Энциклопедия «Литература и язык» (с иллюстрациями) - Издательство Росмэн - Страница 295

ФОНВИ?ЗИН Денис Иванович (1744 или 1745, Москва – 1791, Санкт-Петербург), русский писатель.

Д. И. Фонвизин

В начале 1760-х гг. переводит сочинения французских авторов. В 1763—64 гг. входит в кружок вольтерьянца Ф. А. Козловского, где, по собственному признанию, проводит время «в богохулении и кощунстве». В «Послании к слугам моим Шумилову, Ваньке и Петрушке» (1769) от лица своих дворовых людей Фонвизин даёт ответ на вопрос «зачем сей создан свет?» и излагает их жизненные наблюдения (подчас в духе Вольтера). Монологи слуг сопровождаются язвительными замечаниями автора и венчаются его признанием: «И сам не знаю я, на что сей создан свет». Первая оригинальная пьеса Фонвизина «Бригадир» (1769) посвящена охватившей русское дворянство галломании – преклонением перед французскими нравами и культурой. Однако осуждением галломании замысел Фонвизина не исчерпывается: в «Бригадире» высмеяны дикость и грубость, принимаемые за патриотизм, а в конечном счете – глупость. Вершиной творчества Фонвизина-драматурга стал «Недоросль» (1782), в котором сохранены основные черты классицистической комедии: персонажи чётко делятся на добродетельных и порочных, совпадает их общее количество (4:4), наличествует герой-резонёр, персонажи носят говорящие имена и фамилии (Простакова, Скотинин, Правдин, Софья (по греч. – мудрость), Митрофан (по греч. – подобный матери), соблюдены три единства. «Недоросль» имеет политическое значение, противопоставляя героическую эпоху Петра I низкой современности – царствованию Екатерины II. Фонвизин, таким образом, выступал против усилившегося закрепощения крестьян и отсутствия подлинного просвещения. В историю русской литературы Фонвизин вошёл как «русский Молиер». С 1789 г. работал над автобиографией «Чистосердечное признание в делах моих и помышлениях», но не успел закончить её.

ФОНЕ?ТИКА, 1) звуковой уровень языковой системы: состав звуков, слогообразование, ударение и интонация; поэтому говорят о фонетике звуков, слова, фразы. Русская фонетика звуков характеризуется преобладанием согласных звуков (37 согласных на 5 гласных); слогообразующие – только гласные, ударение силовое, разноместное, подвижное; интонация представлена серией конструкций. Нормативный аспект фонетики определяет орфоэпия.

2) Лингвистическая дисциплина, изучающая фонетический уровень языковой системы. Русская фонетика сложилась в начале 20 в. в трудах И. А. Бодуэна де Куртенэ, развивалась в работах Л. В. Щербы, А. А. Реформатского, М. В. Панова. Разделы науки фонетики: акустика, артикуляция (способы произнесения звуков) и фонология, изучающая системные отношения звуков (фонем). Историческая фонетика описывает современное состояние звукового строя языка и его историю (утрата и появление звуков, изменения отношений между ними), диалектная фонетика исследует фонетические системы говоров.

ФОНЕТИ?ЧЕСКАЯ ТРАНСКРИ?ПЦИЯ, запись звучания слова, необходимая тогда, когда орфография не точно передает его. Помимо русских букв, содержит специальные значки. Используется в диалектологии для фиксации особенностей произношения в говорах и в орфоэпии для демонстрации произносительных вариантов.

