Роковая одержимость - Анис Дрети - Страница 74

— Почему ты так его ненавидишь? – я не могла удержаться от вопроса.

Дэймон выпрямился, его гнев был ощутимым.

— Я ненавижу их всех, каждого, кто был до меня. Никого другого не должно было быть, потому что я думал, что держу всех подальше от тебя. Студенты в кампусе знали, что к тебе лучше не приближаться. Большинство думали, что я говорил им обходить тебя стороной из-за какого-то мелкого соперничества.

Бывало, что парни в кампусе приставали ко мне, но они всегда таинственным образом исчезали. Теперь, когда я сложила два и два вместе, было очевидно, что Дэймон, должно быть, платил им, чтобы они держались подальше, или избивал их, возможно, и то, и другое. Я решила не расспрашивать его на другую тему, где меня могли вызвать в качестве свидетеля.

Дэймон смотрел мне прямо в глаза.

— Затем пару недель назад я случайно услышал на вечеринке разговор Софи и Розы. Софи спросила, развлекаешься ли ты с девушками, и Роза сказала, что ты не делаешь различий, но предложила подождать до зимних каникул. До того момента я не думал, что ты сексуально активна.

Дэймон пристально изучал меня, раздумывая, стоит ли углубляться в тему дальше. Он запустил пальцы в мои волосы.

— Но я понимаю. – На этот раз в его голосе звучала не только ревность, но и раскаяние. — Годовщина свадьбы твоей матери пришлась на зимние каникулы, в тот день ты чувствовала себя наиболее одиноко, поэтому искала утешения в сексе.

Я не стала отрицать его оценку. Лгать ему было все равно что лгать самой себе. Первые несколько лет после повторного замужества мамы были особенно трудными. Я не хотела быть свидетелем их счастья, и взгляды, которыми она украдкой обменивалась с Зейном, заставляли меня чувствовать, что она все больше отдаляется от меня. Проводить каникулы с ними было последним, что я хотела делать. За исключением последних зимних каникул, мне удавалось избегать их, участвуя в различных стажировках за пределами штата.

В глазах Дэймона отразилось глубокое понимание.

— Я злюсь на других людей, а не на тебя, – пояснил он, понизив голос до более мягкого. — И я злюсь на себя. Хотел бы я быть рядом с тобой. Или хотя бы быть рядом, чтобы помешать им воспользоваться тобой.

Я замерла от намека Дэймона.

— Что ты имеешь в виду?

— Этого не должно было случиться, – с сожалением произнес он. — Тебе было всего пятнадцать.

— Ты учился в школе-интернате. Ты действительно хочешь сказать, что впервые занялся сексом в восемнадцать?

— Люди в интернате были моего возраста. В колледже все были намного старше тебя, – возразил он, его разочарование просачивалось наружу. — Они должны были лучше знать. Им все сошло с рук по формальным причинам, потому что ты тоже училась в колледже. Они думали, что вы на равных, хотя это не могло быть дальше от истины.

Я не была согласна с позицией Дэймона.

— Все было по обоюдному согласию, – настаивала я.

— Ты не могла дать согласие в пятнадцать лет.

Его убежденность затуманила мой разум.

— Вот почему ты ненавидишь Элай… – Я оборвала себя, поймав ледяной взгляд Дэймона. — Вот почему ты ненавидишь ординатора из Корнелла? – перефразировала я, хотя ирония не ускользнула от меня.

Дэймон верил, что Элайджа развратил меня. Однако разве Дэймон не поступил еще хуже, накачав меня наркотиками, женившись на мне и пытаясь сделать мне ребенка против воли?

Как всегда, Дэймон словно подхватил мои мысли из воздуха.

— Не сравнивай наши отношения с ним. Это совсем другое. Ты моя жена, и мы всегда будем вместе. Между нами не только секс.

Я не знала, что сказать или что чувствовать. Дэймон утверждал, что сделал все это, чтобы быть со мной, а не для того, чтобы причинить мне боль. Он оправдывал свое неадекватное поведение, и одновременно избивал других за меньшие преступления.

— И это делает все нормальным?

— Ты уже взрослая, и мы равны. В то время как когда ты лишилась девственности, ты была ребенком, который понес большие потери. Люди наживались на твоей уязвимости, потому что ты чертовски красива. Это был единственный способ заполучить тебя, потому что ты была не в их лиге, и они тоже это знали.

