"Фантастика 2024-87". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Якимов Сергей Сергеевич - Страница 314

— Тут такое дело…

— Ох нихрена!… Погоди, это что, премия?

— Нет, тише, — попросил я. — Другой источник.

— На что потратишь? Если не секрет.

— Сколько ты там стоишь?…

— Баря! — Сид чуть не бросился обниматься.

— Так, ты это брось. В общем, при одном условии. Нам тут становится тесновато, надо расширяться, поэтому остаток уйдёт на улучшение жилищных условий. Я вижу, в строительстве ты преуспел, так что будешь у меня прорабом на стройке.

— Вообще без разговоров! А где?

— Пока не знаю. Но, желательно, где-нибудь рядышком.

Место под стройку нашлось на следующей день.

С утра гости продолжали прибывать — приехал Серёга Пельмень на моём «Атланте», принёс долю от заработанного, неожиданно, наличкой, и доел все пироги, оставленные бабушкой Ростислава. В обед мне сначала позвонила, а затем приехала другая моя крепостная, Сергеева, сказавшая, что нужен разговор.

— Как же вы издалека, Зинаида Сергеевна! Могли бы уж и по телефону, или меня дождаться.

— Барин, дело важное. Нашёл меня по сети внучок, — сказала она. — Никифор. Двадцать два года, живёт в Верх-Исетске, контрактное сословие, недавно отслужил, жениться собирается. Знала я, что мой сынок перед смертью кого-то нагулял, да думала, что не нужна никому буду. Вот, думаю, на свадьбу скататься.

— Скатайтесь, конечно. Вам деньги на самолёт, может, нужны?

— Не-не, я по-старинке, поездом. Просто… К себе он зовёт. Говорит, всю жизнь родичей искал, так хотя б под старость.

— И, я так понимаю, вам мешает законодательство…

Она достала котомку, рассыпала на руку шесть перстней и ожерелье и затем склонила седую голову в каком-то старинном и не очень приятном жесте.

— Прошу выкупа, барин. Я стою две тыщи сто всего-то, ходила к оценщику, эти кольца в районе тысячи девятисот…

Возможно, я проявил излишнюю щедрость, но данный вопрос хотел решить ещё давно.

— Так, бабушка. Оставьте это всё при себе. Лучше на недвижимость оставьте. Выкуплю вас на свои деньги, только через пару недель.

А вечером у ворот притормозила уже знакомая чёрная машина, и из вышел Голицын-младший.

— Эльдар Матвеевич? Я не помешаю? — он заглянул за ворота. — Разговор предстоит приватный.

— У нас слегка не прибрано, Леонард Эрнестович, но заходите. Кажется, вы до сих пор не были в гостях?

— О, нет, я помню, когда тут было ещё голое поле. Прелестно, прелестно.

Головорез Леонарда остался стоять у ворот, Сид предложил ему чаю, тот напрягся, но тут же согласился. Я тоже быстро сварганил чаепитие.

Разговор был долгий — по сути, это был мой отчёт о выполнении задания интерна. Я опустил лишь несколько подробностей, которые посчитал необходимым — про то, что общался со спасшей нас командой, про их происхождение и про странный диалог со стариком на площади в посёлке работорговцев.

Некоторые вещи он переспросил, снова заострив внимание на плотоядном цветке — я рассказал те детали, которые смог запомнить, а затем спросил:

— Вам знакомо это, Леонард Эрнестович?

— Скажем так — наслышан. Фауна Аустралии очень мало изучена, знаете ли. Но тот факт, что она расположена в самом центре заповедника, который был спешно организован двадцать лет назад при загадочных обстоятельствах — говорит о том, что власти Нового Израиля и из некоторые нынешние партнёры могли знать. И что он мог представлять большую важность. Вы сами сказали что, ваш процент сечения вырос. Сколько у вас было?

— Пять и два, но в той подземной лаборатории сказали, что шесть и семь.

— Я бы даже сказал, что не меньше семи с половиной. Возможно, это цветок повлиял. Развивайте дальше свои навыки, они очень ценны. Вы выполнили свою задачу более чем идеально. От себя как наставник — вы уж извините, что мало принимал участие — хочу, во-первых, объявить, что вы с данной секунды являетесь ассистентом третьего ранга. Вот, а во-вторых…

В его руке под столом сверкнул пистолет. А в следующий миг он прострелил мне ногу.

