Великий князь и я. Театр (СИ) - Васева Ксения - Страница 2

- Мама! - воскликнула я, нащупав в потайном кармане позабытое письмо. - Меня же пригласили в Руссу!

Сначала маменька растерялась, потом - нахмурилась и упёрла руки в бока:

- Это что же, Павел до тебя добрался?! Как он только обогнать меня успел, шельмец?!.. Небось соловьём разливался о красивой столичной жизни?..

- Нет-нет, маменька, - успокоила я пыхтящую родительницу, - я говорю про конкурс. Мой сценарий взяли в Юлианский императорский театр. Представляешь, всю постановку одобрили! Мы едем в столицу! И не надо никакого князя!

Мама аж на скамейку упала. Что и сказать, я сама не ожидала такого подарка от судьбы.

- Боже, поздравляю! - она схватила меня за руки. - Какая ты молодец! Вот видишь, я говорила, что ты очень способная девочка! Однако... - маменька вдруг замерла и сощурилась: - Я так понимаю, нашу беседу с Павлом ты слышала. О, не красней, он кричал как дурная чайка!.. Дорогая, прошу тебя, не отказывайся от смотрин.

- Но мама, я не хочу за языческого князя! - возмущённо подскочила я. Маменька одним строгим взглядом вернула меня на скамейку.

- Сена! Я тоже не рада этой поездке, но что если князь действительно влюбился?.. Влюблённый мужчина, он же как воск податливый, щедрый, готовый твоим прихотям потакать! Получишь себе и титул, и деньги, и власть! Не захочешь - вернёмся в Ладанью. Уж поверь, я с Павлом справлюсь.

- Но я-то в языческого князя точно не влюблюсь! - заспорила. - Ты ведь знаешь, как они с жёнами обходятся! У них порядки совершенно дикие!

Незавидная судьба языческой невесты давно стала притчей. Об этом писали и в романах, и газетах с дурной репутацией, которые не чурались ворошить чужое грязное бельё. В наш прогрессивный век язычники держали жён дома, на отдельной половине, редко выводили в свет и полностью распоряжались их деньгами и наследством (если такое было). Те ужасы, которые я прочитала в газете, просто не хочется вспоминать!.. А между прочим, язычник, истязавший жену, ещё и в суд на газету подал - дескать, у них вмешательство в личную жизнь карается плетью!

Именно по этой причине молодые и богатые княжны не желали выходить за язычников, особенно из семей с традиционными устоями. Зато бедные графья да бароны легко отдавали своих дочек - покорных, бессловесных. Язычники не отвергали даже браков с верующими, главное, чтобы у невесты был титул.

Я никогда не думала о том, что окажусь в статусе языческой невесты!

Но мама почему-то твердила другое:

- Сена, это столица, - она снисходительно улыбнулась, - вот посмотришь, в столице люди другие. Наш император, да хранит его Великий, уж много лет против закрытых языческий семей выступает. Вы, молодёжь, более современные, чем мы в своё время. Не отказывайся сразу. Раз Павел платит, отчего ж сезон в столице не погулять?..

Определённый резон в её словах был - тем более, что до Руссы нужно добраться, а денег у нас кот наплакал. На этом месте я спохватилась:

- Но как же театр, мама?! Если князь прознает про театр, я мигом от ворот поворот получу!

Маменька размышляла недолго - и на её лице вновь засияла плутоватая улыбка:

- А мы ничего не скажем Павлу. Пойдёшь в театр под псевдонимом! Платья тебе купим на пару размеров больше, шляпку или парик! И всё! Будешь у нас обычной горожанкой, а перед князем раскрасавицей графиней предстанешь. Ведь как удачно складывается, Сенушка! Пока ты тянешь со смотринами, в свой театр побегаешь!

А маменька у меня, оказывается, та ещё авантюристка! Но тут она была безоговорочно права. Сезон в столице за счёт дяди решал наши бытовые проблемы. Упырь подери, это в самом деле небывалое везенье!..

2

Станция в Ладанье была переполнена людьми. Я испуганно сжала мамину руку - бывать в таком месте мне ещё не доводилось. О нет, я не была дремучей и знала про дилижансы. Особый проект князей-язычников Вольских и императорской семьи. Но признаться, масштаб этого проекта приводил меня в трепет.

