Клеймо тирана (СИ) - Попова Любовь - Страница 39

Меня здесь быть не должно. Я, точно не должен оторвавшись от машины тихим сапом пробежать до нужной точки и зайти в подъезд, прислушаться к шагам и стремительно подняться вверх. Нужная шишка на голове мелькает в двери справа и я уже мало соображая топором вбиваю носок между дверью и косяком.

Вера вскрикивает, разворачиваясь лицом ко мне, смотрит дико, часто дыша, наваливаясь всеем телом на дверь, но я с легкостью дергаю дверь на себя, чтобы войти внутрь, чтобы закрыть дверь, чтобы окунуться в свой ядовитый рай.

Меня здесь быть не должно. И она не должна так смотреть. У нее ж парень есть. Где крики, где хотя бы звук, когда руку протягиваю, когда большим пальцем по губам сухим провожу. Она издает лишь стон, стоит пальцу между губ скользнуть. И еще один, когда вторая рука в волосах теряется, когда тяну все ее совершенное тело на себя.

Она хватает ртом воздух, втягивает мой палец в рот, а я у меня просто мозги текут. Член уже минут сорок в ширинку кувалдой долбит.

— Ты сказал, что в прошлом, — шепчет она, когда к себе тело подтягиваю, в себя вбиваю, кожей чувствуя ее желание. Оно такое же, как мое. Неконтролируемое, неподдающиеся логике. Я спокойно жил без баб этот год, так почему теперь не могу себя удержать, не могу не касаться, не могу не поцеловать.

— Соврал, — возвращаю хрип, смешивая дыхание, убирая палец от губ, чтобы влажную дорожку по щеке провести. Жалю губами, тут же чувствуя ответ. К стене толкаю, сразу сдирая штаны с трусами, касаясь влажной, сука охереть какой влажной промежности, гладкой, как кожа на руке. — А для меня не брила киску.

Все меняется моментом. Податливая и нежная она тут превращается в дикую кошку, шипящую, толкающую.

— Вон пошел! — Натягивает она все обратно.

— Да что я такого сказал!?

— Я ни для кого не брила! Понятно?!

— Да мне срать, честно, — шагаю к ней, а мне пощечина прилетает.

— В этом наша с тобой проблема, Зверев. Нам друг на друга наплевать.

— Ты, Блять издеваешься? Мы почти трахнулись.

— Почти не считается. Уходи. И работать я у тебя не буду.

Я провожу руками по лицу. Один раз, второй, пытаясь сбить желание что узлом внутренности скручивает, заставляет думать о том, что сломить ее сопротивление дело пары минут. Течет ведь уже, значит и ноги раздвинет.

— Это глупо, учитывая, что я в зале появляюсь утром, когда никого нет почти. Да и зарплата там больше, чем в области. А судя, — осматриваю дешевые обои и старую мебель. — Судя по всему твой хмырь не сильно-то тебя содержит. Даже машину не купил?

— Содержит? — шипит змеей. — Ты думаешь, он меня содержит?

— Или у вас по любви? Ну тогда у меня для него плохая новость, ты его уже не любишь, — полную херню несу, но остановиться не могу. Вся эта ситуация из себя выводит. Ее появление. Ее хмырь. Секс, который только в мозгу произошел.

— Уходи, Зверев. Ты уже и так много лишнего наговорил.

— Не отказывайся от работы.

— Я подумаю, но ничего не обещаю.

Глава 44

Вера

— Ты все еще обижаешься? — Зоя металась, помогая снять куртку, которую я бы и сама могла. В понедельник я не то, чтобы на нее обиделась, я просто была в таком шоке, что мне нужно было срочно уехать.

— Нет, Зой. Мы поговорили, я пока работаю.

— Он не пытался…

— Он уверен, что я настолько беспомощна, что не могу обеспечить себя сама и обязательно должна быть с кем — то…

— А ты разве не…

— Нет! Ничего у меня с Егором не было. Зоя, ты туда же?

— Да что такого — то?! Женщине нужен мужчина, в этом нет ничего зазорного, а если у Леонида Семёновича проблемы с его предрассудками, так это только его проблемы.

— Да, там не проблемы, там проблемища, — вздыхаю. Хватит. Я больше не буду о нем думать. И плакать о нем я не буду. Он считает меня шлюхой. Он! Бывший бандит! — А что его Оля. Она еще с ним?

Зоя тут же прячет взгляд.

— Знаешь, мне кажется, что он от нее устал. Когда она приходит, он ее выгоняет, когда она лезет к нему целоваться, он отталкивает ее.

