давно переплюнула меня по выходкам. Только из дома сбегала трижды. В школе дралась с мальчишками. Универ бросила, но после долгих уговоров отца вернулась и получила-таки диплом. Ни дня не проработала по специальности, зато успешно освоила дизайн интерьера и работает на себя. Два года назад сестра к ужасу семьи и Пашиному недовольству сбрила волосы под короткий ежик и теперь радует раз в три недели новой палитрой. На прошлой неделе был ядовито-зеленый.

Пока Ира довольно жмурится, попивая очередную полезную бурду из стаканчика, а Боря внаглую проводит инспекцию лосося с филадельфии, мы в четыре руки накрываем будущую поляну изобилия.

— Ну, за нас, девочки! — Янка звонко чокается со мной бокалом.

Ира салютует своим, в нем, в отличие от наших, ни грамма алкоголя:

— И чтобы было поменьше мудаков!

— Кстати, про одного мудака я бы послушала, — Яна взглядом дает понять, что допрос начался.

Со вздохом допиваю остатки вина.

— Ну, слушайте…

Спустя одну бутылку Пино Гриджо и коробочку макаронс — вместо того самого торта — подруги перестают удивляться превратностям судьбы.

— Мда. Твой новый босс — твой бывший муж. Совпадение на грани фантастики. Я вот надеялась в душе, что он живет под мостом и загибается от неизлечимой болезни. От геморроя предателя, например. Ну, или что там у нас по списку дальше?.. Цистит изменщика, гастрит обманщика, рак… — Яна не щадит Соболева, но резко спохватывается и переводит виноватый взгляд на Иру. — Я свинья! Прости!

— Проехали, не первый год уже варимся в этом. Юлёк, мама, кстати, просила передать тебе поздравления с днем рождения и пожелать крепкого здоровья.

— Спасибо. Как она сейчас?

— Вынесла мне мозг со своим ежегодным трипом по «ритуалкам», а так молодцом. Сказала, что после химии запишется на сайкл. Съездишь с нами?

— На сайкл?

Ира страдальчески кривится:

— Если бы… Мне нужна моральная поддержка в этом кринжовом шоппинге. Мама в этот раз решила шагнуть дальше. Теперь у нас на повестке дня еще и надгробие… Боже. Я тут с ней уже покаталась в парочку мест. Знаешь, что она мне говорит? «Всё не то. Безвкусица какая-то». Милу вообще решила попросить сочинить ей стишок… на эпитафию! Такую просьбу к моему ребенку я отмела сразу. Не хватало ей еще после сумасбродного папаши еще и чокнутой на всю голову бабушки. Господи, ну что за дурдом! — закрывает лицо ладонями.