На втором этаже станции почти никого не было. За стеклянной перегородкой неторопливо прогуливались пары в ожидании воздушного дилижанса - безумно дорогого и быстрого способа передвижения. Аккуратные двухместные кареты поднимали в небо на большом воздушном шаре. Шаром управляли язычники - один стоял на крыше кареты, второй сидел на козлах. Окутанный тонким защитным щитом, такой экипаж плавно скользил по воздуху.

Мы же ждали другой дилижанс - скоростной. Лет десять назад, по приказу императора, язычники придумали многоместный экипаж на специальной рельсовой дороге. Мама рассказывала, что была глобальная стройка, и по всей стране проложили километры новых рельсов на крепких сваях - для удобства воздушных чар. Управляли экипажем те же язычники, но уже из кабин в начале и конце вагона. В отличие от воздушного, скоростной дилижанс был медленее, двигался только по рельсам и не имел щита для плавности. Зато вагончики ходили каждые три часа, а внутри было целых десять мест.

Очереди на скоростной экипаж толпились на первом этаже, и мы едва не попали в настоящую давку. Я с некоторой завистью посмотрела наверх - за стеклом никто не спешил. Даже вход для пассажиров воздушного дилижанса был отдельный!..

Впрочем, грех мне жаловаться - дядя забронировал билеты заранее, и очередь стоять не пришлось. Багаж ехал отдельно, так что мы с мамой поспешили к экипажу до столицы.

- Барышня! - вдруг окликнули меня. - Молодая красивая барышня, будь добра, подсоби старику!

Замедлив шаг, я повернулась. Прямо за нами с натужным кряхтением, но довольно энергично ковылял святой отец в черной рясе. В руках божий человек тащил три большие корзинки, одна из которых опасно качалась. Оставив маменьку, я с готовностью забрала корзинку. Нос щекотнул запах зелени и луговых трав.

- Давайте вторую, - кивнула я старцу, - эта совсем лёгкая!

Святой отец с добродушной улыбкой покачал головой.

- Иди-иди, дитя, хватит тебе. Барышне негоже тяжести таскать, хватит и трав с кореньями. Прихожане, Великий им помощь, поделились. Вон сколько корзинок в дорогу принесли, а рук не хватает!

Да уж, бедняга! Я не сдержалась и улыбнулась ему в ответ. Приятно, пусть и необычно, встретить в "языческом царстве" святого отца. С другой стороны, иногда и нечистая языческая сила должна работать во благо, пятна свои тёмные забеливать.

- Тоже в столицу путь-дорогу держишь? - поддержал беседу старец. - Путешествуешь али по делу какому?

Привыкнув к интересу стариков в Ладанье, я невольно выдала правду:

- С маменькой на смотрины еду, святой отец. Может, благословите?

- Ну-ну, для хорошей девушки благословения не жалко, - перекрестил меня он, - но не маленькая ли ты для невесты?.. С виду юная такая, а император наш батюшка ранние союзы не приветствует!

Мы подошли к коридору, ведущему на посадку. Мама вперёд убежала - места занимать рядом, поудобнее, а я вернула корзинку старцу. Хотела и до дилижанса донести, но что-то он заупрямился.

- Мне уж двадцать один год скоро, - рассмеялась я. У святого отца сделался такой забавно-хмурый вид! Увы, никто "ребёнка" замуж не гнал - я уже далеко не ребёнок. По факту, мне грозило "переспелой" невестой стать!..

- Ох, дитя, как есть дитя! - поцокол языком старец. - Уж извини, привык я к столичным взрослым невестам!.. Спасибо тебе, барышня, помогла-подсобила. Великий даст, свидимся в столице!

Честно сказать, меня смутили его последние слова. Не про столицу, про возраст. Я уже и привыкла, что для Ладаньи за двадцать - почти старая дева. Не сочтёт ли меня князь слишком молодой для союза?..

Хотя я совершенно не хочу замуж!

Ой-ой! Меня неожиданно снесло чьим-то мощным телом - чудом на ногах осталась! Возмущённо вскинула подбородок... и скривилась. У высокого молодца была нетвёрдая походка, тёплая накидка набекрень и сально блестящие глаза. Практически раздев меня взглядом, он расплылся в похабной улыбке:

- Какая провинциальная красота, ик! Друг, смотри!.. - молодец покрутился, но друга, видимо, не нашёл. - Ну и упырь с ним! Не будет кон-курентов! Поехали со мной, девица! Согреешь в пути одинокого!