В погоне за ним (ЛП) - Мэйсен Кэт T. - Страница 30

Теплый ветерок обдувает меня, когда я стою перед дверью, положив руки на кресло, стоящее напротив входа. Я чувствую присутствие Джулиана стоящего у меня за спиной, медленно поглаживая мою спину. Я жду, когда он закроет шторы, а когда этого не происходит, предлагаю ему сделать это.

— Нет, — твердо отвечает он.

— Нет, ты не закроешь шторы? — спрашиваю я.

Его руки обвиваются вокруг моих бедер, направляя их в себя, когда он толкается в меня своим пахом.

— Ты не позволишь миру узнать о нас, тогда позволь мне это, Адриана.

Я все еще не понимаю, о чем он просит. Мы стоим в дверях на балкон, и по глупости я предполагаю, что мы будем трахаться внутри комнаты с закрытыми шторами.

— Давай я объясню тебе все четко и ясно, чтобы ты не запуталась, — продолжает он, придвигаясь ближе к моему уху, — Я хочу трахнуть тебя прямо здесь, средь бела дня. Я хочу, чтобы все видели, что ты принадлежишь мне.

Это занимает мгновение, и как только мое тело регистрирует его команды, знакомый прилив внизу нарастает, мучая меня удовольствием.

— Люди могут видеть нас, — нервы заставляют меня шептать.

— Таков план.

Мои глаза переходят на тротуар, и хотя мы находимся довольно высоко, я все еще могу различить множество людей, идущих по улице. Моя чувствительность отходит на второй план, когда его руки блуждают по передней части моих джинсов, осторожно расстегивая их. Одним быстрым движением они оказываются вокруг моих лодыжек и сдвигаются в сторону.

Хотя он стоит позади меня, я быстро замечаю, что его шорты лежат поверх моих джинсов, а на нем только боксеры. Все еще в майке и трусиках, прикосновение его пальцев к моей груди заставляет меня прижаться к нему. Он ловит меня, надавливая, когда из моего рта вырывается громкий стон. Как и в любой другой раз, когда он прикасался ко мне, мое тело взяло контроль, кровь сильно бьет по венам, позволяя адреналину удовольствия поглотить меня целиком.

Однако на этот раз он перешел на новый уровень.

Его руки возвращаются к моему лицу, он грубо вводит указательный палец в мой рот, заставляя меня сосать. Я так и делаю, накапливая слюну, а мои губы обхватывают его палец, с легкостью посасывая его.

Левой рукой он скользит по моей спине и быстрым движением хватает мои трусики, спуская их до лодыжек. Я пытаюсь освободить их, возбужденная и нетерпеливо ожидающая его следующего шага.

— Скажи мне, что я первый, кто побывал здесь внутри, — низкий гул вырывается из его горла, когда он надавливает на задний вход.

Я киваю, но он не удовлетворен, его требования повторяются: — Скажи это вслух.

Наслаждение и боль сливаются воедино, побуждая меня смело ответить: — Да, Джулиан, ты первый, кто трахнет меня в задницу.

Он напрягается, но это ненадолго. Его хватка крепнет, почти причиняя боль моему маленькому каркасу. Я не знаю, чего ожидать, и жалею, что у меня не было времени подготовиться, изучая порно или что-то в этом роде. Он берет себя в руки, не давая мне больше времени на раздумья. Сделав глубокий вдох, он продолжает кружить вокруг входа, обдавая его влагой между моих ног. Кончик его возбуждения возбуждающе играет с моим входом, мое тело напрягается от нервов, и как только он чувствует мое напряжение, он поглаживает меня по спине и шепчет, чтобы я расслабилась.

Он еще не входит в меня, сосредоточившись на моем набухшем клиторе, потирая его быстро и уверенно. Каждый сантиметр моей кожи покрывается мурашками, сдерживая надвигающийся оргазм. Я даю ему сигнал, слегка оттолкнувшись, чтобы показать, что я готова. Крепко держа руку на моем бедре, он медленно вводит себя в меня. Боль отдается рикошетом, и из моего рта вырывается тоненький крик. В ужасе я готова сказать ему, чтобы он остановился, беспокоясь, что нет ни единого шанса, что его гигантский член поместится в моей заднице. Это невозможно, верно? Он разорвет меня на части! А потом, что еще хуже, что если мне понадобится… О Боже, заткнись! Заткнись!

