Отобрать для (у) князя, или Невеста из другого места (СИ) - Дарова Мара - Страница 3

— Руку мою на место положи, паршивка! — беззлобно, но возмущенно ответила на это бабулька. — И сама кыш из моей усыпальницы! Ишь ты! Заявилась тут, и моей же пятерней в меня тычет!

И поплыла ко мне. Я глаза зажмурила, кость предплечья усопшей двумя руками к своей груди, как самое дорогое, притискивая.

«Все! — думаю. — Приплыли!»

— Призраков не бывает… Призраков не бывает… — как мантру повторяла я, надеясь, что это просто галлюцинация какая-то, и старушка развеется, как дым над костерком. — Чур меня, чур!

Глаза открыла и…

— Бу! — повторила бабулька, которая даже не думала никуда деться, и рассмеялась.

А я ее ка-а-ак огрела костью ее же руки! Букает она мне тут, насмехается! Это в ее-то возрасте! Еще и после смерти! Постыдилась бы!

Старушенция в облако дыма обратилась, но через секунду снова обрисовалась, как была.

— Как грубо! — фыркнула она. — Ну не бывает призраков, не бывает… Драться-то зачем?

— А вы тогда кто? — настороженно спросила я в ответ.

— А я воплощение усопшей души, — гордо сообщила бабуля. — Вернулась в мир живых по делам.

— По каким таким делам? — недоумевала я, стараясь заговорить этому видению зубы, и медленно, но верно продвигаясь назад к проходу, по которому сюда попала.

Подумалось мне, что тот мужик может оказаться не так и плох. Пусть жрет, шиш с ним, потому что даже когда сожрали, есть два выхода — это я знаю! А что делать с призраками, понятия не имею.

— По женским. Скучно стало, захотелось снова градалетских песен послушать! — выдала бабка. И тон у нее такой был, будто бы она между слов вставила: «Не твое дело!»

— Каких песен? — поинтересовалась я, понимая, что до прохода шагов пять осталось, чуть-чуть совсем.

— Градалетских… Постой, ты не местная, что ли? — прищурилась старушка.

— Не местная, — честно призналась я.

— Иномирянка? За женихом? На отбор? — призрачная двинулась в мою сторону. Вот же блин, что ей на месте-то не стоится?

— А вы откуда знаете? — не совсем уверенная в ее правоте и цели своего тут пребывания, поинтересовалась я. И еще шажок сделала украдкой.

— Если я умерла, это не значит, что я не слежу за светскими новостями! — задирая нос и складывая призрачные руки на груди, заявила эта особа. — По всему Аруму отборы объявлены. Королева изъявила желание князей женить! А ты, стало быть, по руку и сердце моего внучка прибыла?

И так пристально, оценивающе, оглядела меня с ног до головы. Я аж смутилась, пальцами в грязных носках пошевелила, не зная, куда себя деть.

— Может и сойдешь, — кривенько ухмыляясь, сказала усопшая. — Помогу, так и быть, уговорила!

— Да я и не уго…

— Руку мою на место положи! Колечко только сними с пальца, пока оно не свалилось и не потерялось, — потребовала она. И совсем близко ко мне подплыла. Смотрю, а у нее зрачки-то тоже вертикальные. — Да не бойся. Я правда тебе помогу. Ты вот чего хочешь?

— Домой, — честно призналась я.

— Как домой? К себе домой? Назад? В мир свой?

Я кивнула.

— А замуж? — неверящим тоном спросила старушка.

— Замуж тоже не против, но лучше там, у себя, дома, — укладывая руку, где была, и снимая малюсенькое, тоненькое золотое колечко с крошечным светлым камушком, ответила я.

— Ну домой, так домой, помогу и с этим. Так даже лучше. Негоже дракону на человечке жениться! — сказала старушка. — Только тебе придется побыть тут пока, на отборе. И меня с собой прихватишь. Мне из склепа выбраться надо, а я к кольцу привязана. Дальше, чем на пятьсот метров, не могу отойти. Значит так, все просто: надеваешь кольцо, отправляешься на отбор, участвуешь, пока суть да дело, я там свои дела порешаю. За это расскажу тебе, человечка, как обратно в свой мир перенестись.

Теперь уже я оценивающе посмотрела на эту усопшую особу, стараясь понять: а не заключу ли я сделку с дьяволом, согласившись на эти условия?

