Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 472

— Конечно нет! Думаю, это кто-то из хоббитов, кто же еще? Хочешь, завтра вместе пойдем искать?

— Ну нет, увольте. Даже ради восстановления своего честного имени мне этого делать не хочется. Слишком сильно она меня задела в этот раз… — Он скривил морду, словно умирающий Байрон.

— Ну не хочешь, как хочешь, — смущенно заметила я, не зная даже, как подбодрить нашего верного напарника.

А он медленно пошел по коридору, смотря на меня искоса, словно заранее записав в стан своих врагов.

Но это не так, я люблю его, как партнера и как друга. Конечно, он постоянно подставлял нас (Архангельск и Зона не скоро забудутся) и вечно ставил себя выше нас с Алексом, что, как вы понимаете, не очень приятно. Но ведь и достоинств у него хоть отбавляй, выше крыши! Он — умница, обаяшка, уси-пуси, милашка, секси-котик, а самое главное — преданный друг! Хоть иногда и предатель…

Но, несмотря на все противоречия, мы давно уже были не просто командой или друзьями, а семьей! А членов семьи, как известно, не выбирают. Поэтому я решила ему помочь, найдя истинного вора. С этой мыслью я окончательно решила оставить своих подруг, обойдутся и без моей помощи, и поспешила домой, к Алексу. Надеюсь, он не откажется мне помочь. Чем раньше мы с ним пойдем искать эту когтеточку, тем скорее ее найдем. Увы, мой муж встретил меня не очень радостно.

— Ваше собрание уже закончилось? — спросил он, даже не отрываясь от компьютера, где играл в какую-то очередную стратегию.

— Какое собрание? А-а… Еще нет, бастуют. Но нам с тобой срочно нужно в хоббитский квартал.

Я вкратце рассказала ему всю историю о пропавшей когтеточке и попытке спасения чести кота. Но энтузиазма в нем мой рассказ, как ни странно, не вызвал. Алекс равнодушно повернулся обратно к компьютеру и продолжил покупать технику для своей военной базы.

— Она опять выгнала его из дому! Кстати, я не успела у него спросить, где он сейчас живет. Ты не в курсе? Вид у него совершенно брошенный, похоже, опять жестокая депрессия на почве этих семейных неурядиц. Поговорил бы ты с ним, а?

— Я уже говорил.

— Да? Когда же? — удивилась я. Алекс тоже вел себя как-то странно.

— Когда ты ушла митинговать.

Понятно, моего мужа задело то, что я присоединилась к недовольному женскому населению Базы. Для него это значило, что меня в моей жизни тоже что-то не устраивает. Ну вроде как он мне чего-то недодает, не смог сделать меня счастливой. Как-то так. Но ничего, пройдет. Просто, видимо, у него сегодня день такой — я пошла бастовать с подругами, плюс жалобы лучшего друга о несправедливых гонениях и страданиях в браке… В общем, одно на другое наложилось, и вот.

— Хорошо, идем. — Мой муж закрыл игру и встал.

— Ты хоббитский квартал лучше меня знаешь. Вы же там собираетесь в вашем баре. Ты порасспрашиваешь там, а я тем временем пойду к Федору, попробую на него нажать. Обычно он сразу колется. Если хоть что-то знает, обязательно расскажет.

— Думаешь, Федор в курсе?

— Да как обычно в хоббитском квартале, если что происходит, тут же все об этом узнают. Всегда подозревала, что у них массовое коллективное сознание, как у муравьев.

Алекс пораженно посмотрел на меня, но промолчал. Мы вышли из дома минут через пять, набив карманы конфетами на случай непредвиденного подкупа свидетелей. Я взяла любимого за руку, чувствуя, что с его стороны повеяло холодом, и прижалась щекой к его плечу. Он чуть заметно выпрямился и сжал мою руку (значит, не все так плохо), а минут через пять мы уже вошли в увитые плетущимся папоротником[50] ворота и зашагали по узкой петляющей тропинке в глубь хоббитского квартала.

После ревизии, которая не смогла выселить хоббитов и более того, спасла от закрытия всю Базу, шеф в знак признательности честно вложил полученные от комиссии деньги в благоустройство их квартала. Теперь хоббитский район гораздо меньше был похож на «Район № 9» и даже многими местами напоминал старый, добрый Шир. Хотя всем, кто больше метра ростом, находиться здесь было так же опасно, как и раньше. Сами хоббиты меняться не собирались и по-прежнему промышляли мелким криминалом, поэтому мы с мужем на всякий случай оставили кошельки дома.