— Сначала будет больно, но я обещаю, что тебе будет приятно, — он проталкивается чуть дальше, мое тело продолжает напрягаться. Я делаю глубокий вдох, не в силах расслабиться. Я хватаю его за запястье, подавая знак остановиться.

— Ты доверяешь мне?

— Да, — хнычу я.

— Тогда позволь мне иметь тебя всю, Адриана.

Он просит у меня то, что я уже хочу дать, и с этим я беру контроль в свои руки, снова погружаясь в него, не обращая внимания на глубокую, пульсирующую боль и позволяя его члену целиком разместиться в моей заднице. В тот момент, когда я полностью принимаю его в себя, раздается стон, за которым следуют медленные движения. Он рассказывает мне об этом опыте, о каждом толчке, о каждом ощущении, и я теряюсь в его словах, используя их для усиления мучительного удовольствия, которое, как он обещает, я испытаю. Давление его члена, входящего в меня целиком, поглощает меня, боль моего клитора умоляет прикоснуться к нему.

Он знает мое тело, как свое собственное, направляет свои руки к моей груди, и всего лишь одним движением я готовлюсь к финишной прямой.

Я хочу его всего, и я не боюсь сказать ему об этом: — Я хочу, чтобы ты был внутри меня, везде на мне.

Его неровное дыхание и грубые движения требуют, чтобы я сказала ему, где.

— Я хочу, чтобы ты был у меня во рту.

Он стонет.

— Я хочу почувствовать тебя в своей киске.

Он ворчит.

— Я хочу почувствовать тебя в своей заднице.

Он рычит, заставляя себя входить глубже, прижимаясь своим телом к моему. Мы одинаково отчаянно желаем друг друга, не обращая внимания на громкое эхо, которое слышат люди внизу. Он умоляет меня кончить вместе с ним, и я знаю, что уже близка к этому, боль в животе нарастает быстрыми темпами, готовая отпустить меня, когда жжение его ладони, шлепающей меня по заднице, ускоряет темп, и я громко вскрикиваю, потрясенная тем, насколько мне нравится боль.

Я умоляю его о большем. Взяв мою задницу в свои руки, он крепко сжимает ее и отпускает, снова сильно шлепая меня.

Я снова вскрикиваю от боли и снова умоляю.

На этот раз шлепок его руки эхом отдается на моей коже, и, поскольку у меня открыт только один глаз, я уверена, что люди внизу услышали и остановились, чтобы узнать, откуда идет шум. Никогда еще я не чувствовала насыщения и свободы одновременно, отпустив все свои заботы и полностью отдавшись ему.

Наклонившись вперед, он вгрызается в мое плечо и говорит, что больше не может этого выносить.

Это все, что мне нужно было услышать, я оседлала оргазм, когда мои стены сжались, и он сказал мне, что чувствует это на своем члене, а затем последовал прямо за мной. Его последний толчок жесткий и яростный, и я издаю протяжный стон, рухнув в его объятия, когда мы оба опускаемся от сильного кайфа.

— Черт, — прохрипела я, неровно дыша.

Он крепко кладет руки мне на бедра, предупреждая, что вынимает их. Я вздрагиваю от боли и грожусь рухнуть в изнеможении, когда он вытаскивает себя полностью.

На прикроватной тумбочке лежит коробка с салфетками. Он берет несколько и вытирает нас. Я не задаю никаких вопросов, но он знает, что я смущена и растеряна. Будучи таким джентльменом, он уверяет меня, что ничего страшного нет, и ведет нас к кровати, где мы оба падаем в смятую кучу. Это было очень сильно, и, как он и обещал, это возбудило меня больше, чем я могу себе представить.

Я прижимаюсь к нему, зарываясь лицом в его кожу. Я провожу языком по его соску, ощущая вкус его пота.

— Одну минуту, Адриана. Я должен быть хорош.

Я сжимаю его руку. Самоуверенный ублюдок знает, что это так: — Ну, раз ты вскоре последовал за мной, значит, я действительно хороша.

Он вытягивает мои руки над головой и ложится на меня сверху. Расположив свое лицо прямо над моим, его пронзительный взгляд рассеивает мои заботы, тревоги и чувство вины.

— Я имею в виду то, что сказал. Мне нужно быть внутри тебя каждый день, Адриана, — говорит он мне.

— Я знаю.

Он говорит со мной не только словами, но и глазами. Они показывают мне то, что я должна увидеть, часть его самого, которую он скрывал.