Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 476

— Милая, а тебе не кажется, что ты слишком много времени проводишь среди посторонних мужчин? — мягко спросил он.

— Вообще-то я пришла сюда за одним мужчиной, за своим, — ответила я.

И пока драка не приобрела масштабного размаха, мы с любимым в обнимку покинули это злачное место. Палатка рухнула буквально за нашими спинами, но мы оба даже не обернулись, мы смотрели в глаза друг другу…

Суд состоялся на следующий день. Судьей был бывший египетский божок, а сейчас, если можно так выразиться, «базовый» священник Бэс. Брандакрыс, грязно ухмыляясь и щерясь, объяснил, почему ему нужна была когтеточка. Только потому, что он учился танцевать танец с шестом, а холодный металлический шест ему не нравился. Но однажды, проходя мимо квартиры агента 013 и чисто случайно заглянув в распахнутую котятами дверь, он увидел стоящую посреди комнаты когтеточку, об которую, выгибаясь, точила когти египетская кошка, и понял — вот оно, то, что ему нужно!

— И вы украли ее? — уточнил Бэс, делая пометку в блокноте.

— Украл-с? С чего это-с? — неуверенно поковырялся в зубах Брандакрыс, вытащил кусочек кекса, счел, что он достаточно большой, и бросил обратно в рот. — Не крал-с, я ее честно купил-с.

— Как? — По залу прокатился неуверенный нарастающий шепоток.

— Как все покупают-с, за пять монет-с.

— У кого же?

— Да у хозяина-с. — Брандакрыс вытянул руку вперед, указывая на пробирающегося к выходу кота. — Вон агент ваш-с ноль какой-то там-с, мне ее и запродал-с! Честная сделка-с, я без претензиев-с.

Судья выразительно выгнул бровь, и двое биороботов в костюмах полицейских мигом перехватили Пусика, завернув ему лапы за спину.

— В связи с новой информацией, появившейся по делу…

— Хоббиты не воры! — взвился с места всхлипывающий Федор. — Нас опять подставили, как тогда Гэндальф с Кольцом! Честный хоббит оплатил свой шест для танцев, за что же его в суд?

— Свободу Брандакрысу! — взорвался аплодисментами зал.

Бэс долго стучал молоточком по столу, призывая всех к порядку, пока наконец не убедился, что это бесполезно. Тогда он опустил руку под стул, вытащил из сумки укороченный автомат Калашникова, передернул затвор и выразительно положил перед собой. Шум сразу стих…

— Суд должен выслушать показания нового обвиняемого.

— Не буду я ничего объяснять! — ушел в полную несознанку Профессор. — Он все врет. Кому вы верите, уважаемому полковнику, покрытому сотней шрамов, награжденному десятком почетных наград правительствами разных стран, сказочных королевств и параллельных миров, близкому другу командора Орлова и всеми нами любимой агента Сафиной, пьющему на брудершафт с самим шефом этой Базы? Или какому-то криминальному хоббиту? У меня огромные связи, жена и трое котят, я полезный член общества и примерный семьянин. Никто тут не имеет и половины моих заслуг и вряд ли когда-нибудь достигнет даже малой части того, чего достиг я за гораздо меньший срок, чем мог бы самый умный и талантливый из вас, если бы таковые среди вас вообще имелись. Но разницу-то между нами вы увидеть можете? Посмотрите на преступную морду этого Брандакрыса, разве у кого-то еще есть сомнения?

Вот после такой тирады сомнений действительно ни у кого не осталось. В виновности Пусика, разумеется. В общем, если бы не мы с Алексом и не биороботы-полицейские, кота линчевали бы прямо на месте, при полном согласии и благословении Бэса, который первым с места потребовал показательного расстрела агента 013. Мы укрылись в кабинете шефа за спиной Грызольды, и только личное вмешательство гнома как-то успокоило праведный гнев народных масс.

Когтеточка была возвращена Анхесенпе, Пусик получил пять дней исправительных трудовых работ в хоббитском квартале, плюс его обязали возвратить стоимость когтеточки Брандакрысу, те же пять золотых монет эльфийской чеканки, и компенсировать моральный ущерб в размере двух полковничьих окладов.

