Клянусь своим сердцем (ЛП) - Шанджида Нусрат Али - Страница 49

Аид никогда не заслуживал ее. Не он был тем, кто влюбился в нее с первого взгляда. Он не был тем, кто уничтожил бы все, что могло стать причиной ее слез. Он не был тем, кто нашел луч надежды в ее глазах.

И он никогда не был тем, кто все еще испытывал к ней чувства, даже когда она предала его.

Но я был ничем не лучше Аида.

Я причинял ей боль бесчисленное количество раз. Я заставил ее усомниться в моей безусловной любви к ней.

Я был тем, кто лишил ее смысла любви и доверия в жизни.

И все потому, что я слишком сильно заботился о ней.

В те мрачные дни я был скован угрозами моего отца. Он не знал о моих отношениях с Тейей, и я изо всех сил старался, чтобы так и оставалось, зная, какими могут быть последствия. Но мне не следовало недооценивать его.

В ту минуту, когда он узнал о моем романе с Тейей, я понял, что он собирался выбить из меня все дерьмо. И, боже, он это сделал.

Я почти чувствовал, что мое дыхание вот-вот испарилось бы. Но этот ублюдок сохранил мне жизнь, чтобы причинить еще больше боли. Я принял все это без борьбы… все ради нее. Я должен был защитить ее.

На рассвете, когда он устал, а я едва мог пошевелить хоть единым мускулом, он опустился передо мной на колени, и лужа моей крови оказалась у него под ботинками, когда он заговорил.

— Я не знаю, сколько раз мне придется говорить тебе держаться подальше от этой сучки, — выплюнул он, его ноздри раздулись, как у быка.

Моя кровь стекала с костяшек его пальцев в доказательство того вреда, который он мне причинил.

— Но на этот раз с меня было достаточно.

У меня кровь застыла в жилах, когда я почувствовал глубину его угрозы.

— Будь рядом с ней еще раз. Один. Еще. Одно. Мгновение. И она сразу умрет прямо у тебя на глазах, — прорычал он.

Мои глаза широко открылись, когда я попытался обрести дар речи или пошевелить руками, чтобы остановить его… Что угодно… что угодно, лишь бы спасти ее.

— Мне, блядь, все равно, что ты ей скажешь, но тебе лучше никогда не видеть ее лица и не сметь даже думать о ней снова. Лучше запомни это, Люцифер. Иначе вы оба проведете остаток своих жизней среди мертвых.

Он встал, оставив меня в темном подвале.

Я проглотил комок в горле, изо всех сил стараясь пошевелиться, но не смог.

Я знал, что наши отношения не будут приняты в этом мире. И все же я надеялся на это. С ней у меня всегда была надежда… Но что у меня было без нее?

Я сжал кулаки, чувствуя, как мое сердце бешено колотилось в груди, понимая, что вся эта боль будет ничем по сравнению с болью, которую испытает Тейя, когда я оставил бы ее.

Она не смогла бы этого вынести.

Это всегда моя вина. Я разрушал все, чего хотел. Я разрушал все, к чему прикасался.

В конце концов, дьяволу никогда не суждено быть рядом с ангелом.

Это самый абсолютный закон.

Залпом выпив виски, я позволил золотистой амбре обжечь мне горло, поскольку она успокаивала мои нервы. Когда я порвал с Тейей, как гребаный идиот, я надеялся, что она поняла бы причину моего притворства. Она поняла бы, как мне больно видеть эти слезы боли и недоверия в ее глазах. Но ее брак с Аидом доказал мне, что я ошибался, что она никогда не верила в нас.

Если ей было все равно, то почему мне не должно быть?

Стук в дверь вернул меня к реальности.

— Входи, — пробормотал я, облизывая губы.

Она вошла в кабинет в шелковом халате, прикрывающем ее тело. Из-под полы халата выглядывали синие туфли на каблуках. Ее волосы были уложены волнами, на лице был легкий макияж.

Через несколько секунд я почувствовал, как мой член затвердел в штанах, пока я наблюдал за ней со своего стула. Несмотря на то, что я ненавидел ее за то, что она потеряла веру в нас, я все еще не мог избавиться от влечения, которое вело меня к ней. Я был давно потерянным незнакомцем, привлеченным ее манящей красотой, когда она притягивала меня к себе, как Сирена.

