Приручить и обезвредить (СИ) - Лин Витта - Страница 17

Марта

Просыпаюсь утром в гостинице. Сажусь на кровати и мозг медленно начинает работать. За утренним кофе картинка достраивается окончательно. Полтора дня я эмоционировала, логически рассуждать не могла совсем. Как только вспоминала Лёшу, обнимающего другую – в глазах пелена, уши закладывало. Ревность отравляет.

– Давай-ка, Марта, подумаем. Что мы имеем в сухом остатке, – начинаю проговаривать вслух. – Первое. Лёша никогда тебя раньше не обманывал. Второе. Я отмела идею, что это сестра. А почему? Чёрт, а почему?

Хватаюсь за голову. Да, он не сказал по телефону, но ведь… и других шансов у него ещё не было. А не поторопилась ли ты?

Сижу на кровати, в голове столько мыслей пробежало, что не могу уловить хоть одну целиком. Начинает охватывать страх – а если я переборщила? Почему не поговорила? А если я ошиблась? Станет ли он разговаривать? Или психанёт, и это конец?

А ЕСЛИ ЭТО РЕАЛЬНО КОНЕЦ? Готова ли я поставить точку? Если изменил – без единых сомнений, но если нет…

Что ты наделала, Марта??? Слёзы собираются в углах глаз.

Паника подкрадывается. Ладошки вспотели, дыхание учащается. Мне стало страшно. Вчера я себя так накрутила, что не готова была даже представить, что я могу ошибаться. Я не знаю, кто эта девушка. А что они делали такого? Он ведь даже не целовал, просто обнял. Ревность перекрыла мне доступ к адекватности!

Откидываюсь спиной на кровать, закрываю лицо руками. Слезинки стекают по вискам, я размазываю их ладошками. И что делать?

Так, надо привести себя в порядок и идти сдаваться в надежде на конструктивный диалог. Нет, я не исключила вариант, что я могу и не ошибаться, но сейчас даю на это один шанс из ста.

Встаю, иду в ванную. Надо успокоиться и с холодной головой разгребать то, что натворили эмоции.

Набираю в ванну воду, добавляю ароматическую соль с ромашкой. Погружаюсь в воду, откидываю голову на бортик и закрываю глаза. Дышу глубже. Лёша терпеливый, он хотя бы выслушает. Это я без разбора, на эмоциях вечно что-то творю.

Спустя час понимаю, что лежу уже в холодной воде. Спускаю воду, поднимаюсь. Когда я уже почти полностью встала, нога поскальзывается, и я падаю назад. Сначала плюхаюсь на попу, а затем ударяюсь головой о бортик. Боль простреливает голову. И наступает темнота…

Глава 21. Поиски

Алексей

Поездка в этот раз вышла очень тяжелой. Вернулись на базу абсолютно без сил. О том, чтобы ехать выяснять отношения с кошкой сегодня вечером, речи не идёт. Я безумно соскучился, но вымотан настолько, что молюсь, чтобы доехать домой без аварий и не уснуть за рулём.

Когда, наконец, переступаю порог своей квартиры, сажусь устало на стул на кухне. Нестерпимо не хватает сейчас Марты. Очень хочу её обнять, уткнуться носом в живот и просто дышать ей. Но от неё тишина. Телефон так и выключен. Единственная надежда – это Кирилл. Звоню ему.

– Здарова, Радов!

– И тебе здравия! Вернулся?

– Да, хотя в какой-то момент уже думал, что не случится этого. Попали в самый ад. Хорошо, хоть, быстро закончили операцию.

– Я так понимаю, ты не про службу поболтать звонишь?

– Проницательный у меня друг.

– Я нашёл её в гостинице. Представляешь, она под чужим именем заселилась, подкупила там кого-то, чтобы без паспорта заехать. Чудная она у тебя.

– Что за гостиница? Она там ещё?

– «Виктория». Простенькая, как ты понимаешь, иначе без документов не заселили бы. Только вот на счёт там она или нет… у меня тут свой форс-мажор случился, я сегодня бойцов отозвал от гостишки. Ты извини, но сам понимаешь – мне полный штат нужен был.

– Да без вопросов, Кир. Спасибо, что нашёл. Дальше мне проще – вариантов немного у неё. В субботу боксируем!

– Забито! Удачи.

Я выдыхаю. Теперь, когда знаю, где спряталась Марта, я уже спокоен. Завтра поеду туда, поговорим, наконец.