— Сука! Твою мать!

Глава 22

Я резво перешёл на «ты» и дёрнулся к пистолету. Слёзы брызнули из глаз.

На шум побежал Сид, я увидел в окно, что его остановил мордоворот. Голицын продолжал:

— Не стоит, Эльдар Матвеевич. Увы, это обязательная часть процедуры. Я всё ещё ваш друг. Вы ассистент, но без квалификации. Исходя из ваших навыков — вы более всего нужны Обществу, как лекарь. В этом вы по донесению Руслана добились величайших высот. Поэтому вы должны продемонстрировать свой навык. Лечите, лечите себя, Эльдар Матвеевич.

— Вс-сё идёт по плану, — сквозь зубы забормотал я, разрывая штанину домашних брюк. — Всё идёт по плану… Но я тебе это, Леонард Эрнестович… сука… припомню…

Кость была цела — то ли повезло, то ли княжеский отпрыск так ювелирно пульнул. Но кровь текла изрядно, причём шла толчками, что говорило об артериальном кровотечении. Первым делом я увидел и грубо затянул крупную артерию. Кровь всё ещё лилась, скопившись в небольшую лужицу. Леонард тем временем высунулся в окно и крикнул:

— Вы давайте, давайте, лечите, голубчик. Исидор, всё в порядке, это часть определённого рода процедуры.

— Я вас, сударь, урою за барю, на сословие не посмотрю! — донёсся голос Сида.

Следом по плану были нервы и связки, но голова загудела, как бывает при резком падении давления.

«Надо было сперва восстановить кровь», — мелькнула мысль. Боль оказалась сильнее, сознание отключилось, казалось, всего на миг, но спустя этот миг я обнаружил себя лежащим на своей кровати. Надо мной склонились Сид и Голицын-младший, у которого под глазом был фингал.

Голова всё ещё была шумная, но нога не болела, на ней был надет лёгкий эластичный бинт, а поверх лежал какой-то прибор с экраном.

— Говорю, странно, мне он ногу тогда в один присест вылечил, — прокомментировал Сид.

Голицын-младший вздохнул, встал с края кровати.

— Ну, успешность срабатывания навыка, юноша, зависит от множества факторов. Тогда ваш барин был собран, сейчас — нет, еще и акклиматизация, объем жидкости и прочее.

Я встал с кровати, посмотрел ногу и обнаружил незнакомую тётеньку-среднеазиатку, надраивающую пол под столом — там, где была кровь.

— Значит, подлечили. Значит, не прошёл. Что это за хрень на ноге?

— Ну, что за бульварные выражения, Эльдар Матвеевич. Новейший матрицированный инструмент «Донор», — пояснил Голицын. — Восполняет до литра крови за пять минут, и всего-то за двадцать кейтов. Но, надо сказать, вы к моменту отключки уже успели кое-что залатать. В следующий раз внимательно следите за потерей крови и балансом жидкости в организме.

— Получается, я вам снова могу доверять?

Я счёл нужным снова перейти на «вы». Голицын кивнул, а Сид нахмурился, затем сказал:

— Ладно, вижу, разобрались. Пойду, Софью успокою, а то я еë в доме запер.

Уборщица тоже собрала инструмент и ушла, охранник Голицына еë проводил. Мы снова остались вдвоем.

— Сколько я провалялся?

— Недолго, минут десять. Сейчас приберутся… Но за это время ваш человек поставил мне фингал. А мне через час ехать на важную встречу, поэтому… Прошу, избавьте от этого досадного недоразумения?

— Избавлю. Но Сиду выпишу премию с личной благодарностью.

— Это будет справедливо, он старался, — кивнул Голицын.

В следующие пару минут я выдул пол-литра воды и принялся за глаз Голицына.

— Что ж, спасибо, я доложу о результатах, — сказал Голицын после того, как удалось избавиться от синяка на веке.

— Что будет со Снегурочкой? — спросил я. — И с девушками, которые родят моих детей — про них я после так ничего и не слышал.

— О, Снегурочку почти доставили. Заказник под Коломной, чуть позже я покажу вам её вольер. А что до девушек — вы опасаетесь по поводу алиментов? Либо ваша девушка после произошедшего требует массовых абортов?

Леонард усмехнулся. Я покачал головой.

— Нет, конечно, никаких абортов. Просто чую некоторую ответственность.