Клянусь своим сердцем (ЛП) - Шанджида Нусрат Али - Страница 59

Теперь у меня был шанс вернуть ее, и я была готова на все ради нее. Даже если это означало уничтожение Люцифера.

Но глубоко внутри, после его признания… все изменилось….

Той ночью Люцифер показал мне себя прежнего.

Прежнего Люцифера, который делал все, чтобы защитить меня, и пожертвовал нашей любовью, чтобы спасти меня. Но после того дня, когда мы расстались.…он ни разу не связался со мной.

Он никогда не пытался приблизиться ко мне.

Он разочаровался во мне. В нас.

Но теперь он вел себя по-другому.

Он раскрывался все больше и больше, и это только мешало моему решению.

Я внутренне раздумывала, стоило ли мне рассказать ему о моей дочери, нашей дочери.

Помог бы он мне?

Но в то же время, я не могла не думать, что ему, возможно, все равно. Зачем ему это?

Если он не заботился настолько, чтобы вернуться ко мне, тогда почему он должен заботиться о нашей дочери?

Он похитил меня, чтобы отомстить Аиду. Он использовал меня.

Но я использовала его, чтобы сбежать, чтобы получить свободу.

Так, какая между нами разница? Чем я отличалась от него?

***

Следующие несколько дней Люцифер обращался со мной как со мной, а не как со своей пленницей. Он носил меня туда, куда я хотела или в чем нуждалась, и приносил мне еду, пока я отдыхала в его постели. Но самым большим отличием было то, что он относился ко мне с заботой и нежностью.

В облаках прогремел гром, когда начал лить дождь, обрушиваясь на землю. Мирный сон окутывал мои ночи, когда руки Люцифера обвивали меня. Неосознанно он пленил мое сердце, и я позволила ему стать моим хищником.

Моя голова покоилась на его широкой груди, когда наши обнаженные тела прижались друг к другу, а мои руки обвились вокруг его шеи. Его пальцы одной руки перебирали мои пряди, а другая покоилась на моей талии, в то время как мои обводили татуировку на его груди — луну, нарисованную чернилами.

Его тепло было самым уютным местом. Оно было таким манящим и успокаивающим. Я так старалась не думать о других женщинах, с которыми он спал здесь. Хотя на ум пришла женщина, которая сосала его член, когда мы были в той комнате.

Была ли она его постоянным выбором?

Часто ли он ее трахал?

Приходила ли она к нему всякий раз, когда я игнорировала его?

Как будто он почувствовал, что я напряженно думала, его пальцы перестали двигаться, когда он повернул свое лицо к моему.

— О чем ты думаешь?

Я покачала головой, слушая, как капли дождя барабанили по окну и балконной двери.

Убирая выбившуюся прядь мне за ухо, он откинул мою голову назад, и я встретилась с его темными проницательными глазами.

— Расскажи мне.

Вздохнув, я поняла, что он так просто это не оставил бы.

— Та женщина из той комнаты… она для тебя особенная?

— Какая женщина? — ошарашенно спросил он, как будто понятия не имел, о ком я говорила.

— Женщина, которая была с нами в той комнате, когда я танцевала на шесте.

Возможно, в прошлом он спал со многими другими женщинами, но в тот день он выбрал ее. Почему именно ее? Его взгляд медленно расслабился, смущение в глазах потускнело.

— Она была просто шлюхой, которую я трахал. Она ничего для меня не значит. Ни одна другая женщина ничего не значит для меня.

— Тогда зачем ты привел ее в тот день?

Мне было плевать, что это прозвучало отчаянно, мне нужно было знать.

Его глаза сияли весельем и любопытством.

— Ты ревнуешь, Ангел?

— Не меняйся здесь ролями. Отвечай мне.

Он тихонько посмеялся, притягивая меня ближе к себе и обнимая за талию собственнической хваткой.

— Она пришла, потому что была свободна в ту ночь. Ничего больше, мой ревнивый Ангел.

Я покачала головой.

— Я не ревную.

Может быть, немного.

— Я… всегда… — его голос затих, когда он опустил глаза, первый признак раскаяния, который он когда-либо показывал мне.

— Ты всегда?

— Я всегда заботился… только о тебе.

