Клянусь своим сердцем (ЛП) - Шанджида Нусрат Али - Страница 29

Я схватил его кулак яростной хваткой, прежде чем он собирался нанести еще один удар, и тут же ударил его в челюсть и пнул в грудь. Его рот был в крови, а он хохотал как маньяк.

Он сплюнул на пол, показывая мне свои окровавленные зубы.

— Ты знаешь, я трахал ее каждую ночь. Она закрывала глаза, возможно, думая о тебе или еще о какой-нибудь глупости, но тогда я трахал ее сильнее, чтобы вернуть ее к реальности и показать, что она принадлежит мне.

Мои глаза расширились, когда картинка возникла прямо перед моими глазами. Воспользовавшись шансом, он ударил меня кулаком в подбородок, и я упал на землю. Он оседлал мою грудь, держа меня за воротник.

— В тот день, когда она вернулась, я был не только ее монстром, но и заставил ее встретиться лицом к лицу с другими монстрами.

УДАР.

— Солдаты, охранники и другие капо по очереди дежурили с ней днем и ночью.

УДАР.

— Она умоляла и плакала, пока у нее ничего не осталось.

УДАР.

— У тебя всегда было все, но в этой игре победил я. Я король. Так что шах и мат…

Слова замерли у него на губах, когда я схватил его за руки и перевернул. Я немедленно вскочил и наступил ногой ему на горло, заставив его громко закашляться. Я принял ту позу, в которой он был несколько мгновений назад, и схватил его за руки.

— Эти руки оставили синяки на ее коже.

Резко повернув, я сломал его запястья со слышимым хрустом. Он застонал от боли, но этого было недостаточно.

— У этих ног хватило наглости пнуть ее, причинив боль ее телу.

Достав нож, я ударил его в бедро, разрезав его и вывернув. На этот раз Аид закричал. Его ноги дрожали, но я хотел от него большего.

Еще боли.

Еще крика.

Еще больше агонии.

Достав нож, я поднес его к его лицу. Он попытался отодвинуться, но я был слишком тяжел, а он слишком слаб, чтобы пошевелиться. В его глазах читалась паника.

— И эти глаза осмелились насладиться болью, которую она терпела так долго… — мой хриплый голос затих.

Он уставился на меня широко раскрытыми глазами, глубоко и тяжело дыша.

— Люцифер, нет… Я твой единственный…

— Мне всегда было наплевать, кем ты был, так что твою судьбу ничто не изменит.

Я вонзил свой нож ему в глаза, обрывая его отчаянное существование, наблюдая за его безжизненным и окровавленным телом.

Жаль, что я не сделал этого раньше… Жаль, что я не убил его в тот день, когда он забрал ее у меня.

Встав, я оставил его тело гнить и начал искать своего ангела. Я перепробовал все двери, пока не обнаружил, что последняя заперта.

Прицелившись, я нажал на спусковой крючок и взломал замок. Я вошел внутрь, в темную комнату, единственным источником света в которой было окно. Мои ботинки коснулись выброшенных бутылочек со смазкой и презервативов. В воздухе пахло пивом и сексом.

Мое сердце бешено колотилось в груди, когда всевозможные картины, от которых сжималось сердце, проносились в моем сознании.

О, ангел… Мне так жаль.

Я подошел к кровати.

Там была она.

Голая. Грязная. Вся в синяках.

Но в тот момент, когда я шагнул вперед и посмотрел на лужу крови на полу, мой мир просто остановился.

Я не мог пошевелиться. Я не мог дышать…. или думать…

Тейя лежала на полу с ножом в животе, из нее все еще текла кровь. Она была похожа на мертвую душу. Ее губы посинели, а кожа стала бледно-белой.

Нет. Нет.

Боже, пожалуйста, не поступай так со мной.

— Тейя… — я едва прошептал ее имя, когда бросился к ней и заключил в объятия.

Ее тело было похоже на безвольный труп. Холодное и мертвое.

