Никогда больше (ЛП) - Риччи Шенен - Страница 72

Я поправила свои растрепанные волосы, которые так и кричали о грубом сексе, и попыталась унять жар, который прилил к моим щекам. Я держала бретельку своего платья, собираясь быстро одеться, как это делают люди после секса на одну ночь.

— Позволь мне сделать это, — это был не вопрос, и в голосе Аякса не было ни капли колебания.

Не оставляя мне другого выбора, он подошел ко мне и стянул бретельки моего платья обратно с плеч. Он провел рукой по моему платью, разглаживая его, самоотверженно доводя каждую складку до совершенства. Он даже расчесал несколько прядей моих волос и стер тушь, которая, должно быть, стекла по моей щеке. Возможно, Аякс трахнул меня до чертиков и по натуре был бесстрастен, но его жесты показывали, что он так же, как и я, убит горем из — за того, что должно было произойти дальше. На моих губах появилась легкая улыбка. Было приятно хоть раз в жизни почувствовать любовь и заботу.

— И что теперь? — я нарушила молчание. Его челюсть сжалась.

— Мы посмотрим в лицо реальности.

— Ты всё равно уедешь, и я не попрошу тебе остаться, — сказала я, проглатывая боль, пытающуюся вырвать моё сердце. — Не потому, что я не хочу, а потому, что я слишком забочусь о тебе, чтобы сдерживать тебя. Ты должен это сделать. В романе о маленьком городке герой меняется, и он бросает всё, чтобы жить простой жизнью со своей второй половинкой, но я хочу большего для тебя.

— Я знаю. Точно так же, как я не буду умолять тебя на коленях отправиться со мной, потому что тебе нужно понять, чего ты хочешь, как королева фей, которой ты и являешься, — он глубоко вздохнул, его глаза оценивали каждую частичку моего лица, как будто он хотел запомнить о нем всё.

— Что ты собираешься делать теперь, когда твоя личность раскрыта?

Он обдумал это, прежде чем тонкая линия очертила его губы.

— Я научусь быть человеком, как ты учила меня. Я справлюсь.

Наши пальцы на мгновение переплелись.

— Поздравляю с заключением контракта с Ever After. Я никогда в тебе не сомневался.

— Ты был первым человеком, которому я хотела позвонить, — сказала я. — Я хотел поделиться этим с тобой.

— Я знаю, — его большой палец коснулся моей нижней губы, словно вспоминая вкус моих губ, и мой желудок сжался ещё сильнее. — При мысли о том, что мне придется сесть в свой гребаный самолет, мне кажется, что я поплыву против течения.

— И мне кажется, что я утону без тебя. Иногда правильный выбор разрывает нас на части, когда нам приходится жертвовать некоторыми вещами, чтобы получить четверть счастья героя.

— Но я отказываюсь думать, что это конец, Аврора. Даже если мне придется плыть против целого шторма, чтобы добраться до твоего королевства, я сделаю это.

Это было обещание.

— И, возможно, я спрыгну со скалы, чтобы найти тебя в падении жизни и смерти, — продолжила я.

— Это не наш конец, — повторил он, чётко выговаривая каждое слово.

Я кивнул.

— Не наш конец.

Это было душераздирающее прощание. На данный момент.

Но в моём мире прощание превращалось в вечность.

Потому что я знала, чем заканчивается эта история для таких людей, как мы.

глава 33

— Прошло несколько дней с тех пор, как я разбирался с тем трюком, который ты со мной проделал, — пожаловался Эрик по телефону. — Мой телефон разрывается, все требуют ответов и хотят взять у тебя интервью, нам нужно…

— Я не могу говорить с тобой прямо сейчас, — я припарковал свою машину, как последний придурок, посередине дома семьи Клемонте, совершив ещё один импульсивный поступок. — Я решил работать с вами не просто так. Ты хорош, Эрик. Ты лучший в том, что делаешь, и я верю, что ты сделаешь правильный выбор, чтобы справиться с этим дерьмовым шоу.

Я схватил ключи, закрыл машину и, тяжело топая, направился к этому поместью страданий.

— К тому же, на данный момент ни один из наших контрактов не расторгнут. Я уверен, что у нас забит целый год с комиссионными.