— Может просто не хочет демонстрировать их отношения.

— Ну может, но мне почему — то кажется…

— Зоя, скажи честно, ты меня привела сюда, потому что решила, что тебе кажется, что Леонид Семенович обрадуется моей тут работе?

— Ну… Считай, решила сыграть в купидона, — хлопает она наращёнными ресницами, а я с нее смеюсь. Все — таки я по ней скучала. Вот именно по ее улыбке, вот этому взгляду и отношению к жизни. Она из разряда тех, чей стакан всегда полон. Даже не на половину.

— У нас с Леней все в прошлом. Он сам так сказал, — правда потом сказал, что соврал и почти выломал дверь в квартиру. Потом лежала и задавала вопрос, почему он не настоял. Ведь мог же. Я бы не долго кричала. Зато потом бы плакала с чистой совестью о том, что он остался таким же зверюгой, а он…. Он очевидно так пресытился своей Олей, что даже встретив меня спустя столько времени, уже не сильно то и хочет. Одно «уходи» и он как послушный ушел. Это конечно правильно. Но почему так обидно? Гузель пришла только спустя два часа…

— У тебя девочка пришла уже, — шепчет Зоя и я улыбаюсь полной блондинке, что машет в ответ. Иду переодеваться в тренерскую, где мне уже выделили шкафчик. Потом уже в зал, где большую часть тренировки мы с Машей болтаем. Она рассказывает, что после родов себя запустила и стеснялась прийти, но с личным тренером можно позаниматься.

После тренировки я выглядываю в зал осторожно. Жду, наверное, что из-за угла выпрыгнет Леон, как черт из табакерки. Но его нет. Не в первый день моей тут работы. Не во второй. Я даже отказываюсь от вполне комфортных поездок с Егором, чтобы у Леона был шанс меня подвезти. Не могу же я спрашивать куда он делся?

На третий я настолько себя накручиваю, что Леон чуть ли не предложение сделал Оле, когда убедился, что ко мне у него все, что соглашаюсь с Егором, который напоминает о забитом метро. Да, лучше уж на машине.

Только выхожу с работы, когда к комплексу подлетает внедорожник. Из него выпрыгивает Оля, а с водительской стороны сам Леон. Я теряюсь лишь на мгновение, просто впитываю его изменившийся облик, его рубашку, что натянута на мышцах, как лайкра на моих ногах. Иду вперед, стараясь делать вид, что ничего особенного не произошло. Что в моей груди не рвется птицей сердце, что кожа не покрылась мурашками от воспоминаний о том, как он умеет целовать. Ее он тоже целует так? Ей нравится грубо? Или он с ней нежен? Она достаточно хрупкая, чтобы сломать.

— Вера, — тормозит меня его бас и Егор тут же вылезает из машины. Мой герой. Вот чего мне не хватает? Высокий. Черноволосый. С острыми чертами лица. Очень вежливый. Очень мягкий со мной. Сколько он уже ждет? Месяца три?

— Да, Леонид Семенович? — торможу и взглядом прошу не приближаться. Егор уже сзади, обнимает зачем — то. Но отстраняться сейчас будет глупо. Тем более что сзади Леона мелькает Оля его. Ее взгляд очень говорящий. Она почти не изменилась за год, разве что поправилась немного и волосы под каре обрезала. Это и хорошо, теперь между нами почти ничего общего. Кроме, разве что мужчины, который присматривал за обеими.

— Как работается? Все устраивает?

— Полностью. Коллектив принял меня хорошо, девчонки замечательные, даже оборудование не подводит.

— Ну и отлично. Если что понадобится, всегда звони сразу мне.

Рядом словно никого нет. Словно мы одни. Смотрим друг на друга. Вибрируем словно электрические провода.

— А как я вам позвоню. У меня и номера вашего нет.

— А он не изменился. Или ты забыла?

— Егор, — тут же протягивает руку мой вежливый водитель, но Леон удостаивает его лишь взглядом. Отвратительное поведение.

— А я Оля, — зато вот кто всегда протянет руку помощи. — Приезжайте к нам тренироваться.

— Да я у себя лучше в городе. Сюда вон только за Верой. Поехали?

Они что — то говорят, любезничают, а я только смотрю на Леона, взгляд которого не обещает ничего хорошего, и в то же время обещает слишком многое. Только вот давно мне не принадлежит. У него Оля вон. С ней у него целый клуб вместе построен, а я лишь часть позорного прошлого, которое следует скрывать.