Мои руки дрожали, слезы, которые в последний раз были пролиты по моей матери, были на грани того, чтобы пролиться. Я осторожно вытащил окровавленный нож и попытался прикрыть ее рану простыней.

— Тейя, пожалуйста, не оставляй меня. Я умоляю тебя. Пожалуйста, — мой голос сорвался, когда мое сердце почувствовало, что в него бесконечно вонзали нож, и ничто никогда не смогло бы вылечить это. — Ангел…пожалуйста.

Дрожащими руками я прикоснулся к ней и послушал пульс, умоляя Бога не забирать ее у меня.

ГЛАВА 11

На алтаре дьявола верх — это низ, удовольствие — это боль, тьма — это свет, рабство — это свобода, а безумие — это здравомыслие.

ЛЮЦИФЕР

ПРОШЛОЕ

Почему математика обязательно должна быть такой сложной?

Боже!

Закатив глаза и фыркнув, я наконец закончил тест. Отправив работу, я вышел из комнаты, спеша на игровую площадку поиграть в баскетбол.

Это то, что никогда не бывало сложным. Кто бы ни изобрел баскетбол, он чистый гений, и да хранит его Господь на небесах.

Все дети начали играть, передавая мяч друг другу. Играли с полной отдачей.

Адреналин бил по моему телу, когда я побежал трусцой к корту, присоединяясь к ним и начал игру.

Все говорили мне, что я великолепен в баскетболе. Некоторые даже спрашивали меня, в чем мой секрет. Но на самом деле никакого секрета нет, никакой стратегии тоже. Мама всегда говорила мне идти туда, где я нашел бы свой безопасный рай, свой собственный покой.

Для меня баскетбол — это мой покой.

Для меня это больше, чем игра, это как спасательный круг.

— Пасуй! — приказал я, ловя мяч у Аида.

Я подпрыгнул изо всех сил, загоняя его в корзину.

Забив еще один гол, я подпрыгиваю от волнения. Мяч отскочил немного далеко от площадки. Другие заняты прыжками и ударами в воздух, наслаждаясь своей победой. Я бросился за мячом, когда мой взгляд устремляется к дубу.

И тогда я увидел, что кто-то сидел.

Девушка.

Мои глаза метнулись к ней, когда я окинул взглядом ее темные волосы, затем фарфоровую кожу. Она самая красивая девушка, которую я когда-либо видел.

Такая юная. Такая ангельская.

В школе было много других девочек, но я никогда не видел ее раньше.

Кто она?

В ее красоте под этими юными чертами было столько обещаний. Солнечный свет подчеркивал ее кожу и волосы, заставляя их сиять.

Она нахмурила брови, заставляя меня последовать ее примеру.

Именно тогда я заметил книгу, лежащую у нее на коленях.

Ее глаза были сосредоточены только на страницах, поскольку она была потеряна в воображаемом мире, в то время как я терялся в ее красоте.

А в желтом платье с двумя косичками она выглядела такой другой… такой чистой.

Кто ты? — спросил я про себя. Меня так и подмывало пойти туда и поговорить с ней, когда Аид подошел сзади и схватил меня за плечо.

— Эй, пошли! Они хотят еще один матч, — сказал он, таща меня обратно на корт, когда я огляделся через плечо.

Попрощался с ангелом.

На данный момент.

НАСТОЯЩЕЕ

Звук, с которым кто-то прочистил горло, вернул меня к реальности. Я поднял глаза и увидел Франко, моего самого доверенного человека, стоящего в дверях моего офиса.

— Сэр, она отказалась есть, — пробормотал он.

Я тяжело вздохнул. Не прошло и дня, а она уже объявила голодовку. Как типично.

— Она вообще покинула свое место? — спросил я.

— Нет, сэр.

Я кивнул, прежде чем встал со стула и вышел из кабинета, направляясь наверх.

Я прошел в комнату для гостей, одетый в черную футболку и серые брюки, поскольку был на своей вилле. Я ворвался в комнату, застав ее возящейся с балконной дверью.