Иду в душ и ложусь спать. Но почему-то не покидает чувство тревоги.

Просыпаюсь рано несмотря на то, что сегодня дали отгул. План простой. Найти Марту в гостинице, поговорить. В идеале – Марту к себе на плечо, и домой. В худшем варианте – зализывать душевные раны, а потом возвращаться и пробовать снова. И так до тех пор, пока не осуществлю задумку с кошкой и моим плечом.

За то время, что мы не общались, я очень соскучился. Невозможность разговаривать на службе для меня привычна. А вот такое ограничение, когда я на гражданке, меня сбивает с толку. Несмотря на ту смесь чувств, что сейчас бушует во мне, я всеми внутренними демонами надеюсь, что мы найдём выход из ситуации её недоверия.

В этих мыслях завтракаю, одеваюсь и выхожу к машине. До гостиницы «Виктория» ехать минут двадцать, если не будет пробок. По пути заезжаю в цветочный, покупаю небольшой круглый букет из каких-то белых цветов.

Паркуюсь у отеля, наконец, беру цветы с сиденья и на всякий случай хлопаю по карманам – проверяю, с собой ли служебное удостоверение. Чувствую, понадобится.

На ресепшене меня встречает девушка в рубашке и жилете, с дежурной улыбкой.

– Добрый день, рады приветствовать Вас в гостинице «Виктория». Вы бронировали номер?

– Здравствуйте, нет. Меня уже ждёт ваша постоялица, только я номер не знаю какой.

– Извините, я не имею права разглашать персональные данные. Попросите спуститься вашу знакомую.

Ох, если бы я мог, этого разговора даже не было бы. Марта зарегистрировалась ещё и под чужим именем. Достаю телефон, чтобы посмотреть имя из смс Кирилла и ксиву. Раскрываю документ.

– Девушка, Дарья Воронцова в каком номере?

– Секунду.

Работница начинает активно стучать по клавиатуре. Дольше, чем секунду. Я в нетерпении, и это промедление уже раздражает.

Наконец, менеджер поднимает лицо.

– Такого гостя у нас нет.

– Что? Девушка, она здесь.

– Нет, вы не поняли. Она была, но сейчас – уже нет. Она выехала вчера.

– Как выехала?

Может дома? Я ж, дурак, квартиру-то не проверил!

– Извините, я большей информацией не владею. В системе написано, что гость покинул гостиницу, других сведений нет.

– Не понимаю, как так.

Выхожу немного удивлённым, но с верой, что она дома. Приезжаю по адресу. Но в квартире тишина. Стучу, звоню, несколько раз позвал – ничего. Соседка выходит, видит меня и рушит мои надежды.

– Вы если к Марте, то её уже несколько дней нет.

– Спасибо…

Что происходит? Ну и где тогда? Катя и Света! Ну конечно!

Решаю не звонить, чтобы если Марта ещё дуется, не успели её предупредить. У Светы Марту не нахожу.

– Свет, ты когда с ней общалась последний раз.

– Так, когда… ну… когда ты с девушкой…

– Ясно. Значит спецоперация была? Выслеживали вместе или успокаивали?

– Слежка, – тихо отвечает девушка, опустив голову.

– Понял. Вот сами себе проблемы создаёте на пустом месте! Кате не звони пока.

Но с Катей ситуация повторяется один в один. Даже диалог почти тот же.

И вот теперь мне становится уже жутко. Куда делась Марта? Остаётся последняя надежда – её родители. Ну, заодно познакомимся, что уж.

До её города ехать 5 часов. Если поеду прямо сейчас, то успею до темноты. А там, если что, заночую. Заезжаю домой, беру комплект сменной одежды, отзваниваюсь начальнику, чтобы подтвердил выходной на завтра. И в путь.

Всю дорогу не покидает чувство, что я что-то оставил в городе, что зря еду к родителям, но я себе не прощу, если не проверю.

Приезжаю уже почти в девять вечера. Встал у подъезда, сверил адрес. Цветы же ещё в машине, точно! Беру букет, как он ещё жив – не имею ни малейшего понятия. Поднимаюсь на этаж. Стучу в дверь, а у самого нервы шалят. Стучу носком ботинка в ожидании, пока откроют. Волнуюсь, что увижу Марту, и что могу не увидеть здесь Марту, и что познакомлюсь с родителями при таких обстоятельствах. Шквал противоречивых эмоций.

Дверь открывает седой невысокий мужчина.