Великий князь и я. Театр (СИ) - Васева Ксения - Страница 16

Боже, они точно потешаются надо мной - и лисёнок в доле!..

- Мне достать лиса, госпожа Сиринова?.. - с ехидцей уточнил Темногорский. - Я, конечно, не так планировал залезть вам под юбку, но вариант тоже неплох...

- Отойдите от меня, маньяк!.. - завопила я. Лисёнок у ноги недовольно завозился и я, вздрогнув, застыла в ожидании. Понапрасну пугать малютку мне не хотелось, да и предсказать его реакцию невозможно.

Зато Темногорского ничего не смущало. С мерзкой улыбочкой он приблизился вплотную и медленно начал приседать. Я озадачено наклонила голову и... Эй! Поставьте девушку на землю, тьфу, на пол!..

Лисёнок, потерявший укрытие, растерянно поджал ушки, но я смотрела только на Темногорского, держащего меня под пятую точку.

- Всё?.. Можно считать, что я вас спас, и требовать авансы?

- Господин директор, хотите совет? - расщедрилась я, с сожалением глядя на него сверху вниз. - Поменьше открывайте рот - за умного сойдёте. И клянчить авансы не придётся.

Его руки сжались, тонко намекая, что под костюмом имеются совсем не хилые мышцы. Я как-то сразу вспомнила, что нахожусь тет-а-тет с молодым и крепким мужчиной, в тёмном зале, и говорить бы стоило поменьше...

Огни, сверкающие, как маленькие молнии, разлетелись по галерее и на миг ослепили нас. Первым в дверном проёме появился Ясинский, затем Ник и Марьяна. Завидев нас, то есть, меня в лапах Темногорского, все дружно замерли.

Директор, к счастью, не стал ломать комедию и опустил-таки меня на пол.

- Забирайте вашу пропажу, - резко бросил он уже другим, холодным тоном, и вышел из галереи.

* * *

- Ну и что мне с ним делать? - вздохнула я, наблюдая за лисёнком. Тот уминал буфетные котлеты и, кажется, был вполне доволен жизнью. Буфетчица, сложив руки на полной груди, поглядывала на него с умилением - такой красивый, пушистый, воспитанный! Лисёнок действительно вёл себя как аристократ в пятом поколении, разве что ручки дамам не целовал.

Я была уверена, что это мальчик. Но узнать наверняка мешала густая шерсть, а залезть ему под хвост я не решалась. Мало ли, вдруг он кусается!..

- Ты сейчас про лисёнка или директора? - хмыкнула Марьяна. Ягодный пирог разом пошёл не в то горло, и я натужно закашлялась. Лишь спустя секунду я осознала, что Маря имела в виду мой вопрос, а не мысленные планы залезть кому-нибудь под хвост.

Воображение живо подкинуло картинку, от которой я покрылась испариной. Чур меня, чур!

Ник вскочил, намереваясь похлопать меня по спине, но буфетчица с тёплым чаем успела раньше. Уф!.. Покосившись на широкие ладони Ника, я отодвинулась - он одним ударом мог выбить из меня не только крошки, но и дух!

В возникшей суматохе лисёнок аккуратно забрался на мои колени. Немного потоптался и свернулся клубочком. Даже засопел демонстративно.

- Уру-ру-ру, какой он милый! - проворковала Марьяна. - Ну чего вы злитесь?! - это уже нам с Ником. - Он явно домашний, несчастный. Хозяева поигрались и выбросили беднягу!..

Николай в очередной раз пробормотал что-то о недалёких фрейлинах. Если честно, я совсем его не понимала. Можно подумать, актрисы, с которыми он целовался в губы, на память цитируют философов и извлекают квадратный корень!

Вот прям в процессе!..

От неприличных мыслей у меня вспыхнули щёки. Надо бы в церковь сходить, к Богине на поклон! Сначала были пьесы детективные, потом закулисье театра. Ещё язычники, прости Господи! Качусь по наклонной!

- Шапка как шапка, - буркнул Ник, и я зашипела вместе с Марьяной. Какие они с Темногорским практичные, сразу видно, мужчины!..

- Я не злюсь, - сжала в ладонях чашку, - я просто не знаю, что делать. Содержать лисёнка нашей семье не по карману. Это же дикий зверь, ему мясо нужно, а мы сами порой на овощах сидим! И в театре оставить жалко - вдруг Темногорскому попадётся, - я погладила лисёнка по мягкой шёрстке и задумчиво добавила, - впрочем, что делать с Темногорским я тоже не знаю.

Ник нахмурился, зато Маря была сама невозмутимость.

