За любовь отдам...Тебя! (СИ) - Дорофеева Наталья - Страница 12

Неожиданно шторы на окнах раздвинулись, и открылась дверь, в проеме которой появилась знакомая фигура. Камни на наших кольцах треснули, и мы с подругой снова стали видимы.

– Здравствуйте, девушки. Я вас еще вчера тут ждал сразу после жеребьевки, почему не пришли? – поинтересовался Александр Кайзер, прикрыв за собой дверь.

Под его пристальным взглядом внутри все сжалось от страха. Руки задрожали так сильно, что я выронила бумаги, и они рассыпались по полу.

– Расскажете, что именно ищете? – задал вопрос декан.

Ответить хотя бы что-то не нашла в себе сил не только я, но даже Беатрис. Моя подруга побелела и, казалось, сейчас упадет в обморок.

– Может, вам помочь? – предложил он.

Декан подошел к одному из шкафов, открыл его дверцы, и мы увидели вместо полок проход, ведущий в какую-то другую комнату.

– Проходите, не стесняйтесь, – сказал Кайзер.

Он зашел внутрь, пригласив нас жестом проследовать за ним. Мы оказались в огромном помещении, где в воздухе парило множество прозрачных мисок. В каждой из них лежало по три белых шарика.

– Вас, полагаю, это интересует? – спросил Александр Кайзер, внимательно посмотрев прямо на меня. – Дайте угадаю, хотели переложить имя мисс Коллинс в корзину с Риком Эстли?

Да, именно таким был план. Все участники распределены на группы по трое и должны будут сразиться между собой. Таким образом, каждый студент проведет по два боя. Чтобы пройти отборочные, достаточно выиграть хотя бы один из них.

Гарольду довольно легко удалось уговорить Рика помочь. Четверокурсник был уверен в своих силах и должен был проиграть моей соседке. Конечно же, при условии, что вторым его соперником вдруг не окажется один из фаворитов турнира. Но... Как Кайзеру это стало известно? Неужели Рик нас сдал?

Декан взмахнул рукой, и шарики из мисок поднялись в воздух. На каждом из них загорелись пламенем имена участников турнира.

– Что стоим? – спросил Кайзер. – Меняйте, не тратьте мое время.

Мы с Беатрис переглянулись, но побоялись даже сдвинуться с места. Декан вздохнул, снова взмахнул рукой, и шарик с именем моей подруги поменялся местами с шариком, на котором было написано «Оливия Райнер».

– Ну, вот, теперь все так, как вы хотели, – довольным голосом сказал декан.

С изумлением посмотрела на Кайзера. Он на самом деле поместил в одну тройку Беатрис и Рика. Но почему? Мужчина же тем временем подошел к шарику с именем Оливии, взял его и повертел в руке.

– Странно выходит. В корзине с мисс Коллинс должны были быть Курт Алдер и Саймон Эмброуз… В курсе ведь, кто это такие? – поинтересовался Кайзер.

Мы с Беатрис молча кивнули. Кто же в Академии их не знал? Именно этих студентов больше всего опасался Рик. Два пятикурсника делили первые строчки рейтинга, и никто не сомневался, что первое место будет «разыграно» именно между ними.

– Эффектное сражение двух лучших студентов обязательно впечатлит Короля, вам так не кажется?

Естественно, впечатлит. Тем более, что они оказались в самой последней корзине, и, соответственно, будут выступать последними.

– Алдер и Эмброуз смогут в бою между собой показать все, на что способны. Им ведь незачем будет беспокоиться о своем втором сражении, которое пройдет с главным аутсайдером турнира. Уж простите, мисс Коллинс, но объективно вы – самая слабая студентка, подавшая заявку на участие в турнире.

– Хотите сказать, это не случайность? – спросила Беатрис. – Кто-то специально…

– Еще вчера, – кивнул декан. – Такие же колечки, как у вас, достали и наши фавориты.

Кайзер поменял шарик с надписью «Оливия Райнер» на тот, на котором горело мое имя.

– Согласитесь, будет справедливо, если компанию нашим обманщикам составит не мисс Райнер, а студентка, которая, как и они, хотела подтасовать результаты жеребьевки?