Но больше всех пострадали в этой ситуации, как вы уже поняли, мы с мужем, поскольку кормление семьи агента 013 полностью легло на наши плечи. Собственно, с котятами сложности не возникало, а вот исполнять все капризы Анхесенпы, начиная с омаров на завтрак и кончая свежей норвежской семгой на ужин, было сложнее.

Но и это еще ничего, как-нибудь перебились бы, но тайский массаж по вторникам, маникюр алмазными пилочками по средам, педикюр китайскими рыбками по пятницам и солярий по воскресеньям меньше чем за неделю съели весь наш семейный бюджет. Так что очень скоро мы поняли, что подвигло кота на этот неблаговидный поступок — обчистить хоббитский квартал. Ему постоянно нужны были деньги. Когда у нас не осталось даже мелочи сходить в субботу в кино, которое крутили по вечерам механики на космодроме, я сказала Алексу:

— Все, хватит! Ухаживать за котиками, конечно, приятно, но мне кажется, что Пусик в очередной раз после предательства и подставы остался в выигрыше. Он просто сел нам на шею. И я же, как дура, пыталась ему помочь, бегая в поисках этой когтеточки, пока он настраивал тебя против меня!

— Но ему даже негде жить, родная. Анхесенпа его по-прежнему видеть не хочет.

— Знаю. Ты у меня очень добрый и всегда веришь словам этого самовлюбленного эгоиста. Признаться, я тоже в этот раз поверила. Но все, концерт окончен, сейчас я приволоку его домой, и пусть живут как умеют! По кошачьему летоисчислению они взрослее нас, пора им уже научиться брать на себя ответственность.

— Мур-мяу! — услышала я снизу гневное мявканье и включила переводчик.

Это была Анхесенпа, и она была в своем обычном настроении, то есть всем недовольна. Вот перевод ее сердитого шипения на человеческий:

— Мандаринчик нарыгал на коврик от твоего лосося в желе. Убирай давай и поменяй наполнитель для туалета, полчаса уже не меняла. И где свежая еда? Мы не должны второй раз есть одно и то же. И не забывай гладить меня, пока я отдаю тебе указания! А твой муж пусть сбегает в столовую, мне что-то захотелось утиного паштета…

— Но там может не быть утиного паштета, его не каждый день привозят, — заикнулся было Алекс.

— А мне какое дело? — сверкнула глазами эта хвостатая стерва. — Я египетская храмовая кошка и не иду на компромиссы! Пусть не возвращается без свежего утиного паштета, иначе я объявлю бойкот. Сами будете котят вылизывать!

— Так, дорогой, уведи детей.

— Что ты задумала, милая?

— Я сказала, уведи детей, — прорычала я, снимая с крючка кухонное полотенце. — Навести с ними Профессора и скажи ему, что дорога свободна, он может возвращаться.

— Хорошо, — медленно протянул мой муж, беря котят на руки и торопливо выходя из комнаты.

А я мокрым полотенцем так отходила эту вконец обнаглевшую кошку, что она взвыла дурным голосом! Она проклинала меня на всех наречиях Верхнего и Нижнего Египта, грозилась отомстить мне в тапки или прийти и расцарапать нам мебель! Кричала, что восстановит против меня всю Базу, и обещала сегодня же подать жалобу в Страсбургский суд по правам животных…

Мне было пофиг! Я метелила ее, гоняя по всем комнатам, не зная усталости и пощады.

— Агент 013 старается, ночей не спит, работает сверхурочно, подставляет себя и нас ради любого заработка, рискует нашими жизнями ради ее массажа! А она, лентяйка, тунеядка, в квартире бардак, дети вечно некормлены, здоровая дура, а на уме одни удовольствия! Ну ничего, я тебе не Пусик, я тебя быстро выучу! На тебе, на тебе, на-а!!!

Она пыталась удрать, спрятаться под диван, за холодильник, влезть на занавески, на шкаф, на люстру, даже запереться в туалете, но все тщетно. Когда я в ярости, со мной даже Алекс не связывается, не то что какая-то драная египетская кошка. Пару раз она набиралась храбрости и бросалась в отчаянную контратаку, расцарапав мне руку и колено, что только добавило мне здорового энтузиазма и огня в жилы.

Через полчаса, когда я, взмокшая, но удовлетворенная, покинула апартаменты агента 013, все было кончено. Немножко бледный командор стоял в дальнем углу коридора, отвлекая котят игрой в «кто быстрее залезет вверх по штанине».