Обман сердца (ЛП) - Граната Кристен - Страница 24

— Это не значит, что большим девочкам не нужны объятия их парней.

— Я не знаю правил для фальшивых бойфрендов. В контракте предусмотрены объятия?

Знаю, она дразнит меня, но сердце замирает от напоминания.

— Напечатаны мелким шрифтом, — я покрываю поцелуями все ее лицо. — Давай. Останься.

Она вздыхает.

— Ладно. Но если захрапишь, я ударю тебя кулаком в горло.

— Такая жестокая.

— Но тебе это нравится?

— Определенно.

В этой девушке нет ничего, что бы мне не нравилось.

ГЛАВА 16

Кэссиди

Проснуться в постели Трентона — все равно, что на пятизвездочном курорте.

Находиться в его объятиях тоже не так уж и плохо.

— Такое ощущение, словно я сплю на облаке. Большом пушистом облаке, плывущем по небу.

Смех Трентона хриплый.

— Рад, что тебе нравится моя кровать. Это одна из немногих вещей, которую я сам лично покупал.

— Оно того стоило, — я двигаюсь, чтобы быть ближе к нему, наслаждаясь теплом массивного тела. — Можем остаться здесь на весь день?

— Хотелось бы, — Трент стонет, прижимаясь ко мне эрекцией. — Сегодня утром пресс-конференция, а потом я собираюсь встретиться с Тоби и его матерью в школе.

— Он будет так рад познакомиться с тобой, — я протягиваю руку и дергаю его за волосы, в то время как тот покусывает мою шея. — Узнай, кто эти хулиганы и засунь их в мусорное ведро вниз головой.

Он хихикает, обхватывая рукой мою грудь.

— Не думаю, что это было бы хорошо воспринято в новостях.

— Нет, скорее всего, нет, — я провожу его рукой по собственному животу и просовываю ее в трусики. — Сколько у нас времени?

— Достаточно, чтобы заставить тебя кончить.

— Смотри!

Я нажимаю отправить и жду, пока Трентон включит телефон. Мы с Арией наблюдаем возле барной стойки, как тот достает его из кармана.

Он чертовски хорошо выглядит с закатанными до локтей рукавами черной рубашки.

— Посмотри, как улыбается, замечая твое имя на экране, — Ария подталкивает меня локтем. — Этот парень определенно влюблен.

— Он не влюблен. Скорее возбужден.

— Точно. Продолжай твердить об этом.

Как только Трентон открывает ссылку, которую я отправила, его брови поднимаются. Никогда в жизни не видела, чтобы человек так быстро отворачивал телефон от друзей, сидящих рядом. Затем его большие пальцы пробегают по экрану, прежде чем на телефоне появляется сообщение.

Трентон: Теперь на что процентов убежден: ты живешь лишь для того, чтобы мучить меня.

Я:;)

Трентон: Ты — ангел в обличие демона.

Я: Хорошая реплика. Думаю, стоит добавить это в книгу.

Трентон: Я смогу прочитать ее?

Я: Когда все будет готово.

Я: Нам нужно воссоздать еще несколько сцен. Что думаешь?

Трентон: Я в деле.

Я: Ты даже не смотрел видео целиком.

Трентон: Если это предполагает увидеть тебя голой, тогда я за.

— Кто тот парень, который только что вошел и сел рядом с Трентом?

Я поднимаю взгляд от телефона.

— Александр Крумкачев. Они называют его «Крум Кейк».

— Я назову его «секс на палочке».

Я хихикаю и засовываю телефон обратно в сумочку.

— Давай. Пойдем поздороваемся. Я с ним еще не встречалась.

Мы с Арией берем напитки и направляемся к столику парней. У них наверху есть своя VIP-секция с видом на танцпол.

Как только Трентон видит меня, он тут же встает и обнимает огромными руками за талию.

— Это Кэссиди и ее подруга Ария.

Крумкачев поднимается на ноги и пожимает мне руку.

— Приятно, наконец, познакомиться с тобой. Я дочитал половину книги. Это превосходно.

Мои глаза расширяются.

— Ты читаешь «Скажи, что останешься»?

Трентон сжимает мое бедро.

— Все парни читают.

Я тычу Арию локтем в ребра.