— Рассказ вперед! — решила поторговаться я.

— Да щас там! — задохнулась возмущением старуха.

— Тогда нет! — чувствуя, что нахожусь в более выгодном положении, заявила я твердо.

— В качестве аванса помогу выбраться отсюда, из подземной усыпальницы моей! — заявила призрак.

— По рукам! — выпалила я, понимая, что даже вернувшись обратно по проходу, от нее не скроюсь. Там мало того, что лестницы нет, чтобы выбраться, так еще и плита захлопнулась, как крышка гроба. Почти в прямом смысле этого слова… А как наружу выйду, могу колечко-то запулить в ближайшие кусты и слинять от этой… Подозрительной. Натянула на палец кольцо и вопросительно посмотрела на призрака.

— Третий цветок на постаменте, ровно под моей правой пяткой, — со вздохом вымолвила усопшая. — На сердцевину нажми.

Незамедлительно нажимаю куда было сказано. Со скрипом и скрежетом крупный кусок стены отъехал в сторону, открывая лестницу. Радостная, я побежала вверх по ней, на ходу отмечая, что собеседница моя неживая исчезла, как и не было. Вырвавшись из душной усыпальницы, вдохнула свежий воздух, только уж решила, что наконец дела начинают налаживаться. Да не тут-то было!

— Попалась! — прозвучал у меня над ухом знакомый уже мужской голос.

И опомниться не успела, как сильные руки схватили меня. Мир перевернулся, и я оказалась висящей у незнакомца на плече. И этот гад тут же взял да и шлепнул меня по попе. А там у меня под одеждой-то все синее от уколов, что мне трижды в день всаживали. Больно, жуть! Я зашипела, задохнулась от злости, но не растерялась. Ручонками своими до его ягодиц дотянулась и ущипнула так, как только сил хватило, чтоб и у него синяки на мягком месте появились. Получай, злодей иномирный! Знай наших!

Глава 4

— Ну это уже сви-и-инство! — протянул гад кладбищенский. И интонация его была удивительно похожа на манеру призрачной бабуленции! — Одно дело сбежать, перепугавшись. Я даже охаживание букетом готов был понять. Все же перемещение между мирами — стресс… Но покушение на мой зад — это перебор!

— Пусти, чудище заморское! — задергалась я. — А то такое тебе устрою, что сесть не сможешь!

— Молчать! — приказал этот самоуверенный и наглый мужик. — Ты же из другого мира? Отвечай быстро!

И дернул плечом так, что я подпрыгнула.

— Да из другого, вроде как, из другого! Пусти уже! — зашипела, ощущая себя мешком картошки.

— На отбор прибыла? — вопрос новый, командный тон прежний.

— Да не знаю я! Не знаю! Тетка какая-то пришла, что-то про замужество болтала, а потом ты по мою душу явился, ирод! Пусти, говорю! У меня уже голова кружится, вниз макушкой висеть! — распаляясь все больше, начиная звереть и вынашивать коварные планы смертоубийства, выговорила я.

— Я знал, что с этим отбором будет непросто, но чтоб настолько… — буркнул мужик, снова подбрасывая меня на плече, будто я не человек, а тюк. — Но королевские приказы не оспаривают, так что…

Он быстро потопал вперед, игнорируя требования поставить меня на ноги. Колотила его я по спине кулаками, колотила, да все без толку. И минуты не прошло, как мы оказались на краю обрыва. Я икнула, наконец понимая, откуда туман. Мы находились на каком-то высоком холме, утыканном, похоже что искусственными, рукотворными выступами, а на высоте туманы не редкость. Но пугало меня не это. А то, что мой пленитель не собирался останавливаться, а так и чесал вперед, так танк пер, будто не видел, что все, баста, идти некуда, обрыв дальше! Я заверещала, всеми силами пытаясь высвободиться, но не тут-то было! А этот… этот самоубийца недоделанный просто прыгнул вниз.

В один миг ошалевший смертежелатель, утащивший в пропасть вместе с собой и меня, исчез, а вместо него подо мной образовалось нечто такого, чего и быть-то не может: настоящий, громадный, покрытый черной чешуей дракон. Он поднял крыло, и я упала на него, спружинила, извергая витиеватые ругательства срывающимся на визг голосом, и покатилась. Мечтала я побывать на американских горках, каюсь, но никак не думала, что горка эта будет живая, покрытая чешуей и машущая крыльями.