Мое темное желание (ЛП) - Хантингтон Паркер С. - Страница 26

Я взял с тарелки с сашими полупрозрачный кусочек будо-эби и поднес его к губам.

Слишком теплый.

— Это все, мисс Михайлова?

По какой-то непостижимой для меня причине я питал глупую надежду, что она скажет мне, что Фэрроу пыталась поджечь дом, выставить на аукцион всю мою коллекцию произведений искусства или совершить какое-нибудь другое отвратительное преступление на моей территории.

Что-нибудь, что дало бы мне повод разыскать мисс Баллантайн и подышать огнем на ее вьюжное существование.

Но Натали лишь снова выдохнула, склонив голову.

— Нет, сэр, на этом все.

Она удалилась с тележкой, оставив меня с неожиданным свиданием, которого я не хотел, и сервером агентства знакомств с низкой степенью защиты, который нужно было взломать.

16

ЗАК

Олли:

Поужинаем сегодня?

Зак Сан:

Занят. Пас.

Зак Сан:

Особенно если ты планируешь явиться в той же рубашке, что и в прошлый раз…

Олли:

Что? Стыдно идти рядом со мной, когда я ублажаю свою жену?

Ромео Коста:

Жена?

Олли:

Футболка с побитой женой, но с лучшим пиаром.

Зак Сан:

Его нужно сжечь.

Зак Сан:

Ни один мужчина по эту сторону Джерси-Шор не носит майку вне спортзала.

17

ЗАК

Новость о неожиданном свидании вслепую нарушила мой график.

В обычный день я был бы на полпути к процессу отбора кандидатов для враждебного поглощения.

Эйлин Янг только что спасла компанию за счет моего настроения.

Дверной звонок прозвенел ровно в три часа.

По крайней мере, она пришла вовремя.

Я ценил пунктуальность. Она показывала характер. Ну, во всяком случае, самый минимум.

Я подошел к окну, откладывая недоеденный обед. Возле моего фонтана припарковался белый Бентли, сверкающий после недавней мойки.

Отличный выбор. Ничего слишком оскорбительного или вульгарного. Никаких ярко-розовых Range Rover или неоново-зеленых Lamborghini.

Засунув руки в передние карманы, я вышел из офиса и спустился по лестнице, чтобы поприветствовать свою пару вслепую.

Если честно, это вряд ли можно было назвать свиданием вслепую. Не тогда, когда я проскочил через жалкий слой охраны, чтобы добраться до досье Эйлин из агентства знакомств.

Эйлин Янг.

Тридцать три года.

Действительно, невролог с Манхэттена.

Три диплома двух Лиг плюща. Многократная работа в организации "Врачи без границ". Автор популярного пособия по изучению А. П. Био.

В прошлом году она использовала свои гонорары, чтобы выплатить 12-миллионную ипотеку за квартиру в Верхнем Ист-Сайде.

Казалось, мама нашла для себя идеальную девушку. Что, конечно же, означало, что она нашла идеальную девушку для меня.

Теперь мне оставалось только не облажаться.

Легче сказать, чем сделать.

Когда дело касалось людей, я больше умел облажаться, чем преуспеть. Женщины, в частности, считали все мое существование личным оскорблением.

Я никогда не обращал на них внимания.

А когда обращал, то обычно в форме жестокой честности сообщал им, что нахожу их разговор таким же скучным, как сортировка песчинок по размеру.

Ты буквально умеешь расщеплять атомы, Зак.

Конечно, ты можешь сделать так, чтобы эта девушка перестала тебя ненавидеть.

Я прошелся по коридору и спустился по лестнице, отметив, что сегодня дом выглядит особенно чистым.

Я был немного разочарован тем, что Фэрроу так и не попробовала ничего плохого. Мне казалось, что мы сразимся с ней, как только она приедет.

Возможно, она припасла для меня что-то на потом.

Ни одна часть меня не верила, что она ляжет и примет это. Примет меня как своего босса и будет вести себя хорошо.

Когда я открыл входную дверь, передо мной предстала идеальная женщина моей матери. Высокая и стройная, с блестящими темными локонами до плеч, в шалфейно-зеленом костюме от Burberry.