Осушив свой бокал, я поставил его на стол, пытаясь обдумать мотивы ее поведения на сегодняшний вечер.

Я смотрел, как она стояла в дверях с видом потерявшегося щенка, не зная, что делать. Я всегда трахал женщин, которые легко сдавались, зная, что бороться со мной бессмысленно. Но с Тейей… Я хотел, чтобы все было по-другому.

Контролирующе. Требовательно. Грубо.

Сглотнув, она, наконец, шагнула ко мне, заправляя выбившуюся прядь своих густых волос за ухо.

Музыка сменилась на " Black Atlas", поющийо Pain and Pleasure.

Она стояла передо мной, ее силуэт был темным в свете камина позади нее. Посмотрев вниз, она развязала халат, позволив ему упасть на землю.

У меня сразу же перехватило дыхание, когда мой член затвердел, пытаясь найти выход для некоторого облегчения.

За ее знойные изгибы можно было умереть. На ней было кружевное белье королевского синего цвета, стринги и бюстгальтер в тон. Мне стоило большого труда сдержаться, чтобы не сорвать с нее стринги и не съесть ее киску, как голодный лев.

Синяки на ее руках теперь превратились в поблекшие отметины.

У нее широкие бедра, тонкая талия и самые сексуальные ноги, обтянутые чулками.

Действительно, гребаная Сирена.

Сжав кулаки, я попытался взять себя в руки, не подавая никаких признаков отчаяния.

Я неподвижно сидел на своем месте, любопытствуя узнать, что она хотела сделать.

Это был ее способ подчиниться мне?

Она наконец-то сдавалась? Становилась моей?

Мои глаза приковались к ее неуверенному взгляду, когда она опустилась между моих бедер и положила свои тонкие руки на оба моих колена.

Как ответственная женщина, она, наконец, осмелела и расстегнула молнию на моих брюках.

Я потерял контроль над своей реакцией и глубоко вздохнул в предвкушении.

Я слегка приподнял бедра, предоставляя ей лучший доступ, пока она стягивала с меня парадные брюки, а затем и боксеры. Ее тонкие пальцы ласкали мой член, прежде чем вытащить его, когда он, наконец, освободился. Моя рука тут же взяла ее за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Скажи мне, зачем ты здесь, Тейя? Скажи это вслух, — простонал я.

Ее пальцы обхватили мой член, нежно сжимая его, прежде чем двинуться вверх и вниз, заставляя мое тело рычать от сильного удовольствия.

Наклонившись вперед, я взял ее волосы, намотал их на руку и откинул ее голову назад, пока мой нос не соприкоснулся с ее носом.

— Ответь мне, черт возьми, Ангел.

Она моргнула, глядя на меня с приоткрытыми губами. Мурашки побежали по моей коже, когда она начала тяжело дышать.

— Принадлежать тебе, — едва слышно прошептала она.

— Лучше будь честна, Ангел, потому что, как только ты согласишься на это, я не остановлюсь, несмотря ни на что.

Облизнув губы, она прошептала:

— Я хочу этого. П-пожалуйста.

Откинувшись на спинку сиденья, как гордый король, радующийся своей победе, я слегка потянул ее за волосы. Она немного дернулась вперед, издавая хныкающий звук. Ее глаза потемнели, обозначая интенсивность ее предвкушения, ее дыхание ласкало мой возбужденный член, заставляя мою кровь биться быстрее.

Этой ночью ты будешь полностью моей, черт возьми.

— Докажи это. Соси мой член, пока я не увижу, как слезы текут по твоим щекам, а слюна стекает по подбородку, — прошипел я. — Соси его, как мой добрый маленький ангелочек.

Ее тело начало дрожать от моих слов. Ее кожа вспыхнула, как адское пламя. Она хотела этого. Она нуждалась в этом, как в следующем вздохе.

Придвинувшись ближе, она обхватила своими губами мой кончик, встретившись со мной взглядом, и скользнула ртом вниз, ее язык прижался к моему члену.

Крепко схватив ее за волосы, я откинул голову назад, закрыв глаза.

Она двигалась вверх и вниз, в то время как ее рука обхватывала мои яйца, нежно массируя их.

Я застонал, наблюдая за движением ее рта. Ее губы накрыли мой член, а на глазах выступили слезы. Я мог видеть несколько темных синяков на ее спине, но я не позволил этому повлиять на мою похоть.