Судный день (ЛП) - Фостер Дилейни - Страница 44

Я провела пальцами по шелку его волос.

— У нас уже было достаточно сложных разговоров для одного визита, — я прижалась ртом к его рту. — Я не сказала ему, кто я, но у меня такое чувство, что он довольно умен, — я прикусила губу. — Он выглядит так же, как ты.

Его глаза открылись, и его дыхание дрожало у моего рта.

— Как давно вы знакомы? — спросила я.

— Недолго. Несколько месяцев.

— А его мать? — это должна была быть она. Это должна быть Сэди.

— Ушла, — он откинул одеяло и вылез из кровати. Ничто так не портит настроение, как драма с мамой ребенка.

Моя киска сжалась при виде его плоского, подтянутого живота, волос над членом и на широкой груди. Его сильные бедра и бицепсы, полные толстых вен и твердых мышц, напрягались при каждом движении. Даже его соски просили, чтобы их поцеловали.

Он открыл ящик и достал пару нижнего белья, к большому разочарованию моего жадного маленького влагалища.

— Одевайся, малышка. Я хочу официально представить тебя моему сыну, — от его взгляда стало трудно дышать. — Как мою жену.

* * *

Грей все объяснил, пока я шла с ним к конюшне. Он рассказал мне, как Киаран был скрыт от него, как Сэди и Уинстон прятали его личность от всех, как ребенок даже не знал своих родителей, как он до сих пор не знает, что Сэди — его мать. Мое сердце разрывалось из-за этого мальчика, которого я даже не знала. Оно разбилось из-за Грея. Я потеряла маму, когда была маленькой. Я знала, какой острой, яростной и пронзительной может быть боль от этой потери. Я чувствовала пустоту, которую она оставила, когда росла без матери. Но, по крайней мере, у меня всегда был отец.

— Доброе утро, Киаран, — сказал Грей, когда мы подошли к конюшне.

Киаран был занят привязыванием своей лошади к одному из столбов.

— Доброе утро.

Грей погладил шею лошади, когда проходил мимо, затем остановился перед сыном.

— Ты знаком с моей женой? — он обвил рукой мою талию.

Киаран закончил свой узел, туго затянув его.

— Да, сэр. Доброе утро, Лорен.

Глаза Грея потемнели от того, что я назвалась Киарану своим именем Ван Дорен. Это была часть меня, которая принадлежала только ему. Его одобрение.

Я улыбнулась.

— Доброе утро.

— Она твоя Эстелла? — спросил Киаран у своего отца.

Он улыбнулся идеальной улыбкой.

— Нет. Она моя Элизабет, — а потом он притянул меня к себе и прильнул к моей шее. Его дыхание было горячим на моей коже, его голос был хриплым. — Я трахну тебя лучше, чем твой мистер Дарси когда-либо мог.

Моя записка. Он прочитал мою записку.

Все было в гребаном огне. Моя кожа. Моя кровь. Моя сердцевина. Святое дерьмо.

Грей усмехнулся, когда я затрепетала на его руках, а потом отпустил меня. Он не сводил с меня взгляда, пока выводил свою лошадь из стойла, привязывая ее к деревянному столбу.

Я стояла возле конюшни, наблюдая, как они снимают одеяла и чистят лошадей. Я видела, как лицо Грея озарялось каждый раз, когда Киаран что-то говорил. Я видела, с какой нежностью Киаран смотрит на отца. С каждым мгновением, которое проходило в последнее время, вселенная словно отслаивала еще один слой этого магнетического человека. И с каждым слоем он забирался все глубже и глубже внутрь меня.

Он подошел ко мне, когда лошади были ухожены и готовы.

— Ты хочешь покататься?

Я вскинула бровь.

— Мы говорим о лошади?

— Это один шлепок. Хочешь продолжить?

Мой рот открылся, даже когда моя кожа нагрелась.

— За что?

Его глаза сузились. Его голос понизился.

— За то, что дразнишь меня перед моим сыном. За то, что заставила мой член напрячься, когда ты знаешь, что я не могу нагнуть тебя и трахнуть прямо сейчас.

Я сглотнула. Я насмехалась над ним? Это он говорил о том, что трахает меня лучше, чем Дарси.

