Когда случились мы (ЛП) - Солис И. Б. - Страница 62

— Луна, мне так жаль, — Майя выглядит так, будто вот-вот заплачет.

Si ella llora voy a llorar. (с исп. Если она заплачет, я тоже заплачу.)

— Я собираюсь надрать ему зад! — рычит Хейзел.

— Нет, это не так.

— Да, это так!

— Хейзел, — я делаю глубокий вдох. — перепихоны случаются постоянно.

— И это всё, что было? — спрашивает Майя, снова потирая мою руку.

Нет. Не для меня.

— Очевидно, — я пытаюсь улыбнуться.

— Он что-нибудь сказал?

— Насчет поцелуев со своей партнершей?

Нет, он забыл упомянуть об этом.

— Насчет встречи с нами там? — Хейзел резко вдыхает, закрывая рот. Она пытается быть милой. Я пожимаю плечами, меня снова подташнивает.

— Он сказал, что придет, но уже даже не знаю.

Я не уверена, хочу ли я, чтобы он был там. Всё, что я хочу сделать, это забиться в маленькую нору и спрятаться от всех.

— Мы можем пойти потанцевать в другой раз? — предлагает Майя.

Звучит заманчиво, но мои друзья хотят отпраздновать свою недавнюю номинацию за оригинальный сценарий "Star Crumbs", и я хочу отпраздновать вместе с ними. Я должна взять себя в руки.

— Мы уже принарядились, — я заставляю себя улыбнуться, потому что эти две женщины были потрясающими с тех пор, как я приехала в Лондон. По сути, они приняли меня, освободили для меня место в своей жизни. Я ни за что не хочу разочаровывать их. — Мы идем, и мы отлично проведем время.

— Да, мы идем! — кричит Хейзел.

Её голос звучит взволнованно, но я вижу, как они обмениваются встревоженными взглядами в отражении окна такси.

За пределами клуба Майя сталкивается с Зайиром. Это её бывший парень, который, похоже, хочет стать её нынешним парнем. В прошлый раз я не обратила внимания, но он высокий и худой, с темными пушистыми кудрями и добрыми карими глазами.

Его акцент напоминает мне акцент Генри, и я немедленно отбрасываю эту мысль. Всё, что я делала в очереди, это сравнивал всех с Генри. Этот парень ниже Генри. Этот выше. Никто не сравнится с его красотой. Ни у кого нет таких полных губ или такой же фактурной прически, как у него. Ya, Luna, por favor (с исп. Эй, Луна, пожалуйста). Я не хочу думать о нем. И всё же это всё, на что я, кажется, способна в данный момент.

Как он мог?

Почему?

Прекрати. Я изо всех сил стараюсь отодвинуть все мысли о Генри на задний план.

Когда я вижу, какой счастливой выглядит Майя, мне намного легче сосредоточиться на её счастье, чем на моем собственном.

В клубе Тадаши, Наталья, Руби и несколько парней из команды. Майя в восторге представляет всех Зайиру. Тадаши отводит меня в сторону.

— Ты знаешь, кто он?

— Да, он бывший парень Майи.

— Он Шариф! — Тадаши говорит это так, будто я должна знать, что это значит.

— Хорошо.

— Они одна из богатейших семей в мире! — Тадаши выглядит так, словно хочет встряхнуть меня. — Не в стране, не в Европе, а во всем мире, Луна!

— Правда? — невинно спрашиваю я. Потому что я не собираюсь рассказывать ему то, что знаю о сумасшедшей семье Зайира и о том, как они относятся к Майе. К счастью для меня, играет кумбия. Мои губы изгибаются, когда я слышу этот безошибочный ритм. — Тадаши, скажи мне, что ты умеешь танцевать.

Как только я начинаю танцевать, я не останавливаюсь. Я танцую с Тадаши, с двумя парнями из съемочной группы, с Натальей и Руби, которые обе потрясающие. Но потом я танцую со слишком большим количеством случайных парней, за которыми невозможно уследить, иногда с двумя одновременно.

Руби отводит меня в сторону.

— Луна, ты в порядке?

— Да, — говорю я ей, и я почти уверен, что говорю искренне.

Я хочу чувствовать себя хорошо. С прической и макияжем, а также в сексуальном наряде, который сшила для меня Наталья, я знаю, что выгляжу хорошо. Кроме того, я не собираюсь плакать из-за какого-то мудака, который целует других женщин, когда должен быть со мной.