— Это безумие.

— Ты так думаешь? – Дэймон бросил вызов, в его голосе звучала убежденность. — Розе двадцать один год, столько же было тогда Данкворту. Что бы ты почувствовала, если бы Роза занялась сексом с пятнадцатилетним?

Отвращение инстинктивно прокатилось по мне.

— Она бы никогда так не поступила. Это мерзко.

— Именно, – торжествующе подтвердил Дэймон.

Я была ошеломлена, обнаружив, что полностью согласна с Дэймоном. До сих пор я никогда не считала поступок Элайджи неправильным. Он был очень мил и спросил моего согласия. Он поступил порядочно, предложив остаться на ночь и угостить меня завтраком на следующее утро. Я отказала ему, когда он пригласил меня на свидание.

Наверное, на каком-то уровне я понимала, что это не круто, когда двадцатиоднолетний преследует пятнадцатилетнюю. Если бы мы поменялись ролями, я бы никогда не согласилась на подобное. Идея переспать с пятнадцатилетним парнем вызывала у меня отвращение. Несмотря на мои неоднозначные моральные устои, это был тот порог, который я бы не переступила. По той же причине я уважала Софи за то, что она подошла ко мне после того, как мне исполнилось восемнадцать. Эта мысль вызвала еще одно скрытое подозрение, с которым я боролась.

— Ты знал о групповом сексе до того, как отправился на вечеринку?

Дэймон покачал головой.

— Софи догадалась, что у меня есть к тебе чувства, и решила устроить драму, спровоцировав меня на секс втроем.

— Как она узнала?

— После того, как я подслушал, как Софи разнюхивает о тебе, я попросил ее держаться подальше. – Резкость в голосе Деймона вернулась. На этот раз это была чистая ревность. — Это только подогрело ее интерес, и она все равно пошла к тебе.

— Тогда зачем ты пришел в мою комнату?

— Я же сказал. Недавно я узнал, чем ты занималась каждую годовщину свадьбы своей матери. Я пошел на ту вечеринку, чтобы помешать тебе переспать с кем-то еще, и запомнил планировку дома. Когда Софи написала мне, чтобы мы встретились, она прислала указания, как пройти в твою комнату. Я понял, что она нарушила свое слово и сделала тебе предложение. Поэтому я разбил ее машину.

Это должно было вывести меня из себя, но по какой-то причине вместо этого из моего рта вырвался смех. Оказалось, что Дэймон был именно тем сумасшедшим, которого я искала всю свою жизнь.

Глава 35

Дэймон

Поппи была скользкой к тому времени, как я устроился между ее бедер, мой расстегнутый ремень скользнул по ее обнаженным ногам. Я поклялся, что заставлю ее жаждать меня, но я был единственным, кто не мог прожить без нее и нескольких часов. Все внутри меня кипело от неудовлетворения, вызванного отказом от секса, пока я давал нашим телам передышку на восстановление. Прошлой ночью она даже встать не могла, а мой член был сильно натерт.

Поппи предложила устроить киномарафон: «Двенадцать ужасных убийств», а за ним сразу «Тринадцать ужасных убийств». Хотя, по ее мнению, сиквел был слишком попсовым.

На середине фильма Поппи вышла в туалет. Когда она вернулась, я загнал ее в угол и прижал к стене гостиной.

Моему рассудку был нанесен еще один удар. Внутри меня тикала бомба, готовая взорваться. Я пылко поцеловал ее и вжал в стену с такой силой, что она стала сопротивляться, ища передышки.

— Дэймон, – простонала Поппи.

— Я думаю, мы ждали достаточно долго. Разве нет? На этот раз я не могу облегчить тебе задачу. Ты нужна мне слишком сильно, – прорычал я, стягивая ее свитер через голову и бросая его на пол. Я спустил ее трусики и леггинсы до бедер.

Головка моего члена терлась о киску. Ее вход стал ýже, поскольку леггинсы плотно обтягивали ее бедра. Блестящие глаза сияли похотью, пока я растягивал ее, чтобы она могла принять мой размер. Я итак был слишком большим для нее, сказывалась наша значительная разница в размерах.