Наши тела оставались близко друг к другу, но он не прикасался ко мне так, словно хотел меня трахнуть.

— Но мне показалось, ты сказал, что из-за меня ты превратился в монстра.

— Потому что я не хотел снова становиться уязвимым, я просто не смог бы снова с этим справиться, — его рука гладила мою талию и спину, как будто он пытался успокоить меня, хотя, казалось, именно ему было больно. — Я не хотел, чтобы ты знала, что ты все еще можешь влиять на меня. Я не хотел, чтобы ты это контролировала.

В его голосе звучала кристально чистая правда. Он был абсолютно честен, я чувствовала это нутром. Я так долго боролась со своим разбитым сердцем, что поклялась никогда не отдавать себя другому. Но из-за его правдивости мне трудно сдерживать свои эмоции. Я делала все это ради спасения своей дочери, чтобы вернуть ее. Но в то же время я не могла отрицать, что также делала это, чтобы отомстить Люциферу за всю ту боль, которую он мне причинил. И теперь… Я не знала, действительно ли это то, чего я хотела. Его холодность и темная сторона всегда отталкивали меня, делая месть сильнее, но теперь я поняла, что где-то в этой темноте внутри него притаился мой Люцифер. Люцифер, в которого я влюбилась, тот, кто предал меня только для того, чтобы защитить.

На этот раз, вместо него, я та, кто предала.

— Тогда почему ты сказал все это?

— Потому что, несмотря на то, что я твой похититель… — он не закончил фразу, потому что ему было больно признавать правду. — Чем дольше ты остаешься здесь, тем больше меняются роли.

— Так это значит, что ты хочешь, чтобы я уехала как можно скорее?

Я старалась не слишком на это надеяться, но в глубине души молилась, чтобы он попросил меня остаться.

Я хотела, чтобы на этот раз он стал моим спасителем и помог мне вернуть нашу дочь.

— Я не знаю, хочу ли я этого теперь, — он обхватил мое лицо ладонями, его пальцы зарылись в мои волосы.

Я больше не была его пленницей. Это то, что мне было нужно, чтобы стать к нему ближе. Но теперь, когда я это сделала, вся моя тяжелая работа, казалось, была напрасной.

— Когда придет время, ты отправишь меня обратно к Аиду?

Он долго молчал, ничем не выдавая себя.

Он выдержал мой пристальный взгляд, наши взгляды встретились.

— Поспи немного. Уже поздно.

Он наклонился к прикроватной тумбочке и нажал выключатель, задергивая шторы на окнах, в результате чего в комнате стало темно.

***

ЛЮЦИФЕР

Убирая пистолет обратно в карман костюма, я вышел из машины. Дождь барабанил по крыше машины. Франко вышел первым и ждал меня с зонтиком, пока мы шли к судоходному причалу.

Было 3 часа ночи. Мне было лучше лежать в своей постели с Тейей на руках, но это важно. Я уже некоторое время ждал сообщения от Аида, но когда на моем телефоне зазвонил сигнал с его сообщением, мое сердце упало.

Это то, чего я хотел, но все же это было уже не то, в чем я нуждался.

Мое время с Тейей подходило к концу. Если Аид тоже передал бы то, что я ему сказал, тогда мне пришлось бы вернуть ему Тейю на следующий день. И я не был готов отпустить ее. Пока нет.

Аид стоял у стены здания в сопровождении своего собственного охранника, прикрывавшего его зонтиком, одетый в свой черный костюм с галстуком в тон. Его медно-рыжие волосы были зачесаны назад, несколько выбившихся прядей падали на лоб. Его губы были сжаты в тонкую линию, выдавая его раздражение и злость. Его взгляд был нейтральным, как будто он пытался скрыть свои эмоции. К несчастью для него, я его брат, поэтому знал, что бродило в его изворотливом уме.

— Люцифер, — он кивнул в знак приветствия.

Когда я смотрел на него, ненависть разрывалась в моей груди. Он сделал все возможное, чтобы лишить меня хоть капли счастья в моей жизни. Каждый раз, когда я смотрел на него, я видел его и Тейю вместе в их доме, живущих как счастливая пара. Это мог быть я, но он украл ее в ту минуту, когда отец выгнал меня из дома.