— Ты только посмотри. Профессиональные хоккеисты читают мою книгу, а лучшая подруга — нет.

Она усмехается.

— Я читала сексуальные сцены.

— Это не одно и то же.

Крумкачев наклоняет голову.

— Почему ты не читала ее книги?

Арья пожимает плечами.

— Я не увлекаюсь чтением. И терпеть не могу эту романтическую чушь.

Его глаза сужаются.

— Ты считаешь любовь чушью?

— Нет, просто не куплюсь на всю романтическую хрень, устанавливающую нереалистичные ожидания. Ни один парень не станет делать то, о чем ты читаешь в книге. Девушке вредно читать это и предполагать, что появится мужчина и собьет ее с ног.

Он скрещивает руки на груди, выглядя слегка обиженным.

— Мужчины могут быть романтичными.

Моя подруга смеется.

— Никогда не встречала того, кто делал бы что-либо романтическое.

— Значит, ты проводила время не с теми мужчинами.

— В мире миллиарды людей — не может быть, чтобы для каждого из нас не нашлась бы родственная душа, — МакКинли присоединяется и хлопает Трентона по спине. — Давай! Ты не можешь говорить, что такой вещи, как любовь, не существует. Просто посмотри на этих двух влюбленных птичек. Они чертовски очаровательны.

Щеки горят, когда я смотрю на Трентона.

— Что думаешь, соседушка? Ты веришь в родственные души и в ту романтическую чушь, которую я пишу?

— Определенно верю, — его темные глаза встречаются с моими и на мгновение задерживаются, прежде чем он продолжает: — Я верю в то, что можно хотеть заботиться о ком-то настолько сильно, что готов на все. Верю в то, что хочется ставить чье-то счастье выше своего собственного. Верю в то, что хочется каждый божий день показывать, как много она значит для тебя. Итак, проявляется ли романтика в цветах и украшениях, или в роскошной поездке в Грецию, или просто в нахождении рядом, когда нужен ей? Думаю, правильный человек делает все это, когда любит. И если все по-настоящему, никто и ничто не сможет отнять эту любовь.

Легкие сжимаются, и внезапно я начинаю задыхаться, пытаясь переварить в голове сказанное.

Крумкачев наклоняется и указывает на Трентона.

— То, как он на нее смотрит? — он обращает внимание Арии на себя. — Это не фальшивая романтическая чушь. Это настоящая любовь.

Ария встречается со мной взглядом, и разочарование просачивается в грудь. Мы обе знаем правду: Трентон меня не любит. Мы — просто фальшивка.

И почему это так больно?

— Давай, — Ария хватает меня за локоть. — Пойдем потанцуем.

Я благодарна за то, что она отвлекла меня от тяжелого разговора и стряхиваю руки Трентона с себя, когда мы направляемся на середину танцпола.

— Ты в порядке? — спрашивает Ария.

— Да, это было просто…

— Напряженно?

Я смеюсь и закатываю глаза.

— Точно.

— Не знаю, Кэсс. Трент выглядел искренним. Думаю, вам двоим нужно поговорить.

— Он просто притворялся. Не хочу быть той, кто улавливает малейшие чувства в сказанном.

— Даже если он действительно что-то чувствует?

Я зажмуриваюсь и качаю головой.

— Не знаю. Я больше не хочу об этом говорить. Давай просто повеселимся.

Она поднимает руки над головой и покачивает бедрами из стороны в сторону.

— Поняла, мэм.

Мы танцуем до тех пор, пока ноги не немеют, а волосы на затылке не становятся влажными. Приятно расслабиться и забыть обо всем на некоторое время.

Но потом две сильные руки обхватывают меня за талию. И это тоже приятно.

Знакомый запах Трентона окружает, а его теплое дыхание касается кончика уха.

— Трудно сосредоточиться на чем-то кроме тебя в платье.

Я ухмыляюсь, двигая бедрами и прижимаясь к нему.

— В этом и есть смысл платья — свести тебя с ума.

В выходные я ходила по магазинам и нашла оливково-зеленое платье с открытой спиной и длинными рукавами в любимом бутике. Округлости по бокам подчеркивают задницу и я знала, что Трентону понравится вырез на груди и спине.