Алекс что-то спросил у проходящего мимо недорослика, тот подозрительно посмотрел на меня и объяснил, судя по жестикуляции, расположение чего-то тайного…

— Я думала, ты знаешь, где этот бар, ты же там был уже не раз, — удивилась я.

Алекс неопределенно хмыкнул, пробормотал нечто неразборчивое себе под нос и сказал:

— Держимся плана, я расспрашиваю в баре, а ты у Федора. Встретимся дома.

— Хорошо. — Все-таки странный он какой-то у меня сегодня.

И я поскакала по ответвляющейся тропинке в конец улицы. Вечно задумчивый хоббит Федор был дома, но, как всегда, весь внутри себя и, кажется, даже не с первого раза меня услышал. Вот с чего я решила пойти именно к нему, даже не знаю. Наверно, просто потому, что из всех знакомых хоббитов он был наиболее честным и я чувствовала, что ему можно более-менее доверять.

— Когтеточка? Что это? — недоуменно спросил он, наконец вникнув в мой вопрос.

Я вздохнула и объяснила.

— Я думаю, ее кто-то из хоббитов мог украсть, — необдуманно брякнула я.

— Хоббиты не воры! — обиженно заорал он. Я отступила к двери. Вроде не весна, а у него обострение. — Ничего я не видел, уходи…

Тут я заметила позади него на полу лист ватмана, перья и тушь. На нем уже было что-то написано детским почерком, от руки и явно по-эльфийски.

— А что это ты делаешь? У вас тут праздник, что ли, намечается? А санитары знают?

Напомню, что официально хоббиты проходят у нас на Базе реабилитацию, лечатся от «мордорского синдрома», поэтому у них был определенный режим.

— Уходи! Не хочу ничего говорить. Ты плохая! Хоббиты хорошие.

Я предпочла не испытывать его терпение, еще испорчу все лечение бедолаги, и, подняв руки, вышла. На душе было как-то гадко, поэтому, вместо того чтобы пойти домой, я поперлась искать Алекса, чтобы хоть ему выплакаться, а бар для этого самое подходящее место, если муж еще там. И кстати, мы с ним давно никуда вдвоем не выбирались.

У меня даже настроение улучшилось от этих мыслей и предвкушения холодного темного пива. Надеюсь, у них есть бельгийское? Помню, в прошлый раз мне довелось попробовать «Mort Subite» в Брюсселе, это было нечто!

Все-таки я очень рассеянная, потому что совсем упустила самый важный момент — где именно нахожусь. Здесь и по улицам ходить опасно, не то что по барам, тем более что он подпольный. Шеф три раза искал его с облавой, два раза не смог найти, а на третий вернулся счастливый, пьяный и сказал, что опять не нашел. Странно как-то…

И чем вообще хоббиты поить могут? Да чем угодно! Какого угодно химического состава и убойного процента спирта, даже в лимонаде. Поэтому лучше бы держаться подальше от этого «Сивого пони», как, по словам Алекса, он называется.

Но, проблуждав с этими мыслями не менее получаса, петляя по улицам и расспрашивая всех подряд, я все-таки наконец вышла к большой армейской палатке. Все встреченные хоббиты старательно указывали мне в обратном направлении, но именно сюда вела самая утоптанная тропинка на свежем газоне. Тайный бар в палатке?! Фи, это все-таки хоббиты, а не пьяные геологи, палаточные городки как-то не очень вяжутся с их традициями. Вот если бы это была нора, тогда…

Я тоскливо огляделась по сторонам и хотела уже повернуть назад, как вдруг услышала звон кружек. Неужели все-таки там? Я резко обернулась к палатке — оттуда явно доносился звон посуды и слышалась неразборчивая пьяная болтовня. Попались, голубчики! Я обошла палатку, вход оказался с противоположной стороны, откинула брезент и, пригнувшись, шагнула внутрь. Ого-о…

Внутри стоял дым коромыслом, хоть топор вешай, запах дешевого алкоголя копытом бил в нос, а от дьявольского перегара буквально было не продохнуть! Так вот ты какой, таинственный «Сивый пони»…

Мой милый Алекс сидел у барной стойки и пил мутное пиво из грязной литровой кружки. Я протолкалась к нему и запрыгнула на кривоногий деревянный табурет рядом. Сидевшего на нем гнома предварительно пришлось стянуть за бороду…