ФО?НИКА (греч. phone – звук), раздел литературоведения, учение об эстетическом применении звуков в художественной речи. Такое понимание предмета фоники основано на принятом современной наукой разделении языка стихотворного (языка художественной литературы) и языка практического (языка бытового общения): «Звуки речи при языковом мышлении практическом не являются ценными сами по себе, не сосредотачивают на себе внимания, не всплывают в светлое поле сознания. При стихотворном языковом мышлении звуки являются предметом внимания, обнаруживают свою самоценность, всплывают в светлое поле сознания» (Л. П. Якубинский). При фонетическом исследовании текста выявляются особенности его звукового состава в соотнесении с общенациональными особенностями речи, с её просодическими нормами, и с особенностями речи в художественной литературе (в произведениях определённой эпохи, в творчестве писателей конкретного литературного направления, в других сочинениях того же автора). Следующей ступенью фонетического анализа является выяснение того, служат ли обнаруженные фонетические отклонения от каких-либо языковых норм свидетельством преднамеренных действий автора, результатом применения специальных литературных приёмов. Основная эстетическая функция звуков в художественном тексте – гармонизующая. Нарочито выделенные звуки служат в литературном произведении для интонационной разметки. Разнообразные звуковые повторы, как и паузы, упорядочивают ритм произведения, а любое проявление порядка в художественной речи традиционно опознаётся как проявление её гармонии. Многовековая история европейской литературы показывает, насколько внимательны были авторы и читатели предшествующих эпох к благозвучию художественной речи. Это свойство речи с античных времён именуют эвфонией (греч. euphonia, от eu – благо и phone – звук). Известный литературовед Б. В. Томашевский дал расширительную трактовку эвфонии, выделив её количественную и качественную разновидности. «Количественная» эвфония изучает деление фраз на соразмерные «колоны», т. е. отрезки, которые мы получаем в результате разбивки отдельного предложения на своеобразные интонационные группы, напоминающие словосочетания. Подобная разбивка в живой речи происходит всегда, ибо она облегчает произнесение и оживляет его. Однако традиционно эвфонию связывают только с «качеством» звуков, среди которых важное место занимают запрет на стечение гласных и запрет на стечение согласных, а также с явлением звукописи. При фонетическом анализе литературного сочинения исследуются не только свойства и функции отдельных звуков: предметом изучения является весь звуковой ряд произведения.

ФО?РМА И СОДЕРЖА?НИЕ, базовые литературоведческие понятия, позволяющие разграничить внешнюю и внутреннюю стороны литературного произведения. Необходимо иметь в виду, что, говоря о форме и содержании, мы имеем дело с научными абстракциями; в реальном произведении форма и содержание существуют в единстве. Расчленить их можно только умозрительно, в ходе анализа, но при этом следует помнить об условности подобной операции. Никакой «чистой» формы без содержания не существует, так же как не может быть содержания, взятого вне формы.

Содержание стихотворения А. С. Пушкина «Я вас любил…» вне его поэтической формы предстает как тривиальная история сердечных взаимоотношений. Форму вне содержания можно сравнить с упорядоченной сменой сильных и слабых слогов с чередованием ритмических окончаний и созвучий на концах строк, объединённых в стиховые группы (строфы). При таком понимании разрыв между формой и содержанием неустраним.

В современном литературоведении отношения формы и содержания не являются предметом актуальных научных дискуссий, но до сих пор сохраняют своё значение прежние споры об отношениях этих категорий. Для одних погружение в содержание позволяет обнаружить форму: «кажущееся содержание есть лишь порядок в расчленении формы» (А. Белый), поэтому «постигать содержание значит разлагать смутно заданную материю в идеальную формальность» (Г. Шпет). Другие предлагают, «говоря о созданиях поэзии, переставить значение этих слов. То, что обычно называется формой в поэзии, есть, в сущности, ее “содержание”, а то, что называется содержанием (сюжет, мысли, образы), – только “форма”» (В. Я. Брюсов). Для третьих при переносе акцента с проблемы познания на ценностный мир художественная форма противопоставляется внешнему упорядочению словесного материала: с помощью формы личность в искусстве «занимает ценностную позицию вне содержания», что «делает возможным завершение и вообще осуществление всех эстетических функций формы по отношению к содержанию» (М. М. Бахтин). Четвёртые утверждают, что «любая художественная форма есть… не что иное, как отвердевшее, опредметившееся художественное содержание» (Г. Гачев, В. Кожинов). Отсутствие единодушия в подходах говорит о том, что в решении этого вопроса поставить точку практически невозможно. Единственное, в чём солидарны большинство авторов, – это в том, что «мы не можем подойти к содержанию… произведения иначе, как через его форму» (М. Гаспаров).