- Я тебя умоляю, Сена! Ну навёл он шороху, ну наговорил - так директор же, власть свою нужно показать. Тем более, ты сама его дразнишь.

- Я?!

У меня чуть капюшон как у кобры не раздулся!

- Ты, - строго отчитала Марьяна, - что за глупая вредность?! Что за детские подколки?! Если внимание тебе неприятно, то на мужчину надобно смотреть как на старую обрюзгшую бабульку! Очень страшную! Если тебе эту бабульку чисто по-человечески жалко, то вообще замечательно!

Ник впервые покосился на Марю с нескрываемым интересом. Зато мне было не до веселья. Получается, я своим несогласием привлекаю Темногорского, а не отталкиваю?!

Что за столица дурная?!

Маря словно мысли мои прочитала. А может, неодобрение было написано на лице крупными буквами.

- Ох, Сенушка, ты ещё при дворе не жила, - с грустной улыбкой отозвалась фрейлина, - на балу крутится вокрут тебя нечто дурнопахнущее, и послать нельзя - обязательно князь какой-нибудь! Говорить бесполезно, только и остаётся, что умертвия представлять! Меня Юлиана научила. Княжна у нас себе на уме, но кавалеров на место ставить умеет, - Марьяна внезапно поцепила ногтем малинку с пирожного Ника и отправила в рот. Тот даже мявкнуть не успел: - М-м-м, вкусно! Юлиана таким приёмом часто пользуется. Кавалеры поражены наглостью, но почтительно молчат - княжна же!..

- Кхм-кхм, - Ник окинул Марьяну тяжёлым взглядом, - мне, право, неловко намекать, но ты не княжна.

- Ну, я же дурочка-фрейлина, чего с меня взять?.. - парировала она и показала ему язык.

Знаете, а она хороша!.. Ответить Нику и вправду было нечего - сам разорялся на эту тему. Между тем Маря уже плотоядно облизывалась на вторую малинку...

- В одном я согласен с Марьяной, - отодвинув пирожное, Ник повернулся ко мне, - мутный этот Темногорский, ещё и язычник. Перешагнёт и не заметит. Я порасспрашивал маминых знакомых, никто о нём не слышал. Он человек не из театра. Я вообще понять не могу, откуда Юлиана его взяла.

Я недовольно передёрнула плечами:

- Обычный золотой мальчик, каких пруд пруди. Папочка подсуетился, а княжна всё равно хотела заменить фон Яссона. Вот и звёзды сошлись!

Ребята странно посмотрели на меня, потом друг на друга. Такое чувство, что я пропустила большую театральную тайну!..

- Она в упор не видит.

- Ну, блажен тот, кто верует, - развела руками Марьяна, - я поговорю с Юлианой. Может, мы ошибаемся.

Отреагировать я не успела - взмыленный Ясинский, пробегавший мимо, объявил общий сбор. Ник и Марьяна бросились за ним, я же замешкалась. Чего я в упор не вижу?.. Без бутылки вина не разберёшься с этими актёрами!

- Пойдём в зал? - предложила я лисёнку, приоткрывшему глаза. - Темногорский, говорят, в кабинете закрылся и больше не появится. Счастье-то какое!.. Ник утешал меня, что "про постель" - это несерьёзно, но кажется, он сам не до конца уверен.

Слёзы закапали на шёрстку. Лисёнок вскочил и переполошился совсем как человек.

- Это нервное, - рассмеялась я, вытирая щёки, - пойдём, нас ждут великие дела!

14

День удался! Встречи с Темногорским я избежала, а Марьяна получила ведущую роль вместо Жани. Конечно, актриса устроила некрасивую истерику, но даже Ясинский признал, что она переигрывает. Зато Марьяна на сцене просто преображалась. Куда только делась кокетка-фрейлина?.. Она говорила нарочито грубо и сухо, подражая мужчинам-полицейским, но периодически роняла карандаши и чашки, выказывая скрытое напряжение.

Идеально!

Ник смотрел на меня как на врага – и я решительно его не понимала. Вряд ли Жани заплатила ему или «отработала» роль через постель. Проще уж было подкупить Ясинского. Может, Ник и считался лучшим актёром театра, но он не настолько известный, чтобы диктовать свои условия.

Какой упырь его покусал, а?..

Окончательно моё настроение подпортил лисёнок, сбежавший из буфета. Мне бы радоваться исчезнувшей проблеме, однако я лишь бессильно сжимала кулаки. Мол, возжелала, чтобы лисёнок пропал – и он пропал. Ник картинно закатил глаза, но всё же обошёл со мной театр. Безрезультатно. Лисёнок как в воду канул.