Пожалуй, это на самом деле было справедливо. Но лучше бы он меня сразу выгнал, а не заставлял позориться на глазах не только у всей Академии, но и у Короля.

Опустив головы, мы с подругой вышли из кабинета и вернулись в общежитие, где у самого входа нас ждал Гарольд.

– Получилось? – спросил он, бросившись нам навстречу. – Поменяли?

– Да как сказать… Беатрис будет в тройке с Риком, – грустно ответила ему.

Мой любимый улыбнулся, обнял меня и поцеловал в щеку.

– Я же говорил, что у вас все получится, – сказал он.

– Только вот мое имя теперь в корзине с Алдером и Эмброузом, – сообщила ему.

– Не понял? – любимый удивленно посмотрел на нас с подругой.

– Там был Кайзер, – пояснила Беатрис. – Он сказал, что так будет справедливо.

Подруга очень испугалась, когда увидела реакцию Гарольда, и сбежала в нашу спальню, оставив меня с ним наедине. Надо признаться, мне и самой стало очень страшно. Впервые в жизни я видела, чтобы мой жених так злился. Он раньше никогда не повышал на меня голос, а теперь кричал, что я полная дура и теперь точно не пройду отборочные.

На какую-то секунду я даже испугалась – мне показалось, что он с трудом удержался от того, чтобы меня ударить. Но поразило до глубины души меня совсем не это, а то, что Гарольд сказал, когда немного успокоился.

Он сообщил, что я буду обязана забрать документы из Академии после того, как забеременею. До этого же я буду обязана находиться рядом с мужем. Соответственно, мое отчисление фактически станет нарушением договора, который подписала мама и который мне так и не удалось дочитать до конца.

Глава 14: Ставки

София Крейн

– Все еще на своего обижаешься? – спросила Беатрис. – Глупо, он же извинился! Вон, какие розы красивые прислал.

Не стала ничего отвечать и лишь накрылась с головой одеялом. Да, красивые, но глаза б мои их не видели! Лучше бы Гарольд мне договор прислал вместо цветов! Вот только сделать это мой жених отказался наотрез, и сколько бы я ни пыталась у него узнать, какие еще «сюрпризы» меня ждут, все было тщетно.

Гарольд все время повторял, что на договоре настояли его родители. Еще постоянно обещал, что никогда не заставит меня делать что-либо против моей воли, а любые «неприятные» пункты договора мы сможем обойти. При необходимости даже сказал, что заберет свои документы, и Академию мы покинем вместе. Очень хотелось верить, но…

У меня возникли сомнения в честности моего любимого человека. Слова Гарольда перестали вызывать доверие вовсе не из-за договора – причиной стала его внезапная вспышка гнева. Раньше я была уверена в том, что хорошо знаю своего жениха. Теперь же вынуждена была признать, что, возможно, я очень сильно ошибалась.

Единственное, что меня успокаивало, так это то, что мне могло показаться, и у Гарольда даже в мыслях не было ничего плохого. Вдруг мой жених просто слишком остро отреагировал из-за того, что боялся моего исключения?

Как бы там ни было, у меня складывалось впечатление, будто мне на шею накинули удавку, которая с каждым днем только затягивалась. Я больше не могла слепо довериться любимому человеку, а потому попросила маму прислать мне текст договора. Ох, лучше бы я этого не делала! Она так сильно испугалась, что мне с трудом удалось успокоить ее, заверив, что все хорошо.

– Ой, подумаешь, поссорились! – услышала от подруги, усевшейся на край моей кровати и стянувшей с меня одеяло. – Сейчас не это главное. Ты просто не имеешь права тут валяться, когда там такое!

– Имею, занятия же отменили, – напомнила я ей.

– Да ты хоть представляешь, что пропускаешь? На открытии сражались победители прошлых лет, – с восторгом сказала моя соседка. – Это было невероятно! Арена горела в буквальном смысле слова, и я даже думала, что они пробьют защитный купол!

– Очень рада слышать, что ты осталась довольна! Возвращайся, пока что-нибудь интересное не пропустила.