У нее были волосы с пробором посередине, заправленным за уши, в стрижке, которую можно было сделать только с помощью линейки.

Ее лицо украшало нейтральное выражение, а осанка была гордой и прямой.

— Добрый день. — Голос ее звучал почти роботизированно. Не обязательно плохой для человека, который не любил homo sapiens. — Закари?

К сожалению.

Я слегка поклонился, отошел в сторону и жестом пригласил ее войти.

— Эйлин.

Все мои внутренности сжались при мысли о том, что она может попытаться обнять или поцеловать меня.

К счастью, она прошла внутрь с практической легкостью, не потрудившись взглянуть в мою сторону, когда ставила свою черную сумку Ferragamo на шкафчик.

Она сняла туфли на каблуках, аккуратно сложила туфли Malone Souliers и поставила их рядом с дверью.

Вокруг ее горла обвился шарф Hermès, призванный укрыть нежную кожу от солнца.

Она развязала его, завязав шелк в модный браслет на запястье.

Я поджал губы, подавляя гримасу. Как будто моя мать лично ее воспитывала.

— Я не отниму у тебя много времени. — Слова прозвучали с практической легкостью, как будто их произносили десятки раз. Сколько свиданий вслепую пришлось пережить Эйлин, чтобы достичь такого уровня роботизированности? — Если ты можешь одолжить мне ожерелье, я уже иду. Я сообщу нашим матерям, что мы поговорили и пришли к выводу, что наши планы на будущее не совпадают. Однако я была бы признательна за ожерелье. Сегодня вечером состоится благотворительный вечер в честь святого Иуды, и твоя мама будет задавать вопросы, если я его не надену.

Я хотел только одного: отправить ее в веселый путь и уйти из моей жизни с этим ожерельем.

Но я дал обещание жениться на выбранной мамой невесте, а Эйлин была полным набором. Пиньята с хорошими манерами и превосходным воспитанием.

— Не хочешь сначала осмотреть дом? — спросил я сквозь стиснутые зубы. — В конце концов, ты же проделала весь этот путь.

Мы стояли в восьми футах друг от друга, и никто из нас не хотел преодолевать это расстояние.

— О, правда. Я не хочу навязываться.

Перевод: пожалуйста, не заставляй меня страдать еще секунду.

— Ты не навязываешься. — Мои губы едва шевелились, пока я говорил. — Фондовый рынок закрывается через пятьдесят минут, а я уже отработал сегодня.

Она уставилась на меня так, словно я только что заявил, что каждый вечер купаюсь в кошачьей моче, чтобы расслабиться.

— Ты заканчиваешь рабочий день в четыре?

— Я работаю все часы дня, — уточнил я. — И по ночам. — На случай, если ты когда-нибудь захочешь попросить у меня хоть немного времени в качестве жены.

— Ты всегда такой расслабленный? — Она нахмурилась, но потом разгладила свое выражение лица.

Я не стоил того, чтобы морщиться.

— Только сегодня. — Я заставил себя улыбнуться, и во рту у меня взорвался кислый вкус. — Ну что? Не хочешь присоединиться ко мне?

Эйлин слегка напряглась, выдох пролетел мимо ее губ, слишком поспешный.

Очевидно, она надеялась, что я не стану спрашивать.

— Я приму экскурсию, спасибо.

Она не хотела быть здесь так же, как и я не хотел, чтобы она была здесь. Тот факт, что мне не придется оттаскивать ее от себя, странно успокаивал.

Быстро кивнув, я повернул голову в сторону восточного крыла.

Мы прогуливались на значительном расстоянии друг от друга, и я рассказывал скучные анекдоты и факты о каждой комнате и предметах искусства, украшавших ее.

Эйлин кивала в нужные моменты, делая вид, что ей не все равно, но я часто ловил ее на том, что она проверяет свои тонкие кожаные Cartier.

Я мог бы сделать хуже, чем жениться на человеке, который не хотел бы находиться со мной в одной комнате. На самом деле, я предпочитал это альтернативе.

Отбиваться от нуждающейся жены казалось новым кругом ада.