Да пошло оно все. Да пошел он!

— Давай присядем, — предлагает она, и я следую за ней наверх.

Мне просто нужно перестать думать о нём, о его красивом лице и прекрасном теле, потому что всё это не имеет значения, если внутри он кусок дерьма. Я не собираюсь проходить через всё это снова. Чёрт возьми, нет.

Руби что-то говорит Майе и Хейзел, которые обмениваются обеспокоенными взглядами. Я знаю, что никогда ни с кем не танцую, кроме своих друзей. И никогда ни с кем не разговариваю. Прямо сейчас мне всё равно. Мне, блядь, всё равно!

— По крайней мере, она не пьет, — слышу я бормотание Хейзел.

Прежде чем Майя успевает ответить, я опрокидываю рюмку текилы.

— Неважно.

ГЕНРИ

Входя, сканируя глазами, я знаю, что найти Луну будет нелегко. Я писал ей, но она не ответила, что имеет смысл, если она здесь с друзьями. Они танцуют и хорошо проводят время. Наверное, она не смотрит в свой телефон.

Разноцветные огни, падающие прямо на толпу, ослепляют. Бесконечное море тел колышется под музыку передо мной. Почти случайно, мне кажется, я мельком вижу профиль Луны. Я напрягаю зрение, чтобы снова найти её. В этот момент ко мне подходит Тадаши.

— Йоу, у тебя получилось! — он хлопает меня по плечу. — Мы сидим наверху, рядом с балконом. Увидимся там через некоторое время. Я иду в туалет.

Я киваю ему и продолжаю пробираться дальше внутрь. Прежде чем дойти до лестницы, толпа расступается ровно настолько, чтобы я мог увидеть Луну, танцующую в центре танцпола.

Она потрясающая. Вся в красном. Я не могу отвести взгляд. Зачарованный, я слежу глазами за каждой линией её тела, за каждым движением. Покачивание её бедер, её руки в волосах. Зеленые глаза закрыты, розовые кудри растрепаны.

Если бы я уже не был одержим…наблюдая, как изгиб её талии переходит в эти бедра…чёрт. Когда она поворачивается, эта сладкая попка подпрыгивает. Чёрт. Волна желания пронзает мой член.

Я направляюсь к ней, одержимый. Затем становлюсь собственником, когда понимаю, что не я один наблюдаю за ней. Образуется круг с Луной в центре.

Какой-то жалкий мерзавец в розовых брюках и блестящей рубашке вторгается в её личное пространство. Слишком близко. Они определенно танцуют слишком близко. Луна не смотрит на парня, но парень не отрывает от неё взгляда. Когда он кладет руку ей на талию, ярость закручивается глубоко внизу моего живота.

Кем, блядь, этот парень себя возомнил? Ему нужно немедленно убираться!

Я больше не хочу ничего видеть и всё же не могу оторвать глаз. Не важно, что Луна оттолкнула парня; не важно, что прикосновение было до смешного коротким. Это произошло, и я не могу перестать это видеть. Это продолжает прокручиваться у меня в голове снова и снова, что приводит меня в ярость.

Тревожное желание подкрасться и избить этого человека до полусмерти овладевает моими мыслями. Только нет никакой причины, кроме моей собственной ревности. Даже зная это, я не могу перестать смотреть на неё. На него. На них. Меня тошнит. К горлу подступает желчь. Мои руки сжимаются в кулаки по бокам.

— Бро, ты всё ещё здесь, — Тадаши смеется. — Да ладно. Все наверху.

Не все. Я не хочу подниматься наверх. Я хочу оказаться в центре этой толпы и защитить то, что принадлежит мне. И это то, что я собираюсь сделать.

— Я догоню, — говорю я Тадаши и направляюсь навстречу погибили. Я знаю это. Я вижу камеры и телефоны. Мне похуй.

Я отталкиваю парня, пытающегося дотронуться до неё. Толкаю другого, который стоит слишком близко.

Она стоит ко мне спиной, но Луна прекращает танцевать, когда я встаю у неё за спиной. Круг вокруг неё рассеивается, растворяясь в море танцующих людей.

Когда я касаюсь её талии, она вздрагивает — движение настолько слабое, что я его не вижу, но чувствую.