— С каких это пор ты стал таким оптимистом? — проворчал он. — Мне неприятно это признавать, но твой импульсивный поступок, возможно, лучшая маркетинговая стратегия, о которой мы когда — либо могли подумать. Ты снова в центре внимания со своими новыми картинами. То, как публика воспримет это, определит твою карьеру.

— Я верю в это, — я не мог бы быть более незаинтересованным в этом разговоре прямо сейчас. — А теперь мне нужно идти. Мы поговорим позже.

Я повесил трубку, не дав ему времени на дальнейшие жалобы, поскольку мой брат захлопнул входную дверь прежде, чем я успел произнести подобие вежливости.

— Ты засранец, — поприветствовал он меня семейным рычанием и скрестил руки на груди. — Я не могу поверить, что ты солгал мне. Я имею в виду, я твой брат. Я умею хранить чертовы секреты.

Я полагал, что он имел в виду причину моего приезда сюда: тот факт, что я был человеком, стоящим за Спектром.

— Ты был настоящей занозой, когда мы были детьми. Темпераментный человек, который намеренно втягивал меня в неприятности, и это я расплачивался за твои ошибки, — бросил я.

— Ты хочешь сказать, что ты был холодным, бесчувственным, любимым, идеальным, в то время как я был постоянным неудачником, который не мог противостоять тебе, как ни старался, — невозмутимо произнес он. — Мне нужно было как — то успокоиться.

Я нахмурил брови, понятия не имея, что мой собственный брат так сильно меня невзлюбил.

— Я пытался защитить тебя от нашего отца.

— Ты имеешь в виду, что бросил меня с ним, в то время как мне пришлось собирать все осколки. Всё, чего я когда — либо хотел, это чтобы мой гребаный брат доверял мне и был рядом, как друг, когда я был ребенком, — Арчи стрельнул в меня глазами, проводя языком по щекам. — Но, похоже, тебя не волновали дружеские отношения или какие — либо другие человеческие взаимодействия. Ты никогда не спрашивал меня, всё ли со мной в порядке после того, как я подвергся побоям отца, потому что я не был таким совершенным, как ты. Ты думал только о себе. Тебя волновали только достижения, совсем как его.

— Я… — я сглотнул, узел в моей груди сжался. — Ты прав, я подвёл тебя. Я не сказал тебе, что я Спектр, потому что думал, что ты будешь обижаться на меня так же, как наш отец. Я думал, тебе будет лучше без меня, потому что отец настроил нас друг против друга. Вопреки распространенному мнению, я не гуманоид, неспособный к эмоциям.

— Ты должен перестать отталкивать всех. Я не Отец. Я лучше его — и не только в области медицины. Ты мне больше не нужен. Я не настолько слаб, и я благодарю тебя за это. Теперь… — он положил руку мне на плечо. — Кстати, твой трюк с раскрытием был гениальным. Очень круто. Так на тебя не похоже.

— Конечно, ты бы одобрил то, что я чуть не спалил свою карьеру дотла.

— Я бы не был так уверен в этом, но в одном я уверен: ты должен мне картины, которое я могу разместить в своем пентхаусе, и это не подлежит обсуждению, — Арчи указал на меня пальцем и вошел в дом.

— Зная тебя, это будет что — то вроде мании величия, как твой портрет крупным планом, — пробормотал я.

— Именно, и я могу обещать тебе, что тебе это не понравится, — Арчи сверкнул ямочками на щеках. — Мама! Смотри, кто здесь!

Я переступил порог того, что раньше было моим домом, впервые после того злосчастного ужина с моим отцом. Я застыл в коридоре, ожидая прихода кого — нибудь из моих родителей, предпочтительно моей матери.

— Ты должен знать, Аякс, что её слабоумие и хроническое заболевание прогрессировали в прошлом месяце. Этому способствовал вирус, которым она заразилась, — челюсть Арчи сжалась. — Я просто хочу подготовить тебя. Я схожу за ней.

Схожу за ней?

Арчи направился в сторону кухни. Прошли долгие минуты, и сквозь них доносился только шепот Арчи. Я сделал шаг вперёд, и в этот момент он вышел из комнаты, катя инвалидное кресло моей мамы. Ледяная волна прокатилась по моему позвоночнику; она разветвлялась по спине, как молния. Моя мать выглядела совершенно потерянной. Что — то неприятное сдавило мне голову.