Лошадь фыркнула и заскулила. Киаран внимательно наблюдал за нами. Грей представил меня как свою жену, и Киаран приветствовал меня с улыбкой. Его жена. Это было ненастоящее. И никогда не было. Он женился на выдуманной особе по обязанности, а не по любви. Но сейчас она казалась настоящей. И эта реальность скручивала мой желудок в узлы. Я была женой Грея. Но я была не только женой Грея. Я провела ночь с мужчиной, который не был Линком. Я отдала ему часть себя, которую раньше отдавала только Линкольну. Мое сердце было целым. Один пульс. Один ритм. Одна цель. Теперь оно было разделено на две части.

— Ты иди. Я буду ждать.

Киаран нуждался в этом времени с отцом. Им нужно было это время друг с другом.

Он наклонился и поцеловал меня в лоб.

— Моя прекрасная девочка, — он посмотрел на меня и улыбнулся. — Есть место, куда я хочу отвести тебя, когда вернусь.

ГЛАВА 39

Я ждала в доме, облокотившись на кухонный остров, как я обычно делала, пока повар смешивал маринад для сегодняшнего ужина из баранины. Миссис Мактавиш приготовила две чашки чая, затем добавила в одну молоко и сахар и протянула ее мне.

Я взяла фарфоровую чашку обеими руками, поднесла ее ко рту и подула на верхнюю часть. От горячей жидкости поплыл пар и закружился над моим лицом. На белой фарфоровой чашке расцвел узор из нежно-розовых цветов. Розы на лозе. Еще одно напоминание о том, кем мы были.

— Ты готова, моя малышка? — спросил Грей, входя в кухню.

Он выглядел как идеальный грех в своих темно-синих брюках и светло-серой рубашке. Он остановился между моих ног. Я поставила чашку на стойку рядом с собой.

Я провела пальцем по часам на его запястье, моим часам, которые я ему подарила.

— Ты сохранил их.

— Конечно, — он протянул руку, чтобы помочь мне встать с прилавка. — Я не вернусь сегодня вечером, — сказал он миссис Мактавиш. — Эндрю здесь, чтобы убедиться, что не будет неожиданных посетителей, пока меня нет.

Он имел в виду Сэди. Потому что, очевидно, она была чертовой сумасшедшей. Эндрю, должно быть, был тем парнем, который остановил меня у ворот, когда я только приехала, и заставил меня вызвать миссис Мактавиш на подмогу.

Ее взгляд метался между нами, затем она улыбнулась той же обнадеживающей улыбкой, которую она дарила мне так много раз за эти годы.

— Да, сэр, — ее глаза снова встретились с моими. — Я надеюсь увидеть вас снова.

— Увидимся, — я просто не был уверена, когда именно.

* * *

Грей повез нас в тридцатиминутную поездку на машине по извилистым дорогам, над вершинами холмов и вокруг гор, пока мы не добрались до пирса. Линкольн ждал там, прислонившись к деревянным перилам у воды. Его руки были засунуты в карманы кенгуру его белой толстовки. На нем была его любимая широкополая бейсболка New York Yankees и белые джоггеры. Мое сердце заколотилось при виде его.

Неужели он тоже был рад меня видеть?

Неужели вчерашний вечер изменил все для него? Для нас?

Может ли он по-прежнему прикасаться ко мне? Прикоснется ли он ко мне?

Это была новая территория, по которой никто из нас раньше не ходил. Здесь не было инструкции.

Я перебежала через пирс, обвила руками его шею и прижалась мягким поцелуем к его полным губам.

Он усмехнулся мне в губы и сжал мою задницу.

— Так сильно скучаешь по моему члену, птичка?

Он был в порядке. Мы были в порядке.

Я игриво толкнула его в грудь.

— Что ты здесь делаешь? — я оглянулась на Грея. — Это ты сделал? Это твой сюрприз?

Улыбка мелькнула на его губах.

— Отчасти.

Я опустила руки, теперь полностью повернувшись к нему лицом.

— А другая часть?

Он ухмыльнулся.

— Скоро узнаешь, — его взгляд метнулся через мое плечо на звук подъезжающей лодки. — Наш транспорт здесь.